Отношения с Гошей так и не сдвинулись с нулевой отметки, они изредка переписывались в мессенджерах, вернее, Иринка писала ему сообщения, а он иногда отвечал. На дачу они тоже перестали ездить, так как бабье лето быстро закончилось и по ночам уже было холодно.
Дни мелькали со страшной скоростью, и девушка сама не заметила, как подошел к концу октябрь.
Одну лекцию в октябре, заменяя их преподавателя, к ним пришел читать Герман Александрович.
Девочки в аудитории тут же зашушукались, обмениваясь впечатлениями.
Выглядел он опять отпадно: молодежная куртка поверх рубашки, джинсы. Голос его был четким и сильным. Он не гнал лекцию, но и не затягивал, на доске писал крупно и понятно, одновременно вслух проговаривая написанные математические выражения и формулы.
Иринка смотрела на него как завороженная, наслаждаясь переливами его голоса.
Она уже успела переварить в себе впечатления от их последней встречи. Она придумала себе отличную отмазку, что на даче Герман просто принял на себя ее сексуальную энергию, разбуженную от общения с Гошей. Энергия эта долго ее потом беспокоила, но постепенно утихла, лишенная подпитки.
Но сейчас в голову сразу полезли воспоминания их поцелуя. И сексуальная энергия снова появилась, будь она неладна.
Да, определенно, старшего брата Гоши она воспринимала как-то неправильно, с досадой подумала Иринка. Не как преподавателя. Не как брата Гоши. Не как престарелого дядюшку. Не как родственника.
А скорее как привлекательного мужчину с очень нежными губами.
Иринка начала грезить с открытыми глазами и не успела записать очередной блок формул. Герман уже начал стирать.
— Подождите! — выкрикнула она, хватаясь за ручку.
— Я жду, — спокойно сказал он.
Голос его, подчеркнуто безразличный, ударил ее по самолюбию наотмашь.
Герман взглянул прямо на нее.
Но это длилось всего лишь мгновение. Потом он отвернулся и как ни в чем не бывало продолжил писать на другой части доски.
Иринка глубоко вздохнула и почувствовала, что сердце пропускает удары.
«Делаете вид, что все нормально, Герман Александрович? — обиделась она. — Что все забыли? Нет, так дело не пойдет!»
За оставшуюся часть лекции Герман больше ни разу не посмотрел в ее сторону. Чем только раззадорил.
Перед самым звонком он спросил, есть ли у кого вопросы. Вопросов не было. Тогда он поблагодарил студентов за работу (это звучало очень необычно), порекомендовал несколько сайтов с математической теорией и всех отпустил, а сам начал стирать с доски.
Иринка достала свою тетрадку с контрольной и спустилась с амфитеатра к доске.
— Герман Александрович, здравствуйте, у меня есть вопрос по домашней работе, — подчеркнуто вежливо сказала она. — Можно?
Герман повернулся. Тень улыбки мелькнула на его губах, но он тут же нацепил свою обычную «профессорскую» маску. И достал из загашника свой самый занудный голос.
— Я вас слушаю.
— Герман Александрович, у меня тут сложности с вариантом контрольной работы, — она открыла свою тетрадку. — Я почти все решила. Не можете мне помочь? Вот здесь я написала свой номер телефона, пожалуйста, позвоните мне, когда освободитесь?
Он взял тетрадку и посмотрел поверх ее плеча. Остальные студенты уже все покинули аудиторию, они остались вдвоем.
— Кузнецова, я не понял, ты хочешь, чтобы я за тебя сделал контрольную? — с подчеркнутым удивлением в голосе спросил он.
— Не сделал, а доделал, — поправила его она. — Там всего пара примеров осталась, самые сложные. Они меня беспокоят. Вы, кстати сказать, тоже.
— Почему бы тебе тогда к своему преподавателю не обратиться?
— Потому что я с ней еще не целовалась. Да и не собираюсь. Это я так, на всякий случай уточнила.
Она нарочно несла всякую околесицу, чтобы посмотреть на его реакцию.
Как она и думала, он сразу перевел взгляд на ее губы. Сердце у нее ёкнуло.
— Причем тут поцелуи? — он нещадно тормозил, это было видно.
А ей очень хотелось вывести его из себя.
— Ну, вы же сказали, что мне нужно на ком-то попрактиковаться. Так что я все еще в поиске кандидатов.
Герман открыл ее тетрадку и сделал вид, что внимательно ее изучает. А сам внимательно изучал ее — смотрел, как будто в первый раз увидел. В его серых глазах мерцали непонятные ей искры. Которые притягивали ее.
Иринка обернулась на входную дверь и увидела, что в аудиторию уже заходят студенты со следующего потока.