- Дерек, я не могу быть с тобой так, как того хочешь ты, и оставаться здесь.
- Не важно, - ответил он, говоря на полном серьезе. - Когда ты будешь готова, мы сделаем это. А до тех пор я буду часто принимать холодный душ. Начиная прямой сейчас. Эта вода чертовски холодная.
- Чтобы соски всегда были твердыми, - ответила она и улыбнулась. - Ты серьезно?
- Не торопись. Я просто хочу быть частью твоего мира. Ты нужна мне в моей жизни любым подходящим для тебя способом.
- И ты нужен мне.
- И мне нужно достать тебя из моего бассейна, - сказал голос над ними. Дерек посмотрел вверх и увидел, как Кинсгли смотрит на него, стоя на краю. - S’il vous plaît.
После того, как они обсохли, у Ксении, Дерека и Кингсли состоялся долгий разговор. Ксения могла продолжать работать в «Фатоме» и встречаться с Дереком, пока у них не состоится половой акт. Технической девственности было достаточно Кингсли.
- В конце концов, я француз, - напомнил он им.
И Кингсли согласился поручить одной из русалок проверку девственности Ксении, наблюдения за которыми Дерек с нетерпением ждал.
- Вы дурак, monsieur , - предупредил Кингсли Дерека. - В городе столько красивых девушек, которые с охотой прыгнут в вашу постель. А вы отказываетесь от этого.
- Мне не нужна девушка. Мне нужна русалка.
Дерек добрался до квартиры, все еще улыбаясь от истории, которую рассказал Марку и Кристиану. Пока он вставлял ключ, Дерек заметил маленькую лужицу воды у входа.
Открыв дверь, он обнаружил Ксению внутри, в белой юбке и в той же камисоли, что и при их первой встрече.
Она побежала к нему и обняла.
- Счастливой годовщины.
- Один год, - сказал он, медленно и глубоко целуя ее. - Будто это было вчера.
- Сегодня мы не только годовщину празднуем.
- Правда? А что еще? - спросил он, аккуратно играя с подвеской, которая все еще висела на ее шее.
- Сегодня день, когда я отработала две последние недели в «Фатоме».
Дерек уставился на нее.
- Ты шутишь.
Она покачала головой.
- Нет. Я готова. Не только для тебя, а для всего. Жизни, школы, может быть, реального мира. И я готова для этого.
Закинув руки за шею, она расстегнула свою цепочку и положила ее на ладонь Дерека.
- Я не могу принять этот подарок, - торжественно ответил он, и взгляд Ксении потух.
- Почему?
- Он слишком ценен для тебя, чтобы его просто так отдать.
- Но…
- Как насчет сделки?
Дерек опустил руку в карман и вытащил большое сияющее кольцо с сапфирами и бриллиантами, с сапфиром цвета океана и цвета глаз Ксении.
Опустившись на колено, Дерек открыл рот, но Ксения не дала ему возможности что-то сказать. Она бросилась к нему в объятия и заплакала на плече.
- Это да, верно?
Она кивнула.
- Да.
- Мы можем подождать столько, сколько пожелаешь. Свадьбы. Секса. Всего, чего хочешь.
- Я хочу тебя, - прошептала она, и он надел кольцо на палец ее левой руки. - Сегодня.
Дерек поднялся с пола, взял ее на руки и отнес в свою спальню. Он даже не смел надеяться, что это произойдет сегодня. Прошедший год был для него уроком на выносливость. Иногда он даже не позволял ей приходить из-за его слишком бурлящей потребности. Но спустя несколько месяцев она перестала быть объектом сексуальной одержимости и стала его ближайшим другом. С запретом на секс им пришлось импровизировать. Они часами разговаривали, гуляли, танцевали. Дерек наконец узнал, как выиграть у нее в «Лови рыбку» - он просто мухлевал. Он узнал, что ей нравились Go-Go танцы и белый шоколад, она могла бегло говорить на французском и персидском. Она начала чаще выходить. Шесть месяцев спустя она начала преподавать уроки плавания в местном фитнес клубе. В прошлом месяце он познакомился с ее родителями. На прошлой неделе она познакомилась с его. И на следующей неделе она, наконец, познакомится с Марком и Кристианом.
Безусловно, он и Ксения не были святыми на протяжении этого года. Даже его жена или Айрленд не знали его тело так хорошо, как знала Ксения. Ее ловкие пальцы и полные губы и язык могли отправить его на пик эротического экстаза. И своим ртом и одним пальцем он мог сделать так, что она могла разбудить соседей. Сегодня он хотел, чтобы она разбудила весь город.
Дерек уложил ее спиной на кровать и медленно раздел ее. Даже после года с его эксгибиционистской русалкой, он не перестал любоваться ее обнаженными изгибами. Он целовал ее губы, шею и грудь. Она запуталась пальцами в его волосах, когда он обхватил губами ее сосок, а ладонь ласкала вторую грудь. Он хотел, чтобы их первый раз был как можно менее болезненным. Он хотел ее влажной внутри и жаждущей его.