- Твоя правда. Насчет очевидного не лезь против, смылась она, чтобы Катерину подставить. Но если спасать Катерину она не вернется, то к тебе вернется, факт.
Мишка вспыхнул радостью, словно как когда пятилетним был и каждому слову моему верил, даже когда я спьяну чепуху нес.
- Откуда ты знаешь, батя?
- Так вот, знаю, - ответил я. - Сейчас меня осенило. А почему и из-за чего, не спрашивай. Я тебе потом растолкую... Или она растолкует, моих объяснений и не понадобится.
Не мог я сына главной надежды лишать.
Гришка и Константин поглядели на меня недоверчиво, и, может, тоже высказались бы, но тут мы работу мотора на дороге услышали. Выглянули в окно - у ворот, возле джипа, перевернутого Мишкой, милицейский УАЗик тормозит.
- Здрасьте! - проворчал Гришка. - Вот и менты пожаловали!
- Так это приятель мой, лейтенант Гущиков, глава угрозыска, - сказал я, глядя, кто из машины вылезает. - К нам зайти хочет.
Лейтенант оглядел джип, потом по дорожке к дому направился. При этом рукой со значением махал: мол, с миром иду, не вдумайте глупостей делать.
- Ладно уж, - сказал я. - Вы уйдите отсюда, и оружие уберите. А я его встречу. Договоримся. Не чужие, чай.
И направился я на веранду, лейтенанта встречать.
ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ПЯТАЯ
Гущиков, увидев меня, остановился и чуть не икнул.
- Бурцев!.. Ты как сюда затесался, твою мать!..
- Да вот, товарищ лейтенант, - ответил я, - звезда, выходит, у нас такая, чтобы в самое дерьмо вляпываться. Да вы заходите, заходите, вам-то мы только рады.
Он поднялся на веранду, оглянулся на раскуроченный и перевернутый "джип".
- Вот уж повеселились, да? - хмуро сказал он. - Значит, правильно сигнал поступил, что здесь черт-те-что происходит. А стрелял кто?
- Не мы, - сказал я. - По нам стреляли.
- И вас, выходит, засады на всех дорогах ждут, когда вы этот дом покинете?
- Засады?.. - мне нехорошо стало. Получалось, мы в этом доме как в ловушке. - Чего ж вы их не разогнали, если знаете, что это бандитские засады?
- А за что их разгонять? - невесело ухмыльнулся он. - Ребята на пикники устроились, шашлыки жарят, никого не трогают. Разгонять не имею права. А проверять, есть у них оружие или нет, как я могу-то, с тремя людьми? Это надо подкрепление из райцентра требовать.
- Вот и потребуйте! - сказал я.
- Может, и потребую... - вздохнул он. - Только давай в дом зайдем. Неровен час, кто-нибудь по тебе из-за деревьев пальнуть вздумает... да мимо тебя и промахнется, в меня угодит.
- Да милости прошу, - сказал я.
И провел я его в большую комнату, он в сторону кухни взглянул: в приоткрытую дверь видно было, как мои богатыри подзаправляются там после ратных подвигов, наворачивают так, что за ушами трещит. Как раз картинка мелькнула, как Мишка, в белой своей рубахе, огромный ломоть хлеба огромным ножом отхватил и шмот копченой говядины на него шмякнул.
Я дверь притворил, чтобы лейтенанта не смущать, да и чтобы разговаривать нам сподручней было.
- Одного я знаю, - сказал он. - А остальные двое - тоже твои сыновья?
- Они самые, - сказал я. - На выручку вызвал.
- Выходит, есть от чего спасаться? И почему у Константина левая рука в кровавой повязке?
- Так пытали его, - объяснил я.
- Пытали?!..
- Ну да, у меня на глазах. Хотели, чтобы мы с ним в милицию с повинной явились и убийство Шиндаря на себя взяли. Сперва огромные деньжищи предлагали, потом пытать начали. Если б не старшие сыновья, не отбились бы мы.
Лейтенант совсем нахмурился. И, вроде как, по-человечески хмурился он, если не с сочувствием, то с пониманием.
- А отбившись, сюда отступили, в этот дом? - спросил. - Случайно так получилось, или как?
- Или как, - ответил я. - Только, боюсь, если я вам всю правду расскажу, вы мне не поверите. Брехуном обзовете, или того хуже.
- Правда - она всегда странная, - он за стол присел, пальцы рук переплел.. - Валяй, выкладывай.
- Так вот, Кузьмичев, которому принадлежал этот дом, он палачом был, оказывается. И исполнитель союзного значения, и пенсионер потом союзного значения. Знали вы об этом?
Гущиков головой мотнул.
- Это ж все до меня, надо полагать, было, - сказал он. - Я здесь не так давно. Если б ещё он к нам был приписан, то, может, и знал бы. Так у него здесь только дом имелся, а приписан он был, по пенсии и прочему, к области, если не к самой Москве... Так эта Кузьмичева, которая в права наследства вступает - дочка его?
- Внучка, - ответил я. - И вот кто-то спустил бандюгам местным все доказательства, что эта внучка, только что сюда приехавшая, чтобы возню с документами завершить, не кто иная, как знаменитая убийца, под кличкой "Богомол" известная, и много на "органы" работавшая, кроме частных своих заказов - чуть ли не вышедшая из "органов", из отдела убийц, если такой отдел существует. И что кто-то нанял её - то ли, опять-таки, "органы" ей приказали, то ли частный заказчик нашелся - чтобы с местными бандюгами расправиться. Кому-то очень крупному они стали мешать. И что это она расстреляла в Угличе четырех "быков", перед этим замочивших Шиндаря, - про "таджичку" я решил молчать, иначе бы совсем запутанным все вышло, - и труп Шиндаря в багажник бандюгам подбросила. И что она напрямую охотится теперь за главными бандюгами, и если они её побыстрей не прихлопнут, то она их всех положит, потому что она - профессионал высшей марки. И доказательства, повторяю, такие, что постороннему человеку не поверить нельзя, хотя мы-то с сыновьями знаем, что все это брехня. Катерина у нас на глазах росла, и никак не складывается, чтобы она "школу убийц" успела закончить, или чтоб бывали у неё такие отлучки и исчезновения, которые киллерам требуются, чтобы работу выполнить. Да на неё разок взглянуть достаточно!.. Но кому-то очень нужно, чтобы она мертвой сделалась. И как-то это с дедом её связано, и, главное, убить её надо, чтобы известно стало и зафиксировано, что Богомол погибла, и чтобы настоящая Богомол спокойно жить продолжала, имя и биографию сменив. Вот и жертвуют девчонкой...
- А вы её защищать взялись... - пробормотал лейтенант.
- А кому ж еще, кроме нас?
- И откуда вам все это известно? - полюбопытствовал он.
- А как у нас и бандитов, которые на нас наехали и Константина пытали, роли переменились, мы из них все вытрясли, что и как.
- Угу... - Гущиков размышлял. - И все-таки... Внучка палача, говоришь? А ведь яблочко от яблони недалеко падает. Сам дед мог её в "органы" направить, на работу, с его профессией сродную. А что выглядит она невинной и безвредной - так это ж и должно быть так, чтобы у киллера хорошая маска была.
- Вот и вы туда же, - вздохнул я. - Но это, я вам скажу, тот случай, когда яблочко от яблони далеко упало. И потом... И присказка ведь была, что "сын за отца не отвечает", и как там Жеглов говорил, про попа лопухнувшегося? Для кого-то он служитель культа, мол, а для нас - такой же гражданин, как и все прочие, и нуждается в охране закона, а с его моральным обликом, мол, пусть его церковное начальство разбирается. И ещё одну вещь я вам скажу. Видели мы настоящую богомолиху. То есть, теперь мы понимаем, что это она была. Ненадолго она появлялась - проконтролировать, видимо, что все идет согласно задуманному, и ни у кого сомнений не возникнет, что, Катерину уничтожив, бандюги кого положено уничтожили. Но если мы станем рассказывать про эту вторую девку - действительно, чем-то на Катерину похожую, цветом волос, хотя бы - то нам никто не поверит.
- Значит, - задумчиво проговорил Гущиков, - смерть этих четырех в Угличе как-то с нынешним бардаком связана... Следовало ожидать... А не рассказали бандиты, за что они Шиндаря приговорили?
- Мы точно не поняли. Что-то с тем связанное, что Шиндарь ведь и воровством промышлял, и что-то важное или ценное он украл у бандитов. Сам, похоже, не ведая, что именно он крадет и у кого.
- Тоже понятно, - кивнул Гущиков. - Вот, все потихоньку на места становится. Так чем мне вам помочь? Может, увезти эту Катерину, да и отправить куда подальше?
- А вы уверены, что вы её довезете? Что бандиты у вас её не отобьют? Уж больно она нужна им... И даже если довезете - все равно, нет уверенности, что вам ей жизнь сохранить удастся. Я вам ещё одну вещь рассказать должен. Доказательства против Катерины бандитам подкинул какой-то "важняк", специально из Москвы приехавший. При этом столько он бандитам вывалил служебной информации, сколько обычно не вываливают. И, я так понимаю, он сейчас все под своим надзором держит. И если вы обратитесь, чтобы ОМОН вызвать, он велит этот ОМОН задержать и направить к месту только тогда, когда все будет кончено. К утру, скажем.