Выбрать главу

— Знаю, — говорю я, и в моём голосе прослеживается досада.

Вот чему я противостою. Против него — немало людей. И все они мои близкие.

— Но ты же об этом думаешь? — прощупывает она, в выражении её лица смешивается огорчение и безропотность. Она знает меня, знает как сильно я любила его до того, как всё пошло наперекосяк. И она знает от чего я отказалась ради него.

С таким вопросом я не могу солгать.

— А если да, ты потеряешь ко мне всё уважение?

Эрин тихонько вздыхает.

— Никогда. Просто буду переживать, что он снова сделает тебе больно. Тебе нужен парень, который будет готов пройти с тобой и через хорошее и через плохое. Митч же из парней на «хорошее время», прости за каламбур, — шутит она и подмигивает, пытаясь смягчить свои слова.

— Он оступился. Я без проблем могу это признать. Но ты тоже должна согласиться, что я сглупила. Думаю, он бы остался, если бы я была откровенна насчёт таблеток.

Эрин возводит глаза к потолку.

— Ну вот, опять ты его оправдываешь и берёшь вину на себя. Неважно как ты забеременела, он должен был остаться. По крайней мере, ради дочери.

— Я говорю не обо всём, а только о своей вине. Господи, да даже Джоша вина здесь есть.

Эрин напрягается, опустив вилку.

— Что ты имеешь в виду? — интересуется она обманчиво спокойным голосом.

Проклятье. Сегодня мой рот как поезд без тормозов. Остаётся только идти на попятную.

— Только то, что он лучший друг Митча. Он был на его стороне. Не в том смысле, будто убеждал бросить меня, — поспешно добавляю я. Кажется, меня затягивает в трясину объяснений. — На самом деле, по словам Митча, Джош говорил ему, что он неправильно себя ведёт. В любом случае, он извинился за то, что не надавил на Митча сильнее, чтобы тот вернулся домой, и к тому же нашёл мне новую работу.

— Я всё ещё жду ответа на мой вопрос, — произносит Эрин, вежливо дождавшись, когда я закончу.

— Мной было сказано только то, что ответственность за все совершённые ошибки лежит не только на Митче. Я приняла свою вину, и хочу чтобы ты поступила также.

Она молча смотрит на меня с нечитаемым выражением лица. И человеку, который знает её практически всю жизнь, это говорит об очень многом. Наконец, она вздыхает, вновь подхватывая вилку.

— Только ты одна знаешь свои поступки. Остаётся только молиться Богу, что тебе это не вернётся бумерангом.

Проклятье. Всего на мгновение она оказалась на моей стороне, в паре секунд от того, чтобы поддержать уже принятое мной решение, но в ту же минуту, как я по-идиотски упоминаю Джоша, она замыкается.

Эрин говорит, что она с Джошем только ради секса, но у меня чувство, будто она, скорее всего, уже увязла в их отношениях.

И ей ещё кажется, что это мне будет больно.

* * *

— Я тебя разбудила? — спрашиваю я, когда Митч поднимает трубку.

Эрин ушла, Бри спит, а я лежу в постели, желая, чтобы он очутился рядом.

— Нет, — лаконично отвечает Митч.

Злится.

— Прости, — мягко прошу я.

После долгого молчания, он вздыхает и произносит низким, спокойным голосом:

— Всё нормально. Я понимаю. У меня были поступки и похуже.

— Я… я не ждала, что она придёт, и…

— Пейдж, ты не должна объяснять. Сказал же, я понимаю, и готов на всё, что потребуется. Сегодняшний вечер ничего не изменил. Чтобы прогнать меня нужно гораздо больше. Я тебя люблю и это надолго.

Руки сжимаются вокруг телефона, слёзы застилают глаза, в то время как я влюбляюсь в Митчелла Аарона Кингсли чуточку больше.

Глава 24

Митч

Пейдж думает, что я до сих пор бешусь, потому что не пытался затащить её в постель с ночи девичника. С той ночи, когда она буквально выгнала меня из квартиры.

Но это не так. Мой гнев длился до её звонка в ту ночь. Просто до меня не доходило, из какой глубокой ямы я пытаюсь выкарабкаться.

Неужели так сложно сказать: мы с Митчем снова вместе?

Чёткий ответ был получен ещё три дня назад. По-видимому, очень сложно.

Видите ли, я плохиш, которому нельзя доверять. Парень, который бросил свою беременную девушку и не взял ответственность за собственного ребёнка. Любая женщина в здравом уме не стала бы мне доверять, а скорее швырнула бы меня в яму дёгтя. Так что передо мной гора размером с Эверест.

Три месяца. Столько времени, по просьбе Пейдж, пройдёт до момента, когда мы расскажем о наших отношения. Однако, если реакция Эрин на нас, хоть как-то указывает на то, как она поведёт себя дальше, дорога обещает быть долгой и тернистой.