Выбрать главу

— Ну ладно, располагайтесь, — завхоз направился к выходу. — Если что надо, пинайте меня, у меня снега зимой не допросишься.

Впрочем, он зря катил бочку на условия. Хотя бойцы покинули Подгорный недавно, они были рады возможности отдохнуть в комфорте. Обставлены отведенные им комнаты были по-спартански, но Александр уже усвоил истину, что казарменная обстановка лучше, чем походная. Давила только скука от вынужденного безделья.

— Еще один день такой жизни, и я застрелюсь, — пробормотал Презик со вздохом, когда они разместились. — Сколько можно мариноваться, как огурцы в банке. Когда дело-то будет?

За двойными стеклопакетами неслышно разбивались крупные капли дождя. Данилов с тревогой поглядывал на затянутое облаками небо, стуча ногтем по подоконнику. Он знал, что долго им прохлаждаться не придется, и это была последняя передышка перед рывком. Уже утром они выступали в неизвестность.

Глава 5. Суша и море

В комнату вошли четверо. Почему-то майор думал, что у них будут красные глаза и бледные, не успевшие загореть лица. Но они, наоборот, были черные, как индусы. И совсем не казались изможденными беженцами.

Трое из них выглядели так, что пять лет назад их бы арестовал первый же патруль, даже если бы у них не было при себе автоматов. Да и сами они выглядели так, будто с оружием не расставались никогда. Матерые волки… или, скорее, волкодавы. Волк — это неконтролируемый опасный одиночка, одни инстинкты и злость. А это были служебные псы, которые и умнее, и сдержаннее. И если надо, задавят любого хищника. Демьянов, которые уже поднаторел в определении степени подготовленности того или иного человека, чувствовал, что у него таких головорезов нет.

Последним зашел генерал. Федор Евграфович Рыбин. Демьянов понял, что это он, не сразу — одет тот был так же, как остальные, и в нем была та же сила и готовность к броску, что и в этих троих, и такой же автомат за спиной. Помог только возраст. В тридцать лет в военной иерархии в мирное время так высоко не подняться. Да еще у него была неуставная борода, делавшая его похожим на моложавого Фиделя Кастро.

Демьянову показалось, что у них с ним есть что-то общее.

— Здравствуйте, — достаточно тепло поприветствовал их генерал. — Ну, не придумали еще названия своей стране?

— Да какой стране, — ответил Демьянов. — Страна, как была, Россия.

— Рассея, моя ты Рассея, — нараспев произнес генерал. — От Волги и до Енисея… В смысле, остальное в шлак, а тут у нас еще кто-то шевелится. Да сегодня любая банда себя может назвать хоть паханатом, хоть эмиратом. Почему б вам не стать «Западносибирской демократической республикой»? У вас под контролем территория, равная Нидерландам или двум Бельгиям.

— Язык сломаем произносить, — покачал головой Демьянов. — Ну да, под контролем… относительно. И что с того? Мы теперь, раз договоры с гадами утратили силу, можем и Антарктиду объявить своею.

— Это верно. Кстати, о гадах. Антарктида не Антарктида, но Шпицбергеном они очень интересовались.

— Неужели из-за тамошнего хранилища семян? — с ходу отреагировал Демьянов.

— Да вряд ли из-за популяции медведей-людоедов, — усмехнулся в бороду генерал, совсем не удивившись его осведомленности. — Ладно, обо всем по порядку, Сергей Борисович.

Майор отпустил своих сопровождающих, ушли и волкодавы генерала. Перед общим совещанием, где будут присутствовать штабы обеих сторон, они должны были поговорить тет-а-тет.

Первым делом Демьянов спросил, как положение на фронтах. Просто не мог не спросить.

— Да нет никаких фронтов. Страну покрошили как колбасу в оливье. Радует одно — они там в точно такой же ситуевине.

— И как дела на вашем театре?

— Да какой театр? Так, шапито. Вставили небольшой пистон империалистом, — произнес генерал. — Раз уж вы мой гость… расскажу в двух словах. Но это не моя заслуга, а одного товарища с флота. Он погиб.

Пока он говорил, Демьянов внимательно слушал, иногда кивал, даже не притронулся к чаю и снеди на столе, который накрыл предупредительный завхоз. Чем дольше он слушал, тем большим уважением наполнялся его взгляд.

Командный пункт РВСН в горе Косвинский Камень.

Война никогда не меняется и не заканчивается, пока последний солдат одной из сторон не кладет оружие на землю, или не ложится в нее сам.

Когда все началось, они — офицеры командного пункта РВСН в горе Косвинский Камень в Северном Урале — не успели ничего предпринять. Горячая фаза третьей мировой закончилась для них за одну минуту, когда ударом из космоса. «Объект КК», способный выдержать любую ударную волну, был ослеплен, оставлен без связи и наполовину испарен, как и все, кто находился наверху, в военном городке Кытлым, что в 7 километрах от горы.