Посредине двора ярко горел костер, озарял коновязи и фасад гостиницы трепетным тусклым светом. Неверные рыжие сполохи плясали на желтом сухом песке.
— Это не наш! — крикнули из толпы во дворе — это с привоза, с лодок!
— Комендант Фикко в доле — шепнули в темноте.
— Давно тут этой дрянью торгует. Убейте его!
— Зарежьте его и дело с концом, управы на них нету!
Вертура открыл конверт, который прихватил с собой из зала вместе с торбой. Внутри был белый порошок. Соленый, с неприятным рыбным оттенком, как оказалось при пробе на язык.
— Не бей! — жалобно запросил торговец, придерживая раненую руку, упал на колени. Но Фанкиль только покачал головой, удержал его за плечо и подтолкнул к костру.
— Убейте его! Полиция Гирты, хоть раз сделайте что-нибудь! — засвистели из толпы.
Из темноты вернулся лейтенант Турко.
— Похоже, сильно он тут местных разозлил — поморщился полицейский, кивая на собравшихся вокруг людей и многочисленные заинтересованные лица в окошках гостиницы и соседних изб. Подойдя к задержанному, выразительно посмотрел на Фанкиля, качнул секирой. Тот обвел глазами собравшихся, молча поджав губы, замахнулся ножом и без промедления вонзил его в шею стоящему перед ним на коленях пленнику, а когда тот скорчился от боли, опрокинул его в костер тяжелым пинком в спину.
— Так его! — закричали из толпы. С сухим треском разламываемых обгоревших поленьев в ночное небо взвился сноп зловещих бордовых искр. Дохнуло жаром. Люди шарахнулись в сторону. Какая-то женщина опасливо всхлипнула, испугавшись зрелища, запросила пощадить, но ее схватили за плечи и заставили прекратить истерику.
— Христос воскрес! — сдавленно, сквозь зубы, прошипел, тяжело выдохнул, рыцарь.
— Едем — коротко приказал он спутникам и направился к коновязи, где предупредительный слуга уже отвязал их лошадей и протягивал удила полицейским.
За их спинами завыл, выкатился из пламени израненный, обгоревший пленник. Кто-то милостиво подскочил к нему, накинул сверху плащ, начал тушить его горящую одежду. Тот кричал, хрипел от боли, хотел вырваться из рук пытающихся помочь ему, извивался на песке, но властный охрипший глосс приказал.
— Оставьте его.
Все расступились. Абель Маззе, уже знакомый детективу пожилой шериф, спрыгнул с лошади, неспешно подошел к трясущуюся в судорогах обгоревшему телу, присел рядом на корточки, кивнул как старому знакомому.
— Все равно умрет — приглядываясь к выгоревшему лицу, покачал головой, поднял суровый взгляд на подъехавших к нему Фанкиля, лейтенанта и детектива. Нахмурил густые седые брови, прищурился, присмотрелся, кивнул полицейским.
— Езжайте с Богом. Завтра его отвезу к вам на телеге.
Они отъехали со двора. Уже когда они поднялись на вершину холма на склоне реки, обернувшись, увидели группу всадников с факелами, въезжающих на двор гостиницы. Верховые покружились у костра и вокруг все также лежащего на песке тела, посветили вокруг и поехали куда-то в сторону, противоположную от реки. Опасаясь, что они бросятся в погоню за полицейскими, Вертура, лейтенант и Фанкиль уже было свернули лошадей с дороги, чтобы спуститься подальше в заросли, в лес, но процессия свернула куда-то в сторону, обратно, откуда приехала. Еще какое-то время удаляющийся свет факелов в руках верховых еще мерцал между темными силуэтами изб, больших двухэтажных деревянных домов и высаженных в огородах деревьев, но потом затих, затерялся где-то в садах на соседнем холме.
— Амфетамин — когда они отъехали уже достаточно далеко, проверил конверты лейтенант Турко, поделился мыслями с детективом — на коксохимическом есть цех, там делают лекарства, ну и это. Солько тут самые главные были, так что это их рук дело. Прошлой весной был приказ, мэтр Глотте приехал, всех повыловил, развесил по соснам вдоль дороги по северному берегу. Вою и плачу сколько было, Лео, ну вы помните… — лейтенант усмехнулся — помогло, но ненадолго. Мелочь-то переловили, а все коменданты, все шерифы, все местные землевладельцы, так или иначе либо глаза закрывали, либо были в деле — и прибавил обреченно-философски — продали и купили нас всех тут давно. И на том берегу и на этом.
— Кто бы говорил, Йозеф — с недобрым намеком, ответил ему приободрившийся после своей ловкой расправы Фанкиль.
— Лео, а шапочка леди Инги? — внезапно со злым, обиженным напором потребовал у рыцаря полицейский — просто, так, за красивую косу, подарили?
— Помните тот скандал? — устало ответил раздраженный нападками коллеги, снова начал сердиться терять самообладание, Фанкиль — когда леди Вероника ездила в больницу с инспекцией. Ей там показали как все красиво, а она через неделю приказала попечителя, бухгалтера, главного врача и старшую медсестру арестовать и всех без суда за ребра над Керной подвесить. Она тогда выделила дополнительные средства на современные лекарства и оборудование, а нам спустила приказ провести проверку. Так вот знаете, какие там схемы были, кому эти лекарства передавались и сколько нам только за сокращение списка нарушений предложили? Не знаете. Так что молчали бы Йозеф. А шапку эту я сам Ю… леди Инге в подарок под заказ на именины, в лавке «Маротти» сшил, можете лично проверить сходить.