Выбрать главу

«Да, есть в ней что-то нечеловеческое… даже бесчеловечное, – подумал Мэтт, не желая соглашаться с этим неприятным чувством, пробуждающим в нем сопротивление. – Но это не первобытная жестокость, а нечто другое, более сложное. Нет, я не могу поверить, что она вампир. Она живет, дышит, чувствует…»

Лаура ускорила шаг, увидев белые стены «Магдалы». Правое крыло особняка, где проживал профессор, показалось бесцветным отражением ее части дома – все так похоже, но отталкивающе чужое. Рядом не росли деревья, и поэтому отсутствовал узор светотени, что оживлял каждую завитушку на колоннаде левого крыла. Подступ к главной части здания преграждали кусты, от чего правое крыло «Магдалы» воспринималось как обособленное строение, отдельный мир.

На пороге появился профессор, который увидел в окне ожидаемую картину: Мэтт вел к дому неуловимую Лорелию Уэйн. Иллюзорная тень, собранная из прозрачных, разбегающихся пятен, все еще тянулась по ее следу, но почти потеряла очертания.

– Мисс Уэйн, какой приятный сюрприз, – ошеломленно проговорил профессор Филандер, рассматривая, как мелькают ее ноги, не связанные с обрывками тени.

Лаура подошла ближе и остановилась перед профессором, который оглядел ее с ног до головы точно свой главный экспонат.

– Здравствуйте, профессор, – вежливо произнесла она. – Благодарю за приглашение.

Внезапно из-за облаков выглянуло солнце. Лаура очутилась на открытом свету и окончательно отделилась от своей призрачной тени, сожженной небесным огнем. При этом девушка не сощурилась, как все нормальные люди, но в ее глазах померк свет. Зрачки, которые ранее виделись камушками на дне потока, теперь несоизмеримо расширились, приближаясь мраком бездны и затягивая в свой черный водоворот. Темная пропасть ее души ненадолго выглянула из вечности, поглотила опасное солнечное сияние, дабы оградить девушку от его пламенной ненависти. Лаура с усилием моргнула и быстро вошла в белый сумрак «Магдалы». Профессор Филандер и Мэтт последовали за ней.

– Не желаете ли чашку чая? – учтиво предложил профессор.

– Спасибо, но нет, ведь скоро обед, – с милой улыбкой ответила Лаура.

Она скользящей походкой направилась дальше, осматривая комнату. «Магдала», расколотая надвое, приоткрыла ей вторую, неисследованную половину, которую Лаура стремилась увидеть, как оборотную сторону Луны. Эту часть строения заполняли ветхие, неприглядные предметы, которые профессор считал бесценными. Лауре показалось странным, что он возит с собой бесприютные древности: разбитые чаши, склеенные черепки, тусклые украшения, ведь они могли в любой момент рассыпаться прахом.

– Взгляните, какое зеркало, мисс Уэйн, – сказал профессор Филандер, указывая на старинную раму в человеческий рост, – оно в бронзовой оправе.

Вопреки поверьям о вампирах отношения у Лауры с зеркалами были прекрасными. Она без страха глянула в блестящую поверхность и, ехидно улыбнувшись, поправила волосы.

– Вам случалось бывать здесь раньше? – задал ей профессор каверзный вопрос.

– Нет, это мое первое путешествие, – простодушно ответила Лаура.

Профессор Филандер с глубокомысленным видом поправил очки и посмотрел на Мэтта взглядом, говорящим: «Как она умеет притворяться». Но затем его глаза под очками зловеще блеснули, и он достал из кармана жилета то самое фото.

Элеонора смотрела с черно-белой фотографии, где седой тенью потерялся непередаваемый яркий цвет ее волос. Обесцвеченное лицо матери выглядело одушевленным в полумраке дома, как будто она сейчас кивнет. Элеонора с осуждением взирала на Лауру, свое бессмертное продолжение, укравшее ее жизнь. Их родство и духовное сходство стало настолько полным, что Лаура, всматриваясь в это лицо, потянулась, чтобы поправить такой же капризный завиток надо лбом, но сразу опомнилась и растерянно отвела взгляд.

Эта комната оказалась ловушкой, завлекшей ее пыльным дыханием прошлого.

– Вы узнали? – нарочитым шепотом спросил профессор Филандер.

Лаура замерла напротив зеркала, так что даже волоски у нее на голове перестали шевелиться при малейшем движении воздуха. Она явственно ощутила на себе потусторонний холод, что исходил из-за стекла, обманчиво плоского и непреодолимого. Лаура возжелала сбежать в несуществующее Зазеркалье, пересечь острую грань, попасть в комнату за стеной из старого матового стекла, в мнимый, перевернутый мир. Но пока боялась протянуть руку и нарушить соприкосновение измерений.

полную версию книги