Выбрать главу

— Чего? — буркнул он.

— Почему с остальными не поиграешь?

— Я не маленький.

— Да? — вздохнул Нофу и посмотрел на небо. — Правда, Великий Клео невероятный? Особенно, когда зарубил дракона и спас волшебницу…

— Что?! Он зарубит дра… ой… — щеки Юи порозовели, он отвел глаза в сторону.

— Хех… не стоит строить из себя такую злюку, тебе ведь тоже хочется с ними поиграть. Иди поиграй, Мика так хочет, чтобы ты улыбнулся.

— А ты?

— М-м?

— Ты тоже так думаешь?

— Что?

— Ну… что… мы семья? Когда мне это говорил Мика, мне хотелось его чем-нибудь тяжелым стукнуть.

— Да, мы все одна большая семья, — улыбнулся Нофу.

— Но нас же всех фактически похитили этот мужик, как тут играть и веселиться? Я уверен, что он и вашу тетку шантажирует.

— Неа, — усмехнулся Нофу, — будь это так, Дмитрий уже не был жильцом, — оскалился он, отчего по спине Юи пробежался табун мурашек, а на миг ему показалось, что правый глаз Яно — красный. Мотнув головой, он посмотрел в лицо друга и с облегчением вздохнул, оба глаза синие.

«Глюки», — подумал зеленоглазый.

— Братик Юи, Нофу-сан… — позвала их Акане.

Мальчики посмотрели на нее. В руках девочка держала веночки из цветов:

 — Можно?

— Да, — кивнул Яно, улыбнувшись ей.

Акане посмотрела на Юи, тот вздохнул, подогнул нужную страницу и, закрыв книгу, отложил её в сторону, а затем кивнул.

— А-а-а!

— Сей-чан, стой!

Мика в последний момент успел схватить за руку девочку, благодаря чему она не упала и носом не пропахала землю. Дернув её на себя, он обнял её и успокаивающе погладил по голове.

— Будь аккуратней, Сей-чан.

Он отпустил младшую Яно и, сорвав цветок, подарил ей. Лицо девочки покраснело, она посмотрела на подарок, им оказалась ромашка. Но его подарок… был таким простым и невинным, отчего сердце заколотилось сильней.

Наблюдая за детьми, Дмитрий улыбнулся, вот, что ему не хватало, — детей… Эти лучики света с восторгом приняли его предложение погулять босиком на улице, хотя старшие очень красноречиво на него посмотрели. Но когда он сколдовал теплую зону и напряг Кербероса поддерживать тепло, малышня кинулась играть.

— Вот значит как, — нарушив тишину, произнесла Мана и, положив на столик папку с бумагами, взяла чашку с чаем и отпила.

Когда он с Керберосом стали ей рассказывать об неоднократном возвращении в прошлое… Она посчитала их чокнутыми ублюдками, что непонятно зачем похитили сироток. Однако сейчас, прочитав все эти бумаги, её бросило в дрожь. Сколько им уж пришлось все это пережить? А сколько еще предстоит? Она отставила чашку и посмотрела на досье своей сестры… Дмитрий обратил Мизуки, дабы она дольше пожила, но как итог — она все равно умерла… И сколько бы они не пытались, либо она разбивалась насмерть, падая с небоскреба, либо обращалась в прах, когда защищала его и их тайну…

«Сестра…» — сжав руку на сердце, позвала Мана Мизуки.

— Да, — кивнул вампир, продолжая наблюдать за детьми.

— Но все же… если все повторяется, то какой смысл спасать то, что должно умереть? — шепотом спросила Мана.

— Может в том, что то будущее обрекает вот таких маленьких детей на выживание и борьбу с вампирами?

Мана посмотрела в сторону.

— Тем более они и станут теми, кто возродят прежний мир.

— Что?

— Вы же с Мизуки тоже из приюта Хакуя?

— Эм, да…

— Эх, вот и ответ. Кровь проекта «Серафим Конца Времен» и кровь «сына» первого вампира смешались, создав ключи к светлому будущему, но чтобы они работали, им нужна поддержка. Я хочу вырастить их и дать как можно больше знаний, чтобы… они не страдали, как должны.

Сначала Мана хотела возмутиться, но дослушав вампира до конца, стушевалась. Он просто хочет подарить им нормальное будущее, насколько это возможно с учетом того хаоса, который обрекает детей на борьбу с вампирами и прочими тварями после апокалипсиса.

Черный мрамор отражал блики свечей, а лава, что причудливо опутывала всю комнату в виде пульсирующих «вен», поражала своей необычной красотой: она не обжигала и не рушила комнату. В центре, в цилиндрическом барьере, находилось тело семилетней девочки, она прибывала без сознания.

Перед ней стоял высокий мужчина с длинными фиолетовыми волосами, на пол лица была набита татуировка ядовито-зеленого цвета, из головы торчали два черных рога, на одном роге была тоненькая золотая цепь.

— Хех, неплохо ты спрятался, Шикама Доджи. Столько проблем нам доставил, вот только не понимаю с какой это кстати мы спасаем эту малявку, Керберос?

К нему подошел Керберос, а за ним стояли леди Лилит и Кисели.

— Так ведь веселей, переплетение судеб это что-то с чем-то! — восторженно произнес Свободный Демон.

Лилит покачала головой.

— Игры со временем уже сделали свое дело. Ты умрешь, если воспользуешься Временным зовом еще несколько раз.

— Это не игра! — возмутился Керберос. — Я спасаю мир, что мне дорог!

— Вот твой мир! — указал рукой фиолетоволосый в вырезанное окно, в котором раскинулся вид на лавовые реки и проклятые земли.

— Нет, это твой мир.

— Ох, сильным же ты вырос, сын, но таким идиотом. Тратить собственную силу и жизнь на жалкого вампира.

— Он мой брат.

Тело не двигалось, боль отдавало импульсами, вонзаясь иголками в органы и конечности. Собственной кровью и кровью друзей пропиталась одежда, первым умерла Махиру, следом за ней отправился Глен, а там уже и все… кроме него. Он не умер, но почему?

— Наверное, вы задаетесь вопросом: «Почему меня не убили?» — спросил монстр, присев на корточки возле Шиньи.

Глаза Хиираги расширились, «вы»? Неужели кто-то еще жив? Или он обращается исключительно к нему?

— Я отвечу… Ты и та коротышка выжили.

— Зачем… зачем ты убил всех, но оставил нас?! — хрипел парень.

— Ну, это подарок тебе, ты очень хорошо позаботился о малышке Сей, тем более что вы оба куда умнее… хотя как посмотреть, — вздохнул демон. — Видишь ли, если воспользоваться воскрешением, умрет мир, но те, кого вернули к жизни, проживут всего десять лет, не правда ли не честно? Ради всего десяти лет воскрешенного должен сгнить фактически в аду весь мир?

— Но… — Шинья замолчал, а что он скажет? Он что-то подобное когда-то и… где-то слышал, — …и мы как-то причастны к этому… воскрешению? — шепотом спросил он, чувствуя, как сознание затягивает тьма.

— Да… — услышал он ответ, после чего полностью погрузился в сон.

Открыв глаза, Шинья медленно сел и посмотрел в окно. Его с Шигурэ нашли очевидцы у эпицентра террористов, что по всей Японии устроили геноцид.

— Однако, подарок за какого-то человека, которого я даже не знаю? Хм… Сей? — это имя, произнося его, он чувствовал тепло на сердце, но он не знает человека с таким именем!

Тут в палату постучали, и вошла Юкими в больничной сорочке. Её руки по самые плечи были забинтованы, как и шея. Она пустым взглядом смотрела на парня, подойдя к его кровати, она села на стул.

— Шигурэ… — позвал её Хиираги.

— Шинья… что мне теперь делать? Глен-сама мертв, Саюри — мертва, род Ичиносэ и все его приближенные — тоже… — она опустила голову, пряча глаза за челкой, по щекам покатились слезы. Недавно она узнала об том, что гору Аити вместе с домом Ичиносэ и домами приближенных рода взорвали, а выживших после этого, вырезали по всей стране.

— Хиираги и их приближенных до последнего… убиты, — произнес Шинья, он тоже недавно это узнал и пребывал в смешанных чувствах. С одной стороны, он был счастлив, ведь он больше не раб этого рода, но с другой, Махиру и ребята мертвы.

Девушка подняла голову и озадаченно посмотрела на парня, тот склонился к ней и осторожно вытер её слезы.

— Ши-шинья…

— Может… нам дали шанс на новую жизнь?