— Клянусь, госпожа, ни сном ни духом… — забормотал волшебник. — Проклятый Лапчик…
— Ладно, ладно, не хочешь говорить — не надо! В конце концов ты сделал для страны очень полезное дело. Ты сумел выманить у акиремцев больше двух миллионов реалов. Эти деньги были нашей давней головной болью. Долгие годы граждане Акиремы копили деньги, складывая их в чулки, в глиняные копилки, в пустые бутылки и горшки. В результате на руках у населения скопилась огромная сумма — несколько миллионов реалов. Товары стремительно дорожали. Золото обесценивалось. Экономика страны была под угрозой. Еще несколько месяцев — и катастрофа была бы неминуема. Люди бросились бы на рынок, чтобы обменять деньги на товары. Но всех богатств Акиремы не хватило бы, чтобы обеспечить и половину имеющихся у граждан денег. Началась бы паника, а потом, возможно, война, голод, разруха… Страшная угроза нависла над государством. Наши советники ничего не могли предложить. Все их советы были либо откровенно глупы, либо бесполезны. А твоя идея с пирамидой просто великолепна! Теперь лишние миллионы вышли из обращения, и стране можно не бояться кризиса. Сегодня мне доложили, что впервые за много лет цены на городском рынке поползли вниз. Ты великий реформатор, Романчиш! Наше государство нуждается в таких людях. Думаю, ты смог бы принести великой Акиреме еще больше пользы. Что ты скажешь о должности главного советника короля?
— Я…я…я…
— Вижу, ты согласен. Разумеется, первое время ты будешь исполнять свои обязанности секретно. Надо дать горожанам успокоиться после истории с пирамидой. Но я не сомневаюсь, что вскоре ты прославишь свое имя и все наше славное королевство своими новыми идеями. Что бы ты мог предложить еще для улучшения благосостояния нашего народа?
— Ну-у-у… — задумался волшебник. — Можно, к примеру, выпустить новые пятидесятисантимовые монеты, а старые объявить недействительными. Дети, складывающие пятидесятисантимовики в копилки, уже не смогут обменять их на сладости и игрушки. Это позволит избавиться сразу от целой кучи денег. А еще можно ввести свободные цены на хлеб и крупу. Торговцы сразу взвинтят цену, и население будет вынуждено тратить большую часть своих доходов на самое необходимое. Тогда ему просто нечего будет копить!
Первая фрейлина смотрела на него почти с восхищением.
— Да ты прямо финансовый гений! — сказала она. — Я вижу, что экономика Акиремы в надежных руках!
Глава 29
ОБЩЕСТВО СЕМИМЕДИЙСКИХ ЭМАНСИПИРОВАННЫХ ЖЕНЩИН
Слух о возвращении Вована каким-то чудом в мгновение ока облетел Фелифанию.
К подходу поезда с Вованом на вокзал привалила огромная толпа. Поглазеть на человека, сумевшего вырваться из лап варваров и вернуться живым и здоровым из королевства оборотней, собрался весь город. Под радостные крики Вован выбрался из вагона и помахал рукой встречавшим.
— Айда на сходку, бакланье! — сказал он. — Ща я этому басивале гнилому правилку устраивать буду!
Прямо с вокзала Вован, окруженный толпой, отправился в Флей-замок.
Статс-секретарь господин де Колляк уже дожидался его в зале. Лицо его было как всегда бесстрастным, но ярко-красные пятна, проступавшие на щеках, лучше всяких слов говорили, что статс-секретарь в ярости.
Он уставился на Вована ненавидящим взглядом и процедил:
— От имени Флей-секретариата рад приветствовать вас в добром здравии. Выполнили ли вы задание Флей-феи?
Произнося это, господин де Колляк позволил себе едва заметно усмехнуться. Пусть этот невежественный дикарь-чужеземец и сумел каким-то чудом ускользнуть от оборотней, но лунного оберега он не добыл!
Вместо ответа Вован порылся за пазухой, вытащил оберег и положил его перед статс-секретарем.
Господин де Колляк лишился дара речи. Он смотрел на оберег и не верил своим глазам.
Этот дикарь, этот невежественный чужеземец, жующий жвачку во время официального приема, ухитрился добыть Золотой зуб варваров и Лунный оберег оборотней! И при этом остался жив! Невероятно!
Господин де Колляк почувствовал себя худо. Он побледнел, покачнулся, и, чтобы не упасть, схватился за помощника.
— Поздравляю! — прошептал статс-секретарь ватными губами. — Вы выполнили второе задание Флей-феи…
— А то! — гордо сказал Вован. — Давай, начальник, третью тему! Хорош фуфло толкать!
— Нет, нет, не сейчас… — промямлил статс-секретарь. — Я должен подумать. Приходите завтра в полдень…
Сгорбившись и тяжело шаркая, поддерживаемый помощником статс-секретарь покинул зал.
Всю ночь Вован праздновал свое возвращение.
Трактир ходил ходуном.
Щедрый Вован собрал на пиршество полгорода. Пиво лилось рекой, хозяин сбился с ног, поднося гостям закуски, на сцене плясали голые девицы из кордебалета, а посреди этой вакханалии веселился сам виновник торжества — в малиновой набедренной повязке и в венке из болотных лилий.
Полдень застал Вована спящим в самом центре живой кучи, состоявшей из участников пиршества. По правую руку от Вована раскинулась девица из кордебалета, а по левую храпел до смерти уставший хозяин. Вован отряхнулся, окинул пиршественное поле мутным взглядом, пробормотал: «Во, блин, попили пивка!» и отправился во Флей-замок.
Статс-секретарь, бледный и решительный, вошел в зал и прошествовал на середину. На этот раз он не стал читать речей и рвать конвертов. Он обернулся к Вовану и глядя ему в глаза, громко произнес:
— Во исполнение третьего задания Флей-феи вам надлежит доставить свадебную фату Бдзены — принцессы амазонок!
После этих слов статс-секретарь немедленно повернулся и вышел из зала.
В коридоре его догнал помощник.
— Вы были великолепны сегодня, ваше превосходительство! — льстиво сказал он, заглядывая статс-секретарю в лицо. — Этот мужлан был потрясен вашим достоинством! Он был в восхищении!
— Ему не долго осталось восхищаться, — зловеще ухмыльнулся де Колляк. — Поездка за свадебной фатой Бдзены будет последней в его жизни.
— Но ваше превосходительство!.. Что, если он принесет…
— Не принесет! — перебил де Колляк. — У королевы амазонок нет свадебной фаты. Амазонки не играют свадеб. Они совершают набеги на соседние страны, захватывают там мужчин, проводят с ними ночь, а поутру убивают. Кто бы он ни был, этот дикарь, из страны амазонок ему не вернуться!
Вернувшись с аудиенции, Вован разогнал жаждущее продолжения праздника общество, и стал собираться в дорогу.
В будке «Чугунных дорог» ему объяснили, что страна амазонок находится за морем, в Краеземелье, что поезда туда не ходят, и единственный способ достичь ее берегов — это переплыть море на корабле.
Вован отправился в порт. Он довольно быстро нашел подходящий корабль, но стоило ему произнести слово «амазонки», как капитан в ужасе замахал руками и наотрез отказался обсуждать эту тему.
Вован недоуменно пожал плечами и отправился на поиски другого корабля. Увы — всюду его ожидало одно и то же. Вначале капитаны изъявляли желание везти Вована хоть на край света, но как только узнавали, что плыть предстоит в страну амазонок, следовал решительный и категорический отказ.
Вован обошел весь порт и отовсюду получил отворот. Оставался один-единственный корабль, стоявший у дальнего причала. Это была старая и неказистая посудина, порядком потрепанная штормами и временем.
Понимая, что это его последняя надежда, Вован решил начать с другой стороны. Он подошел к капитану и сказал:
— Восемьсот реалов!
Капитан вздрогнул. Он хмуро посмотрел на Вована и процедил сквозь зубы:
— Пошел прочь!
Вован не удивился. Он кивнул и тут же выдал:
— Тысяча реалов!
Капитан не ответил.
— Две тысячи! — сказал Вован.