Выбрать главу

Игорь и Сергей взялись за лестницу, собираясь один за другим нырнуть в проём. Антон отрицательно покачал головой.

По лестнице поднялись ангел Лена и Ваня Стариков. Антон крикнул в проём темноты: — Помни: ты первая начала играть без правил! Легко жертвовать собой. Легко списывать какое-то число незнакомых людей в расход. Статистика самая обезличивающая наука. Не стану пугать тебя родителями и братом — они далеко, ты не поверишь. Но посмотри кто здесь — любовь всей твоей жизни. Вот герой и спаситель. Вот он: Иванушка-дурак из сказок. Ответь: ты правда любишь его или просто использовала, совмещая полезное с приятным? Слышишь Оля: ответь на извечный вопрос: что стоит любовь?

Сверху молчали. Ангелы переминались с ноги на ногу. На лицах некоторых мелькало неодобрение, но никто не спешил предложить иной путь разрешения сложившейся ситуации.

— В легендах древней Греции царь жертвует любимой дочерью, чтобы спасти страну, которой он правил. Сможешь поступить также? Наверное ты не веришь мне? — спросил Антон: — Сергей, дай пистолет.

Тот отшатнулся: — Какой пистолет?

Бог нетерпеливо протянул руку: — Который остался единственным напоминание об отце. Который постоянно носишь с собой, разбираешь, чистишь, но ещё не разу не стрелял. Твою реликвию. Дай, она сейчас нужна мне.

Сергей нерешительно сунул руку во внутренний карман. Антон сказал: —Конечно ножом было бы куда эффективней. Но к сожалению я не садист. Или к счастью? Не важно. Я не люблю кровь. Получать удовольствие от страданий беспомощных могут только неполноценные. Оля, слышишь: я не хочу этого. Никто из нас не хочет, включая разумеется и тебя. Почему-то иногда происходит то, что не нужно вообще никому. Как думаешь Оля, почему?

Сергей достал оружие и держал, явно пребывая в колебаниях. Но он думал вовсе не о каком-то Иванушке-дурачке, а о том, что сейчас единственную оставшуюся от отца память оскорбят применением в пытках. Ради благого дела — но всё же память об отце.

Бог взял пистолет из вялой руки. Сверху молчали. Антон подмигнул застывшему Ване: — Использовала или любила?

Стариков даже не мог крикнуть что-нибудь вроде: — Оставайся наверху любимая, не думай обо мне. — Приказ запрещал открывать рот. Как просто увернуться от пули, если можешь двигаться. Воспользоваться анимусом, чтобы отключить боль — если можешь воспользоваться. Ване казалось будто по телу скользит лазерный прицел, выискивая где именно расцветёт цветок боли.

Нажимая на курок, бог подумал: — А не разорвётся эта фигня у меня в руках?

Вспышка и грохот. Закричал Ваня. Чуть ли не раньше сверху донёсся исполненный жуткой ярости крик.

— Нет? — спросил Антон. От выстрела в замкнутом помещении на доли секунды растерялся, мигом написав мини программу, чтобы не терять ориентацию в дальнейшем. Выстрел! Крик! Выстрел!

Подобно возмездию, Оля слетела сверху, целя ржавым гвоздём в глаз бога. Она бы метнула, но в ускоренном режиме между движением тела и свободно летящим предметом не слишком много разницы.

Пожалуй только корчащийся на холодном полу, не способный до последнего потерять сознание Иван, и бог Антон единственные не пребывали в ускоренном режиме. Ласточка ещё не слетела вниз, но как только девушка сделала намёк на движение, каждый из ангелов поступил в соответствии с несколько секунд назад разработанным планом. Надя и Сергей попытались перехватить — неудачно. Лена дёрнула Антона назад, уводя с линии атаки — излишне осторожно и потому слишком медленно. Остававшийся в резерве Игорь подсчитал траекторию и закрыл собой бога. Даром, что ржавый, но по прежнему острый гвоздь пробил покров одежды и добрался до тела. Страшный удар о холодный бетонный пол, частично залитый горячей Ваниной кровью, расплющил Игоря. Подумаешь гвоздь в плече, костедробительный удар вот, что по настоящему страшно. Ласточку скрутили прижимая к полу. Макая лицом в горячую кровь любимого, смешивающуюся с кровью первого ангела. Она попыталась вырваться, бесполезно. Под угрозой впадения в кому анимус вывел тело из боевого режима. Ему ещё предстояло залечивать полученные в скоротечной битве повреждения.

Первым делом Антон склонился над Игорем. Лечебные программы во всю трудились, погрузив сознание носителя-ангела в сон.

— Не вздумай отключиться- бросил он Ласточке: — Иначе я обещаю: следующая пуля ляжет в лоб недоделанному герою.

От боли Ваня сумел преодолеть приказ молчать. Он ругался как-то по детски, не в силах подыскивать слова и используя первые приходящие на ум.

— Ключ отмены порчи?

— Нет никакого ключа- выдохнула Ласточка. Анимус сообщал о паре трещин в рёбрах, о порезах и многочисленных ушибах.