— Нам предстоит долгая работа. Ты не возражаешь, если мы начнем пораньше? — пробормотал он.
Его шепот был почти как интимная ласка. Как такие безобидные слова могли звучать словно: «Разденься для меня».
Она покраснела и попыталась скрыть свою реакцию. Может быть, выпить вина за обедом было плохой идей и повлияло на ее суждения.
— Ничуть. Какое время тебе подойдет?
— В семь? — он отхлебнул кофе и откинулся на спинку стула, давая ей немного пространства.
Она должна была обрадоваться дополнительному воздуху. Но, как ни странно, женщина беспокоилась, что он больше не был заинтересован в ней, и что она вообразила себе соблазняющую власть его голоса.
Шарлотта рискнула взглянуть на него снизу вверх. Нет, она ничего не вообразила. Он мог бы дать ей больше пространства, но буравил ее жарким взглядом, который лишал ее дыхания.
Волнуясь, она сглотнула.
— В семь было бы здорово.
Глава 2
Они подъехали к новому дому Хантера и Каты после полудня. Аромат Шарлотты пропитал всю кабину грузовика. Пряный, мускусный и таинственный. И такой чертовски женственный. Это были не духи, не лосьон или какая-нибудь химия, которой пахли миллионы других женщин. Он заметил это еще раньше… Но оказавшись запертым с ней в небольшом пространстве, когда погода была слишком, черт возьми, холодной, чтобы открывать окна, он чувствовал этот запах во сто раз сильнее. Как, черт побери, ему теперь выходить, не смущая себя и не пугая ее? Калеб потер глаза. Вряд ли его слова о том, что он щеголяет с такой эрекцией еще с пересечения границы Луизианы, успокоят ее и заставят вести себя непринужденно.
— Здесь так прелестно!
Улыбка и светящиеся глаза Шарлотты не облегчили ему задачу. Сделав глубокий вдох, он заставил себя собраться и сосредоточиться на доме. Окруженный высоченными деревьями он выглядел как коттедж, расположенный на краю квартала. Белый, с жалюзи тыквенного цвета. Широкое крыльцо, которое поддерживалось четырьмя тонкими колоннами и было увито цветущими растениями, там же крепились подвесные качели. Большие окна, белая дверь со стеклянной вставкой и декоративный серебряный номер на стене дома — все способствовало уютной атмосфере. Он был небольшой, но Калеб мог понять, почему Хантер хотел бы поселиться здесь и, возможно, вырастить здесь ребенка или даже несколько.
— Уверен, они будут здесь счастливы. Давай посмотрим, как много работы предстоит внутри. Снаружи выглядит неплохо.
— Газон нужно подстричь. — Она вытащила из сумочки маленькую записную книжку с ручкой и начала делать заметки. — Краску на маленьком гараже позади дома, вероятно, пора обновить.
Калеб поднял голову, чтобы заглянуть за дом. Она была права.
— Я позабочусь об этом.
— Им повезло иметь тебя под рукой. — Она улыбнулась. — В смысле, в качестве помощника.
О да, Шарлотта могла иметь его любым способом, каким ей захочется, стоит ей сказать лишь слово.
Но в ближайшее время этого не произойдет. Вздохнув, он вышел из машины и трусцой обежал ее. Шарлотта открыла дверцу и попыталась спрыгнуть на землю на своих совсем непрактичных каблуках, да еще в одной из тех юбок, которые обтягивали ее задницу, сводя его с ума.
Единственное, что он хотел сделать, это обнять ее за талию и притянуть к себе. Но она бросила на него еще один из этих пугливых взглядов, так что он просто предложил ей руку. Она приняла ее, и ее мягкое тепло обожгло его до самых костей. Господи, словно он мог стать еще тверже. Как только женщина встала, выпрямившись, Калеб заставил себя отвернуться и направился к дому.
Пройдя по маленькой пешеходной дорожке, он выудил из кармана ключи, которые дал ему Хантер, и толкнул входную дверь. Здесь и закончилось все очарование этого места. Он прошел через небольшую прихожую. Темную и тесную, со странной половинчатой стеной, дыра в стене открывала вид на остальную часть дома. Может, если бы там был шкаф или что-то полезное, он бы мог понять зачем это сделано. Но все, что он чувствовал в этих двух метрах — только тесноту.
Паркетным полам, похоже, был не один десяток лет. Кто-то проник в дом и оставил на половине стен занимательную коллекцию непристойностей.
— О, Боже, — голос Шарлотты дрогнул.
Это был подходящий способ описать внутреннюю обстановку дома.
— Голосую за то, чтобы снести эту бессмысленную стену. Она — не несущая.