Выбрать главу

Путник снял с головы войлочную шляпу.

   — Тефис! — изумлённо воскликнул Симонид. — Откуда ты?

Он запомнил слугу Леонида, побывав в доме у спартанского царя.

   — Я держу путь из Фермопил, — ответил Тефис, скорбно покачав головой. — Мне было велено обязательно уцелеть, чтобы поведать спартанцам о том, как погиб Леонид и весь его отряд.

Симонид порывисто схватил Тефиса за плечи, заглядывая в глаза.

   — Так ты всё видел, друг мой? — взволнованно проговорил он.

   — Не всё, но многое.

   — Идём! — Симонид решительно взял Тефиса за руку. — Ты отдохнёшь с дороги в моём доме, а потом расскажешь о последних днях даря Леонида.

Тефис до такой степени был измучен, что, напившись воды, тут же лёг на скамью и уснул как убитый. Симонид позвал рабов, которые сняли со спящего грубые сандалии из воловьей кожи, плащ, а затем осторожно перенесли на мягкую постель.

Проснулся Тефис только поздно вечером. Для него была уже готова ванна с горячей водой. Смыв с себя пыль и грязь, облачившись в чистые благоуханные одежды, Тефис разделил трапезу с хозяином дома. Подливая вино в чашу нежданному и желанному гостю, Симонид неизменно произносил одну и ту же фразу: «За твоё спасение, Тефис! И за то, что боги привели тебя ко мне».

Насытившись, Симонид и его гость перешли из трапезной в комнату для гостей. На западе догорал закат, пурпурные отсветы легли на тонкие занавески на окнах, колыхаемые слабым дыханием ветра.

Симонид и Тефис сидели в креслах лицом друг к другу. Тефис монотонным печальным голосом рассказывал о том, как войско Леонида вступило в Фермопилы, о кровопролитных сражениях от рассвета до заката, о том, как царь слал гонцов за помощью в Спарту и другие города Эллады...

   — Но помощь так и не пришла, — мрачно закончил Тефис и ненадолго замолчал. — Потом появился перебежчик из персидского стана, сообщивший Леониду, что персы двинулись в обход по горам; какой-то предатель из малийцев сам предложил Ксерксу свои услуги. Союзники приняли решение оставить Фермопилы. Спартанцы же решили сражаться до конца. Феспийцев, тоже не пожелавших отступать, Леонид отправил защищать восточный выход из Фермопильского прохода. Меня царь послал в дозор следом за феспийцами.

Тефис подробно поведал Симониду о том, как храбро сражались с «бессмертными» феспийцы, пока не полегли все до последнего человека. Когда Тефис прибежал к лакедемонянам, чтобы известить их о гибели феспийцев, Леонид был уже мёртв, а во главе спартанцев стоял Сперхий.

   — Он и приказал мне укрыться в зарослях на склоне горы, чтобы я стал очевидцем последней битвы с варварами. Ещё Сперхий велел мне выкрасть у персов тело Леонида, когда всё будет кончено.

Симонид, замерев, внимал рассказчику, и перед его мысленным взором разворачивались картины последней битвы.

Персы долго штурмовали укрепившихся на холме лакедемонян, но никак не могли их одолеть. Тогда Ксеркс приказал расстрелять крошечный отряд Сперхия из луков. Несколько тысяч лучников, окружив холм, больше часа пускали стрелы. Тучи стрел сыпались дождём на поднятые щиты лакедемонян. Этот смертоносный дождь убивал спартанцев одного за другим. Они падали друг подле друга, как стояли в боевом строю, красные плащи устилали вершину холма. И вот упал последний спартанец. Персы опустили луки.

По приказу Ксеркса тело Леонида было распято на кресте, установленном возле дороги, по которой двигались несметные азиатские полчища, направляясь в Срединную Грецию.

   — Варвары проходили через Фермопилы три дня и три ночи, — молвил Тефис. — В течение этого времени подле креста с телом Леонида постоянно находилась стража. Я не мог даже подобраться к кресту. По ночам персы жгли костры. Когда войско Ксеркса углубилось в Фокиду, мне с помощью жителей из селения Альпены удалось снять с креста тело Леонида и предать земле. Место погребения я запомнил.

Тефис подробно описал Симониду, где именно погребено тело Леонида, с какой стороны от дороги и по каким приметам можно отыскать могилу, заложенную грудой белых камней.

   — Рядом я похоронил и Мегистия, — добавил он. — Его могилу можно узнать по холмику из жёлтого ракушечника. Всех прочих спартанцев местные локры по приказу Ксеркса погребли в одной общей яме.

Над этой могилой они сложили небольшой курган из обломков известняка. Феспийцев тоже захоронили местные жители рядом с селением Альпены, у самого восточного выхода.

Разморённый сытным обедом, Тефис ушёл спать. Завтра ему предстояло двинуться в путь. Симонид, взволнованный всем услышанным, до глубокой ночи не сомкнул глаз. Он бродил со светильником в руке по притихшему дому, ведя мысленный диалог с самим собой.