Первый шаг — взрыв. Он ухмыльнулся. Взрыв прошел очень хорошо: искусство и наука слились в единое целое. Небольшая зажигательная бомба сработала идеально, эту разработку оказалось легко осуществить на практике. Ни единой движущейся части. Все просто и изящно.
И эффективно. Он попытался согнуть ногу в колене и поморщился. «Возможно, с эффективностью я несколько переборщил», — подумал он, вспомнив силу взрыва. Его просто сбило с ног и швырнуло на четвереньки, когда он бежал по подъездной дорожке прочь от дома Дауэрти. Он решил, что оставил слишком короткий фитиль. Фитиль должен был гореть десять секунд — тогда ему хватило бы времени убраться из дома и отойти на безопасное расстояние. Он мысленно подсчитал секунды. Похоже, их все-таки получилось семь. А ему нужно десять. Десять — чрезвычайно важное число.
В следующий раз он сделает фитиль немного длиннее.
Первое яйцо — то, которое он положил в кухне, — сработало превосходно, в точности как опытный образец. Второе, которое он положил на кровать Дауэрти… Он хотел, чтобы старик с женой сгорели в собственной кровати. Когда он обнаружил, что дома их нет, вторая бомба превратилась в символическую, но в конечном счете нецелесообразную часть его плана.
Он уже приготовился поджечь фитиль, когда понял: пока он сбежит по лестнице в кухню и подожжет фитиль второго яйца, бомба в спальне уже успеет взорваться. И взрыв этот, возможно, воспламенит газ, в результате чего поджигатель окажется в ловушке. И поэтому не стал поджигать яйцо, надеясь, что оно взорвется само, как только до него доберется огонь. Судя по тому, как огонь прожег крышу дома, так и произошло. Но если бы этого не случилось, полицейские могли бы обнаружить уцелевшее яйцо и узнать то, что он никак не хотел им сообщать.
Таким образом, хотя концепция двух бомб и грела ему душу, поджигать их одновременно не стоит: слишком большой риск. И в дальнейшем он ограничится одной. Все остальное, что касается взрыва, прошло как по учебнику. В точности так, как он и планировал. Ну практически.
Теперь делаем второй шаг. Девушка. Его улыбка превратилась в ухмылку — злобную и в то же время притягательную. Одно лишь воспоминание о ней заставило его напрячься.
Когда она умоляла его, когда пыталась сопротивляться, в нем что-то щелкнуло и он воспользовался ее беспомощностью. Грубо. Жестоко. Пока она не замерла на полу, дрожа, не в силах произнести ни слова. Вот как все должно быть. Вот какими они должны быть. Смирными. Если не добровольно, то подчиняясь силе. Его ухмылка исчезла. Но он овладел ею без презерватива — какая непростительная глупость! Тогда он об этом не думал, поскольку был поглощен происходящим. И снова ему повезло. Огонь позаботится обо всех уликах. По крайней мере, ему хватило здравого смысла облить ее бензином и только потом убежать. От девушки, наверное, вообще ничего не осталось, а с ней погибло и все, что он оставил, когда убежал.
И переходим к шагу номер три. Его побегу. Никто не видел, как он бежал к своей машине. Везение, сплошное везение. Нельзя рассчитывать на то, что и в следующий раз удача будет ему улыбаться. Нужно подготовить средство побега получше. Такое, которое ничего не даст полиции, даже если его кто-нибудь и заметит. Он улыбнулся. Он уже знал, что предпримет.
Он обдумал свой план. План вышел хороший. Но он вынужден был признаться самому себе, что именно секс придал плану завершенности. Ему и прежде доводилось убивать. Он и прежде занимался сексом. Но теперь, испытав убийство и секс одновременно, он уже не мог представить себе одно без другого.
Впрочем, ничего удивительного. Пожалуй, в этом заключается его единственная слабость. А возможно, и его самая большая сила. Из всего оружия, которое он когда-либо применял, секс был самым прекрасным. Самым основным.
Изо всех способов поставить женщину на место этот был самым лучшим. Молодые, старые… На самом деле это не имело значения. Удовольствие и облегчение приносил сам акт обладания — и понимание того, что в каждый день своей жизни они хоть раз да вспомнят, что слабы. А он — силен.
Его самая большая ошибка заключалась в том, что он оставлял их в живых. Именно из-за нее его когда-то чуть не поймали. Она чуть не обрушила на его голову наказание куда большее, чем он перенес в нелепом Центре для несовершеннолетних преступников. Из этого он также извлек урок, и доказательством тому стала Кейтлин Барнетт. Если планируешь изнасиловать женщину, позаботься о том, чтобы она не выжила и не смогла растрепать о тебе.