Выбрать главу

— Поднимите весла! — воскликнула я. — Не гребите! Кто-то нас зовет!

Пувилон с Кунтурой послушно замерли и затаили дыхание. И я снова услышала отдаленные выкрики: «Стойте! Погодите!» Но это был не голос моего любимого принца. Хотя расстояние вполне могло его исказить.

— Пристаньте, пожалуйста, к берегу, — попросила я великанов. — Мне кажется, это кричат нам.

— Тогда нужно, наоборот, подналечь на весла, — нахмурился Пув. — Вряд ли нас останавливают, чтобы сказать что-нибудь хорошее.

— А если это Гоша? — спросила я.

— Это не он, — продолжала напряженно вслушиваться Кунтура. — Это городская стража. Я узнала голоса.

Да, теперь и я слышала, что это был не один голос, а несколько. Но еще мне стало понятно, что кричат не нам — голоса удалялись в противоположную сторону. Стражники гнались за кем-то, кто направлялся к скалам. Или… к пещере?.. Но кто это мог быть? Неужели маг Лунатик? Точно! Он все-таки услышал мой призыв и отправился на встречу с принцем. Вот только почему не переместился сразу к пещере? Зачем было появляться в столице и привлекать внимание стражи?

И тут я подумала, что это могло быть той самой военной хитростью, к которой прибегал порой и мой любимый. Лунатик мог появиться даже не в самом городе, а возле него. Причем поскольку он сильный маг, наверняка мог принять и чужой облик. К примеру, как раз Гошин. Затем он сознательно попался на глаза привратникам, сделал вид, что прячется, а те, узнав беглого преступника, описание которого наверняка уже было доведено до всех, срочно вызвали стражников. И теперь Лунатик вел за собой преследователей точнехонько к пещере, где находился настоящий принц. Которого стражники, конечно же, схватят. А потом вернут в столицу, где его уже дожидается палач. Так лунный маг чужими руками избавится от мешающего его грязным планам принца. Моего любимого принца! Славного, милого Гошеньки!

Вот уж нет, не бывать этому! Я должна его предупредить. И я закричала Пувилону с Кунтурой:

— Гребите назад! Как можно быстрей!

Но потом я подумала, что пока мы плывем, пока я добегу от берега до скал, уйдет слишком много времени. Быстрее получится, если сразу помчусь к пещере. Даже если не буду успевать, заору во все горло, чтобы принц убегал, — пусть хватают меня, ради любимого я готова была пожертвовать собой.

— Пристаньте к берегу! — завопила я растерявшимся от моей непоследовательности великанам. — Пув! Я прошу! Пристань, ради мамы!

Пувилон хоть и не мог понять, при чем тут его мама, но рассчитала я верно — это сработало. Вскоре лодка ткнулась носом в прибрежный песок, и одновременно с этим из нее выпрыгнула я. И уже взбиралась на кручу — к счастью, обрыв здесь был невысоким, — когда великаны очухались.

— Ты куда?! — закричали они. — Тебя схватят!

— И пусть, — пыхтя и цепляясь за траву, вскарабкалась я на берег. — Но Гошу я им не отдам!

А в следующий миг крики впереди послышались снова. Но теперь они звучали странно, словно вопило сразу несколько человек. И они уже не призывали остановиться, а были, скорее, испуганными и сумбурными. Я ничего не смогла разобрать, кроме «ой!», «ай!» и подобных возгласов.

— Там что-то происходит! — обернулась я к великанам, но те уже и сами это услышали и теперь вытаскивали на берег лодку с явным намерением последовать за мной.

Разумеется, мы не поперли напролом, а побежали, пригнувшись, чуть правее криков. А когда те зазвучали совсем близко, хотя я по-прежнему не видела самих охранников, шепнула Пуву с Кунтурой:

— Ложитесь в траву и ждите. Я стану невидимой и схожу на разведку.

— Сделай и нас тоже невидимыми, — сказала Кунтура. — Не хватало еще валяться, когда ты будешь рисковать!

Говоря откровенно, мне было очень приятно такое услышать. Разумеется, мне и самой очень хотелось, чтобы великаны в трудный момент были рядом. Но я не считала себя вправе просить их снова идти на риск. И когда это предложила сама привратница, а Пувилон в поддержку ее слов активно закивал, я вздохнула с облегчением.

Наколдовав всем троим невидимость, я опять двинулась в сторону голосов. И примерно через сотню шагов увидела впереди не очень длинный, метров тридцати, но очень прямой ров, словно его прочертили в земле по огромной линейке. Подойдя к нему вплотную, я увидела, что ров не особенно узкий, как казалось издалека, — метра три между его краями было точно, а когда заглянула вниз, выяснила, что он и не сильно мелкий — земляные стенки уходили отвесно вниз как минимум на три человеческих роста. Внизу блестела вода. А из нее торчали головы троих стражников — одного я даже узнала, это был тот, который, не полностью обездвиженный моим колдовством, гнался за нами с Гошей в столице. Теперь бедолаги размахивали руками, поднимая мутную волну, и вопили: