— Вот это да… — поражённо протянула Джинни. — Никогда бы не подумала, что Рон… Вот это да!
— Я очнулся и глазам не поверил: Рон здесь! Ну и раз мы добыли меч — вернее, Рон добыл и заодно спас мне жизнь, — я решил, что ждать нечего. Крестраж у нас, меч Гриффиндора тоже. Я попросил медальон открыться. Конечно, мы подозревали, что тварь будет сопротивляться, но вы бы только знали, какие гадости она говорила. В итоге мы его уничтожили. Вернее, Рон его уничтожил, — снова поправился Гарри.
Джинни ошеломлённо качала головой.
— Меня только одно удивляет: почему братец до сих пор не растрезвонил эту историю всем вокруг?
— Потому что звучит всегда круче, чем есть на самом деле, — пожал плечами Гарри.
— Не представляю, как это может звучать круче, чем есть на самом деле. Так почему он вспылил?
— Из-за того, что я сказал в буфете. Он зачем-то опять вспомнил про ту ссору, как будто я до сих пор виню его в чём-то.
— По твоему рассказу я этого не заметила, — поддержала его Джинни.
Гермиона погладила Гарри по плечу. Им обоим было тяжело в те дни. Между ними непрестанно витали недомолвки, неловкость и напряжение. Раньше она такого не замечала, но раньше над их дружбой и не нависала настолько ощутимая угроза. Когда от троицы откололся один кусочек, это пустило трещину и между ними двумя.
Джинни положила руку поверх его ладоней.
— Всё наладится, — пообещала она и устроила голову на плече Гарри.
Гермиона почувствовала себя лишней. И хотя они находились в её палате, она поднялась.
— Я схожу к… в общем…
Гарри рассеянно кивнул, Джинни поглаживала его ладонь. Гермиона невольно поразилась тому, как быстро они сумели сблизиться и как легко чувствуют себя друг с другом даже в чужом присутствии. Они словно забыли о Гермионе. В груди защемило непонятное чувство, и она поспешила выйти в коридор.
Прикрыв дверь, Гермиона подняла взгляд и застыла: возле палаты напротив стоял Рон. Он тут же развернулся, намереваясь уйти.
— Подожди! — Она приблизилась. — Давай поговорим.
— А что, вы с Гарри ещё не наговорились?
Гермиона вздохнула. В своей шутке Джинни оказалась не так уж далека от правды.
— Рон, мы не обсуждали тебя, а всего лишь беспокоились. Как когда-то мы с тобой беспокоились о Гарри, помнишь?
Эти слова подействовали успокаивающе. Во всяком случае Рон перестал смотреть волком и даже как будто слегка смутился. Гермиона поколебалась и всё же взяла его за руку.
— Мы столько всего пережили. Даже не верится, что всё наконец-то хорошо. — Она посмотрела ему в глаза. — Всё хорошо, Рон. Давай не будем делать из мухи слона.
— Из мухи слона? — переспросил Рон и отступил, отдёргивая ладонь. — Значит, по-твоему, я раздул проблему на ровном месте!
— Нет, Рон! — вспылила Гермиона. — Но ты не поможешь мне забыть о том дне, постоянно о нём напоминая!
Рон ошеломлённо смотрел на Гермиону, словно вырвавшееся признание шокировало его. Как будто на самом деле, несмотря на свои же слова, он не верил, что она и вправду до сих пор не простила его до конца.
Дверь её палаты распахнулась, заставив обоих вздрогнуть. При виде сестры на лице Рона отразилась странная смесь досады и облегчения. Он посмотрел на Гермиону в лёгкой растерянности. Она только покачала головой. Неужели Рон до последнего думал, будто они с Гарри шушукаются у него за спиной?
Джинни, негромко кашлянув, ретировалась, оставляя троих друзей наедине друг с другом. Рон больше не выглядел ни разозлённым, ни обиженным. На щеках у него заалел румянец стыда. Гарри шагнул к другу.
— Слушай, Рон, я не хотел напоминать тебе про тот день. Совсем наоборот. И я ни в чём тебя не виню. Извини. Я не думал, что так выйдет.
— Знаю, — отозвался Рон. — Знаю, Гарри. Я просто осёл. Но когда ты сказал, что без нас не протянул бы недели, как мы все старались, у меня в голове что-то щёлкнуло… — Он отвернулся.
Гарри положил руку ему на плечо.
— Рон, мы ведь были подростками. Никто не должен через такое проходить. Я тоже хотел всё бросить… Но потом понял, что не один. Вы помогли мне понять, что один в поле не воин, что трудности тоже можно разделить.