— Я рад, что вы сообщили мне все это,— поблагодарил Селби.— Я сохраню это в тайне. А если вы увидите или услышите что-либо подозрительное, обязательно дайте мне знать. А что вам известно об этом голом бродяге? Вы видели его?
— Да.
— Где?
— Он проходил под моим окном. Это было не более чем в 35—40 футах от моего окна.
— Вы хорошо его разглядели?
— Не очень. Но я заметила, что на нем не было одежды.
— Это очень важно,— отметил Селби.— За ним следил кто-нибудь? Вы видели поблизости еще кого-нибудь?
— Ни души.
— И что вы сделали?
Я собиралась пойти к телефону и позвонить в полицию, но в это время меня вызвала миссис Артрим. Я накинула платье и пошла наверх. Ей не спалось, и она сидела у окна. Возможно, она увидела бродягу в тот же момент, что и я.
— А почему вы не спали?
— Не знаю. Мне показалось, что я слышу в доме какой-то шум. Я проснулась и больше не смогла заснуть. У меня было какое-то странное ощущение. Такое бывает у женщины, когда она чувствует, что что-то случилось.
— Вы можете описать шум в доме?
— Нет. Я только знаю, что это разбудило меня.
— Ваша комната на первом этаже?
— Да.
— И сразу после того, как вы увидели бродягу, миссис Артрим позвонила вам и сказала, чтобы вы сообщили полиции?
— Да.
— А где был Френк Артрим в это время? Вы знаете?
— Да. Он спал в своей спальне. Его спальня примыкает к моей. Он принимает снотворное, но, когда пришла полиция, он проснулся и начал звонить и стучать по полу палкой, которая всегда находится возле его постели. Миссис Артрим была почти в истерике. Я пыталась успокоить ее и пойти к мистеру Артриму, чтобы не волновать его. Я пришла к нему и объяснила, почему не смогла сделать этого сразу же.
— Как он воспринял это?
— Ему это не понравилось. Он сказал, что я должна была быть рядом с ним. Я рассказала ему о бродяге и о выстреле, о визите полиции и об истерике миссис Артрим,
— А он?
— Он сказал, что ее надо было оставить с ее истерикой. Потом стал задавать мне вопросы о бродяге. Я отвечала, что ничего о нем не знаю, что видела, как он проходил мимо окна, что был он совершенно голый. Он успокоился. «Вы уверены, что на нем не было одежды?» :— спросил он. Конечно же я была уверена. Он улыбнулся. «Ну, идите к Рите и успокойте ее»,— сказал он. Вот, пожалуй, и все.
— А выстрел вы слышали?
— Да, конечно.
— Выстрел раздался задолго до прибытия полиции?
— Я думаю, что они ехали к нам, когда это произошло.
— Хорошо, мисс Сакс,— сказал Селби.— Вы хорошо сделали, что пришли ко мне. Я не хочу умалять значения того, о чем вы мне рассказали. Я ценю это. Но учтите, что у людей, потерявших память, могут быть странные идеи. Мистер Артрим, возможно, напрасно думает, что миссис Артрим пытается подсунуть ему наркотики.
Элен Сакс ничего не ответила, но ее многозначительное молчание было красноречивее всяких слов.
— Вы хорошо сделали, что пришли ко мне,— продолжал Селби.— Это все, что от вас требовалось. Вы выполнили свой долг. Я расследую это дело, но пока вы никому ничего не должны говорить. Понимаете?
— Конечно.
— Это очень серьезно — обвинение в убийстве.
— Конечно, но я верю, что все обстоит именно так, как я говорю. Эта атмосфера в доме и все...
— Я понимаю,— перебил его Селби,— и займусь этим. А вы тем временем должны вести себя так, чтобы никто не смог вас заподозрить в том, что вы что-то знаете или о чем-то догадываетесь. Главное ничего не говорите обо мне. Возвращайтесь домой и не волнуйтесь.
— Понимаете, очень трудно жить в. доме, когда вы догадываетесь, что там замышляется убийство. Запомните мои слова, мистер Селби, она собирается убить его. Она убила своего мужа и убьет свекра.
— Если вы заметите что-нибудь подозрительное, то обязательно дайте мне знать.
Когда она ушла, Селби позвонил Брандону.
— Рекс, ты узнал что-нибудь у Артримов?
— Ничего особенного. Сиделка и миссис Артрим видели этого человека. Они и позвонили в полицию. Полиция приехала через десять минут после звонка.
— Где была сиделка, когда прибыла полиция?
— Наверху, у миссис Артрим, с которой была истерика.
— А где был Артрим?
— Внизу, барабанил палкой по полу. Он чуть с ума не сошел, потому что никто не обращал на него внимания. Он сказал, что сиделку наняли для него, а не для его снохи. У него это вырвалось случайно, Дуг, он никогда не называет ее снохой. Он потерял память в результате автомобильной катастрофы и повторяет то, что говорят ему другие. Очевидно, он не в большом восторге от подобного родства.
— Интересно, есть ли какая-нибудь связь между этим бродягой, фактом приобретения здесь дома Карром и Ритой Артрим? — поинтересовался Селби.
— А что, есть подозрения, что она связана с Альфонсом Карром? — спросил шериф.
— Я не знаю, но не надо исключать и такую возможность.
— Отто Ларкин вечером ходил к Карру,— заметил Брандон.
— И что же?
— Единственный вывод, который я мог сделать после его возвращения, это то, что он стал меньше ростом. Он тяжело дышал и хвастался, что разговаривал со знаменитым юристом.
Селби задумался.
— Послушай, Рекс, ты можешь организовать наблюдение за Карром?
— Зачем? — спросил Брандон.
— Мне кажется, что Пит Риббер попытается связаться с ним.
— Хорошо, я могу присмотреть за ним, и нам надо еще связаться с лос-анджелесскими властями, они ведь тоже заинтересованы в Риббере.
— Хорошо, Рекс, организуй это дело, может быть, что-нибудь получится,
— Ладно, сделаю.
— Да, Рекс, ты не пробовал примерить одежду на трупе?
— Пробовали у коронера. Полностью подходит. Отверстие в пиджаке и рана на теле тоже Совпадают. И ещё одно, Дуг. Они не могут с уверенностью сказать, какай пуля была роковой. Вторая пуля прошла параллельно первой. Каждая из них смертельна, й коронер не может сказать, какая была первой. Поэтому показания миссис Артрим и сиделки очень важны, они видели, что этот человек ходил голый возле их дома до того, как раздался выстрел. Следовательно, роковой выстрел был произведен в голого. Впоследствии кто-то натянул на труп одежду и выстрелил в труп, потом снял одежду и подбросил ее, чтобы обратить внимание властей. Мне кажется, что все это проделали, чтобы заставить нас думать, что роковой выстрел был произведен в одетого. И если ты спросишь мое мнение, я скажу тебе, что есть только один человек, который способен придумать подобный план. Ты понял меня?
— Да,— ответил Селби,— но от этого дела у меня уже болит голова. Я немного отдохну, соберусь с мыслями, а потом обращусь к Карру.
— Хорошо,— согласился Брандон,—но будь осторожен, не позволяй ему воспользоваться нашей слабостью. Если он действительно замешан в этом деле, это свяжет нам руки.
— Я немного посоображаю, а потом займусь делом. Если у тебя что-нибудь появится, дай мне знать.
— А ты попытайся хорошо выспаться, Дуг,— посоветовал шериф.— Мы все равно добудем доказательства, а тебе нужно иметь свежую голову, чтобы тебя не окрутили.
— О’кей, Рекс! Я хочу, чтобы ты занялся еще смертью Джеймса Артрима. Посмотри, может что-нибудь найдёшь.
— Прямо сейчас?
— Да. Это может оказаться полезным. Учти, что Рита Артрим и Элен Саке —две важнейшие свидетельницы. Если Карр окажет на них давление и что-то выведает, что сможет использовать в качестве рычага, он заставит нас плясать под свою дудку.
— Хорошо, Дур, Я займусь этим. Доброй ночи. Отдыхай.
— Попробую,— ответил Селби и повесил трубку.
Глава 6
Отто Ларкин сидел в кабинете Френка Грирсона, редактора газеты «Бленд»,
Грирсон, крупный мужчина лет шестидесяти, широкоплечий, седовласый, прищурясь смотрел на начальника полиции.
— Вы дурак, Ларкин,— говорил он,— закоренелый дурак.
Ларкин покраснел.
— Выслушайте сначала меня, а потом будете говорить, —продолжал Грирсон.
Ларкин достал из кармана сигару, откусил конец и закурил.