– Вы серьезно, по поводу развода?
– Конечно. Я же уже не мальчик, чтобы играть в игры. Спасибо. Что согласились участвовать в дурацком фарсе.
– Я пообедала в шикарном ресторане. Это уже хорошая компенсация. Тем более, польстило, что меня приняли за серьезную соперницу. Мое самолюбие на седьмом небе от счастья.
– Никак не могу понять, почему вы все время себя принижаете….
Но тут осекся на середине. Повернув голову, заметила, как за столик в другом конце усаживается маленький, юркий, лысоватый мужичок. Хоть и в дорогом костюме, отглаженных брюках, с печаткой на руке, но все равно было впечатление, что он средний бухгалтер с какого-нибудь завода. Пытаясь выглядеть серьезно, подозвал официанта и долго пытал, о чем слышно не было.
Десерт был интереснее мужичка, поэтому несколько минут потратила на него. Мой спутник все не сводил с того столика взгляд.
– Как интересно. Что же здесь Кирюша делает?
– Кто простите?
– Кирилл Семенович Разуванов. Мой партнер по бизнесу. Точнее совладелец фирмы. Вроде ничего не говорил о том, что тоже в эти края собирается… Странно.
– Мне он кажется несколько скользким и ненадежным.
Петр пожал плечами.
– Так и есть. Но выбирать не приходилось. Или нечистый на руку бухгалтер или вообще ничего.
– И вправду профессия накладывает отпечаток. Как только посмотрела на него, сразу подумала бухгалтер.
– А вы кто по профессии. Простите, так и не сподобился узнать.
– Учитель географии.
– На вас похоже это правило не распространяется.
– Редко кто может угадать мою профессию.
Но десерт и вроде задушевная беседа не могли оторвать его от созерцания своего партнера по бизнесу.
– Может вам стоит подойти, поговорить с ним?
– Возможно.
– Тогда пойду, попудрю носик.
– Идеальная женщина.
– Вопрос спорный.
– Мне лучше знать. Дайте мне минут десять-пятнадцать.
– Хорошо.
«Что и говорить, вечер был очень насыщенный». Выйдя из кабинки, поняла, что мои приключения еще не закончились. Опершись о раковину бедром, стояла Жанна и разглядывала свои ногти. Лицо не предвещало ничего хорошего. «Все-таки придется расстаться, если не с парой зубов, то с некоторой частью волос точно. И почему женщины видят в банальной склоке решение своих проблем?».
Не хотелось доставлять ей удовольствие, поэтому вполне спокойно подошла к раковине и начала мыть руки.
– Ну, рассказывай?
– Сказку на ночь? Извини, ты спутала меня с Шахерезадой?
Она придвинулась ближе, по дыханию можно было понять, что время, которое мы потратили на десерт, девушка провела в баре наедине с алкоголем.
– Расскажи, как ты подкатила к моему мужу. Что такое ты делаешь, чего я не умею? Кто ты такая вообще? И откуда взялась?
– Я учительница географии, если тебе от этого стало легче.
Дикий смех эхом прокатился по небольшому помещению.
– Черт! Правда что ли? Офигеть можно. Теперь Петенька занимается еще и такой благотворительностью?
– В данном случае, это я сейчас занимаюсь благотворительностью, слушая вас.
Я не успела уловить момент, когда ее настроение резко изменилось, поэтому оказалась прижатой к раковине. Липкие пальцы обхватили мое горло, достаточно крепко для ее, в общем-то, миниатюрной фигурки. Попыталась оторвать их от себя, но алкоголь возымел действие. Налитые кровью и дикой злобой глаза могли бы, наверное, прожечь на коже дыры. «Она что чистый спирт пила? Так нарезаться за двадцать минут».
– Я угробила на этого жлоба три года! Понимаешь три года, все для него делала, все. И он пожалеет об этом! Пришлось даже его чокнутую дочурку терпеть, улыбаться ей. Он за все ответит,– она приостановилась и еще посильнее поднажала. – А тут ты. Хлоп-хлоп и все парень готов развестись. А ведь с руки ел…
– Жанна, – говорить было трудно, да и выходило, что я не говорю, а хриплю. – Успокойтесь, он собирается с вами развестись не из-за меня. Мы познакомились то только вчера…
– Вчера??? За сутки окрутила, вот козел!
«Ну, все ты меня достала тупая коровища». Руки немного ослабли от недостатка воздуха, но ударить ее кулаком в левый висок получилось неплохо. Потом вдавила каблук в маленькую ножку. Девушка завизжала от боли, выкрутив запястье с усилием наклонила голову этой «конфетки» над раковиной и включила воду похолоднее. Благо краны здесь были выгнуты высокой дугой, а не располагались низко.
– Вот и отлично… Умоемся, а то я смотрю ты совсем распоясалась. Не надо так много пить. Не надо…
Держать было неудобно, она сучила ручками и ножками пытаясь вырваться, но стоически перенося все эти неудобства, плескала в лицо бунтарки холодной водой и терла, пытаясь привести в чувство.