— Falas Inglês?
Он сжимает губы в универсальном невербальном отказе мне отвечать, поэтому я повторяю свои манипуляции с предплечьем, только отвернув его, что предотвратит плевки мне в лицо.
— Меня не волнует, говоришь ты по-английски или нет? Но я если я не получу ответ, ты умрешь прямо здесь.
— Engasga na minha porra! — выдыхает он, сообщая мне, что я должен проглотить его сперму.
— Нет, спасибо. Я предпочитаю киски, а не сперму какого-то незнакомца.
— Эта шлюха не принадлежит тебе, — говорит он, в конце концов, показывая, что у него неплохой английский.
— А кому она принадлежит?
Человек Гомеса изо всех сил сопротивляется мне. Я поднимаю его выше, и он уже с трудом достает до земли. У меня уже дрожат мышцы моей правой руки, и я понимаю, что скоро должен буду положить этому конец.
— Não é da sua conta.
«Не мое дело? Он что шутит?»
— С тех пор, как ты начал выслеживать меня и пытался убить, это мое дело.
Мужчина пытается размахнуться головой, чтобы приложить меня, но мое предплечье на его трахее препятствует этому. Злобная ухмылка расплывается на его лице, и я знаю, что он собирается сказать ещё до того, как слова вылетают из его рта:
— Эта шлюха наслаждалась каждой минутой, когда мой член был внутри неё.
Мой левый кулак врезается в его рот, и чувствую, как радостно давится челюсть под моей рукой. Кровь из его рта струей попадает на мою рубашку. Это лен. Кровь чертовски трудно отстирать ото льна. В магазинах нет стирального порошка от пятен специально для убийц. Игры кончились.
Быстрым рывком я вжимаю коленом его яйца и член в почки.
— Думаю, больше ты им не воспользуешься.
Я отпускаю его, и он падает на землю у моих ног, издавая стоны из разбитого рта. Решив, что мир сможет обойтись без ещё одного насильника, я рывком поворачиваю его голову, одним быстрым движением ломая ему шею.
Моя рубашка в его крови и слюнях. Чёрт. В этом нельзя идти в отель. У одного из уличных продавцов я покупаю первую попавшуюся рубашку. Она ярко-синяя, и такую можно заметить в темноте на расстоянии пяти миль, но это лучше, чем та забрызганная, в которую я завернул мертвеца.
Всё это занимает около пяти минут, и я как можно скорее мчусь в гостиницу.
На мой визит в магазин при отеле уходит больше времени, чем я надеялся. Они пытаются заставить меня выбирать цвета и ткани. Узоры и аксессуары. Меня это не волнует, и рискну предположить Рэйган тоже. Примерно через пятнадцать бессмысленных минут, я купил всё, что они рекомендовали. Я заплатил за полную сумку женской одежды, белья, обуви и других штук наличными, но никто и глазом не моргнул. Возможно, потому что я — тупой турист из Северной Америки, а может, преступления здесь настолько распространены, что никого не волнует чистые мои деньги или грязные, главное, что они являются международной валютой.
Я беру три магазинных пакета, спеша к Рэйган. Часы показывают, что я отсутствовал час, а кажется, будто два дня. Подойдя к двери, слышу, как Рэйган поднимает затвор.
— Дениэл здесь, — говорю я, и стучу, на всякий случай, отодвигаясь в сторону, если она всё-таки выстрелит.
Слышу изнутри несколько приглушенных звуков и проклятия. Наконец, она покорно говорит:
— Заходи. Я направляю пистолет в потолок, потому что не знаю, как делать крутые штуки с пулями.
Открыв замок, я пригибаюсь на случай, если там есть кто-то ещё, но Рэйган одна. У неё забавное выражение лица, но я не могу разобрать из-за чего.
— Что-то случилось с твоей рубашкой? — она жестом указывает на мою новую рубашку.
Не желая говорить ей о другом парне, которого Гомес послал за ней, я пожимаю плечами:
— Ну, что я могу сказать? Мне нравится синий цвет.
Я поднимаю пакет и спрашиваю:
— Посмотришь?
Девушка кладет пистолет на пол перед диваном, направляя ствол в сторону стены. Умная девочка. Она быстро всё схватывает. Мне нравится, что ничего не приходится повторять ей дважды. Она знает и делает.
— Что это всё такое? — указывает она в сторону пакетов.
Я ставлю пакеты на стол, где чистил оружие, забирая то, что Рэйган оставила на полу.
— Вещи для тебя. Одежда, обувь, прочее дерьмо, — рассеянно отвечаю я, вытряхивая пули из магазина.
Когда всё собрано, я иду в спальню, вставляю оба своих Ругера в кобуру, и, вернувшись в гостиную, вижу, как Рэйган рассматривает вещи. Почти бессонная ночь и утренняя экскурсия убивают меня. Я вытягиваюсь на диване и смотрю, как она распаковывает вещи.
— Так много вещей.
— Думаю, в консульстве ты можешь сказать, что потеряла весь багаж, кроме ручной клади. Не знаю, сколько займет времени отправка тебя обратно, поэтому я купил побольше вещей. Но всё это войдет в одну небольшую сумку.