Выбрать главу

— Это моё, — напряжённо сказала Беверли, и Стэн, тут же отведя от открытки взгляд, протянул её девушке. Та же, в свою очередь, потушила наполовину истлевшую сигарету о внешнюю сторону кузова трейлера и положила обратно в пачку. К вони дыма примешался запах табака, и стало ещё противнее, чем было до этого. Бев сощурилась, наклонила открытку ближе к окну, через которое, хоть и немного, но пробивался свет, и, вцепившись в её края побелевшими от напряжения пальцами, задумчиво, про себя прочитала текст. Уголки её губ дёрнулись, изобразив на мгновение подобие милой улыбки, но тут же опустились вниз, будто Беверли не хотела показывать свои настоящие эмоции при Стэне, а может, и вообще перед кем-либо.

— Думаю о ней… — губами, совершенно бесшумно прочитала она. Стэн скосил глаза на кусочек картонки и с трудом, но всё же смог разобрать кривой почерк.

Думаю о ней.

Даже сухая трава

Вспыхнула огнём.

Его тут же захлестнуло чувство то ли стыда, то ли сожаления, что влез куда-то не туда, куда-то, куда ему лезть не стоило. Стэн постарался перевести взгляд на окно, но мотнул головой слишком резко, чтобы Беверли краем глаза не сумела всё понять.

— Это от Бена, — сказала она необычайно мягко, и мягкость эта из её уст казалась ненастоящей, слишком непривычной, пусть Бев и пыталась скрыть её за неохотой и недовольством.

— Вы… вместе?

Бев беззлобно, но всё же с неким сожалением фыркнула.

— Я… — выдавила она и тут же прикусила губу. — Это бесполезно.

Стэн без зазрения совести уставился на неё с распахнутыми глазами.

— Почему?! — слишком эмоционально воскликнул он. За дверью тут же притихли разговоры, но, через несколько секунд тишины, возобновились снова, уже на порядок тише.

— Ты не поймёшь, — почти прошептала Бев, бессильно опустив открытку на скамью. — Ты же знаешь, в каком мире мы сейчас живём. Здесь нет места… любви.

Последнее слово она сказала через силу, будто никогда не произносила его раньше, будто оно ей было до того необычно и чужеродно, что и с языка срывалось неохотно, ломано. Стэна пушечным зарядом прошила мысль, что Беверли, возможно, никогда и не любила вовсе.

— Я слышал, любовь делает людей сильнее, — сказал он совсем тихо, будто не был уверен в собственных словах.

— Ровно до тех пор, пока не сведёт тебя в могилу.

Стэн замолчал, но тишина не продлилась долго. Сунув за пазуху книгу, он встал со скамьи и протянул Беверли руку.

— Может, и сведёт, — решительно заявил Стэн. — Но сейчас лучше стараться жить, понимаешь? Каждый наш миг может стать последним, и перед смертью не должно быть сожалений о не сделанных поступках. Пойдём к остальным, нечего нам здесь отсиживаться.

Беверли посмотрела на него снизу-вверх нерешительно и, кивнув больше самой себе, нежели ему, приняла протянутую руку. Открытка быстро скрылась в чёрном протёртом рюкзаке. Уже коснувшись свободной рукой ручки двери, Стэн шумно выдохнул Бев в ухо:

— Подумай над моими словами.

Разговоры сразу прекратились, замолчавшие ребята ободряюще кивнули им обоим и тут же вернулись к теме. Бев опустилась на предложенный Беном стул и слишком быстро для себя оказалась затянута в какой-то спор о пользе или вреде МакЗавтрака. Сам Стэн никогда его не ел, так как просыпался слишком поздно для таких развлечений, так что отсел на диван к Биллу, на коленях которого давно посапывал утомлённый долгой поездкой Джорджи. Билл не принимал участия в разговоре, лишь фыркал в ответ на самые смешные аргументы и периодически оглядывался на сидящих в пассажирском и водительском сидениях Майка и Ричи. Те неторопливо переговаривались о чём-то.

— Да чёрта с два! — с жаром воскликнул Эдди, но тут же оглянулся посмотреть, не проснулся ли от его крика Джорджи. Того, по всей видимости, и пушечным выстрелом не разбудишь, потому что он только засунул между согнутых коленей правую руку и шумно выдохнул. — Без противогаза туда соваться вообще запрещено, школьные женские туалеты хуже окопов во времена гражданской войны!

— На личном опыте убедился? — подал голос Стэн, хотя сам в крайней степени недоумевал, как разговор о еде из Макдональдса вообще сумел перейти на это.

Эдди почти беззвучно заржал, хотя смех его больше был похож на обострение икоты, из-за чего остальные тоже не сдержали улыбки. Стэн краем глаза заметил обращённый на него взгляд отвлёкшегося от разговора с Майком Ричи, но смеха с той стороны не доносилось от слова совсем. Ладно Майк, у того чувство юмора вырезали вместе с аппендиксом, а Ричи…

Стэн пообещал себе подумать об этом позже и принял протянутую Беном кружку с виски. От алкоголя его всегда клонило в сон, а со сном, по очевидным причинам, в последние пару месяцев у Стэна появились проблемы.

Перед тем, как уснуть, головой скатившись в полудрёме на плечо Билла, Стэн сквозь полузакрытые глаза заметил, как Бен осторожно накрыл под столом руку Беверли.

========== 10. Ричи целится ==========

Стэн проснулся, когда трейлер внезапно остановился. Не открывая глаз, он попытался прислушаться к разговорам других ребят, но, будучи на грани сна и пробуждения, так и не смог понять, снится ему напряжённый и взволнованный голос Беверли или нет. У Стэна затекла шея, а под щекой чувствовалась влага на кожаной куртке. Волосы встрепенулись от чужого дыхания, и хотя в любой другой момент Стэн выхватил бы нож и резким движением скинул сонливость, сейчас он прекрасно осознавал, на чью куртку всю ночь пускал слюни. Голос Билла раздался над его головой, и Стэн принял над собой все имеющиеся усилия, чтобы открыть глаза и размять больную шею.

— Доброе утро, — хмыкнул Билл, прервав свой изначальный и малопонятный для парня монолог, и Стэн сонно промычал ему и медленно кивнул, протирая глаза. На другой стороне дивана уже не было Джорджи, впрочем, как и большей части Неудачников. Дверь трейлера оказалась распахнутой настежь, и с улицы проникал душный запах грязной реки. — Как спалось?

Стэн проморгался и принял у Бев бутылку воды, какой-то мутно-белой, наверняка набранной из ближайшего родника или реки, возможно, той самой, которая безбожно воняла илом. На вкус вода была такая же, пресновато-кислая, а на зубах перекатывались мелкие частички то ли песка, то ли земли.

— Как убитый, — хрипло произнёс Стэн, вернув пожелтевшую бутылку Беверли. Обернувшись, он заметил, как Билл рукавом вытирал мокрый след с груди. — Ты сам-то вообще спал? Выглядишь помятым.

Билл взглянул на него исподлобья, но в его глазах не было раздражения или осуждения, какое обычно появляется у людей, смотрящих на других снизу-вверх. Выражение его лица было скорее озорным и снисходительным одновременно, но снисходительным в хорошем его проявлении.

— Проснулся минут десять назад, правую ногу не чувствую, — фыркнул он, а Бев, шумно выдохнув после осознания, что к обсуждаемой пару минут назад теме они вернутся ещё не скоро, и вышла из трейлера, на ходу закуривая последнюю сигарету из пачки. Стэн вспомнил, что Билл находил целый блок на той заправке в Элликотт-Сити, но понятия не имел, куда он делся.

Стэну на мгновение показалось, будто что-то на улице взорвалось, пока не разобрал голос возмущённого Ричи:

— Да пошло оно всё нахуй! А ещё лучше — в пизду! Я лучше поплыву, блять, чем…

— Мы в Огайо, — отвлёк на себя внимание Билл. — На въезде в Толедо. Там мёртвая пробка на мосту, а пешком до Детройта нам добираться… дня два, наверное.

— Люблю спать на голой земле, — преувеличенно довольно, но всё же с долей саркастичности протянул Стэн, и удушенное фырканье Билла заставило его губы расплыться в улыбке. — Кстати, прости за… куртку. Я не контролирую себя, когда сплю сидя.