Выбрать главу

Ирина Андреевна – очень тактичная библиотекарша: убирает квартиру, а я даже не слышу никаких неприятных звуков вроде шума пылесоса. Обнаружила её на кухне, сидела тихонечко, читала Джейн Остен. Подняла голову, похвалила мою библиотеку и опять принялась читать.

Перед уходом немножко поговорила с Ириной Андреевной о литературе. Джейн Остен – её любимая писательница. Мне очень повезло с домработницей. Не часто удаётся встретить человека, который обожает Джейн Остен, как я. Обсудили, какая она идеальная, совершенная, бесподобная, особенно «Гордость и предубеждение» с Колином Фертом в главной роли.

Наевшись резиновых оладий под строгим взглядом Ирины Андреевны, я собралась в университет на вечернюю лекцию. Когда я подходила к аудитории (немного опоздала), услышала, как студенты в коридоре кричали друг другу:

– Послушаем психологию, тётка здорово читает, а после психологии уйдём домой!

Хм, «тётка» – это я…

После лекции специально проследила – действительно многие ушли. Нехорошо – получается, что они прогуливают следующую лекцию. Значит, они приходят послушать именно меня, ура, ура!! Ха-ха-ха, хо-хо-хо! Очень счастлива.

Дома выяснилось, что у Муры тоже был сегодня счастливый день, – сначала всю школу эвакуировали по звонку о бомбе, а ещё – повезёт так повезёт! – именно в нашей квартире погас свет. Лев Евгеньич под покровом темноты съел еду Саввы Игнатьича, а Мурка не сделала уроки, залезла в мой шкаф и присвоила мой свой любимый чёрный свитер. Потом мы с Мурой при свечах пели песни из горячей двадцатки.

17 декабря, воскресенье

В шесть утра отвезли Дениса с Аллой в аэропорт. Перед выходом из дома я, приятно улыбаясь Алле, больно ущипнула Дениса и сунула ему пакет с юбочкой и кепкой, чтобы он подарил Мурке.

Из аэропорта ехали молча. Мурка дремала, а я думала – неужели мужчина меньше любит ребёнка, с которым он не живёт?

Решила взять для примера разных своих друзей.

№ 1. Не видел своего ребёнка год, живёт от него в нескольких остановках метро. Есть уважительная причина – бывшая жена сказала, что больше не желает его видеть и найдёт ребёнку папу получше.

№ 2. В первое время после развода всегда ходил в гости со своим мальчиком, а потом вдруг перестал. Есть уважительная причина – бывшая жена сказала, что он неудачник, испортил жизнь ей и ребёнку.

№ 3. Ни разу не дал никаких денег типа алиментов. Есть уважительная причина – бывшая жена сказала, что он мало зарабатывает, и они обойдутся без его жалких копеек.

И все они – вовсе не какая-то свора вампиров, а приличные люди интеллигентных профессий со средним уровнем обидчивости…

Получается, эти мужчины любят своих детей, но могут их подолгу не видеть и при этом неплохо себя чувствуют… Ни за что не хочу верить в такую правду, поэтому закрою глаза (мысленно, всё-таки веду машину) и буду думать, что эта правда – неправда.

Как только я мысленно закрыла глаза, меня тут же осенило психологическое открытие. (Многие ученые тоже делали свои великие открытия во сне, либо под деревом, или же в какой-нибудь другой несознанке), Важнейшее Открытие в наш век повальных разводов! Может быть, оно спасёт мир от полного забывания отцами своих детей.

Открытие: раз уж у мужчин такая особенно неважная память на детей, нужно обязать бывших жён дружить со своими бывшими мужьями! И говорить бывшим мужьям – твой сын такой способный, весь в тебя, а вот твоя дочь… тоже вся в тебя, очень красивая…

И обязательно подчёркивать, что дети очень удачные!

Мне моя дочь Мура нравится в любом виде, даже если она двоечник и хулиган, а Денису – нет: ему нужно знать, что Мура хорошенькая и умненькая, а в противном случае она бы ему не так сильно нравилась. Закон природы, ничего не поделаешь.

На Загородном, у Пяти Углов, попыталась вспомнить – что же такое ужасно неприятное сказала Мура, что мне было очень-очень больно, но я решила – подумаю об этом потом?..

Вспомнила только у самого дома. Мура сказала, что она в себе очень не уверена. Не уверена, что её кто-нибудь полюбит по-настоящему, что она заслуживает чьей-то любви. Поднималась по лестнице и думала – Господи, ну почему, почему? Я же так старалась!

В отличие от Мурки, я с детского сада была типичная отличница-придурок. Надёжная, обязательная. Если сказала – приду в десять, то без одной минуты десять уже скакала поблизости. И внешность мою посторонние люди оценивали очень положительно, даже частенько называли меня красивой. Казалось бы, мама спокойно могла мною гордиться. Нет, мама, конечно, всегда была мной довольна, но… мне хотелось не скромного удовлетворения моими успехами, а дикого, необузданного восторга, сметающего все на своём пути.