Выбрать главу

Присев на стул у постели Наташи, он поставил купленную в автомате бутылку «Доктора Пеппера» на маленькую тумбочку из букового дерева. На дне болталось еще с дюйм теплой коричневой жидкости, но допивать ее не хотелось.

Наташу немного повернули на бок. Колени смотрели в сторону стула, раскрытые глаза дышали покоем. Золотистые волосы, слегка примятые на затылке, волнами обрамляли лицо и спадали на шею. В струящемся сквозь окно солнечном свете она походила на Мадонну с церковного витража.

– Привет, Наташа, – поздоровался он вполголоса и небрежно задернул шторку, нарочно оставив просвет: пусть медсестра видит, как непринужденно он себя ведет.

Иногда он знал о пациентах больше, чем хотел, в основном из рассказов их осиротевших спутников жизни. А о ком-то – в том числе о Наташе – не знал почти ничего.

В пастельно-белом больничном окружении она выглядела абсолютно безмятежной. Под халатом из кашемира (или чего-то очень на него похожего) виднелась шелковая пижама – одна из пар-близнецов, которых, как он знал, у нее было несколько.

За эти годы он перевидал много пациентов. У некоторых лицо было переполнено страданием – как у горгулий, отражающих в своих гримасах всю боль этого мира. Но Наташа походила на довольную, сытую домашнюю кошку, уверенную в том, что ей не грозит никакая опасность.

Он ни разу не встречал у нее посетителей. Лишь на тумбочке у кровати изредка появлялась ваза с букетом шикарных и по виду очень дорогих цветов, да в день рождения вырастала грозящая обвалиться стопка поздравительных открыток.

Приглушенным, привычно монотонным «больничным» тоном он рассказывал Наташе про живот Фионы и свою работу. С ней можно было беседовать на темы, никогда не поднимавшиеся в разговоре с Эми.

Он перечислил имена для ребенка, которые сейчас нравились Фионе (Арчи или Гарри, если будет мальчик; Мэй или Элви, если девочка), и кошка-Наташа как будто свернулась клубочком и замурлыкала. Время летело незаметно. Он все говорил и говорил, глядя в ее кроткое, безмятежное лицо, и накопившееся за утро напряжение постепенно отступало.

Первый час. Пора бежать. Улыбнувшись Наташе на прощание, он залпом допил остатки «Доктора Пеппера» и шагнул к гулкому желтому мусорному баку. Откинул крышку, бросил бутылку внутрь – та стукнула о дно.

На шум примчалась сестра Рэдсон в развевающейся кофте.

– Джейкоб! Хорошо, что я вас застала! – воскликнула она, отдуваясь, и замолчала на несколько долгих секунд, с заговорщицкой улыбкой глядя на его нахмуренное лицо. Потом сунула ему карточку – острые края впились во вспотевшую ладонь. – Та журналистка оставила вам свою визитку. Похоже, ей очень хочется, чтобы вы передумали насчет интервью.

– Ясно. Ну, увидимся через неделю.

Джейкоб с усилием толкнул тяжелые двойные двери и вышел. В коридоре он разжал пальцы и посмотрел на визитку, пестрящую черными, жирными, слегка рельефными буквами.

АЛЕКСАНДРА ДЕЙЛ

журналист-фрилансер

Тел.: 07876 070866

E-maiclass="underline" alexdalewrites@gmail.com

TN2 2YD Ройал-Танбридж-Уэллс, Аксминстер-Роуд, 15

Глава седьмая

Эми

18 июля 1995

Закусив губу, она почувствовала остаток вишневого привкуса. Взглянула на него исподлобья, сквозь упавшие на лицо волосы. Школьная форма осталась на ней, оттянутые в сторону трусики больно врезались в кожу. Между ног – неведомое прежде жжение. Пальцы пахли резиной и потом. Бедра щекотало пушистое одеяло.

Никаких сомнений – это самый ужасный поступок за всю ее жизнь. Самый подлый. И самый тайный.

Бедный Джейк, он этого не заслужил! Милый, доверчивый мальчик, совсем еще ребенок – и она наказала его за то, что он не вел себя с ней, как с настоящей женщиной. Теперь с ней обращались как с настоящей женщиной. Но ей это не нравилось.

У нее перехватило дыхание: в коридоре слышались тихие шаги босых ног. В щели под дверью показалась и исчезла тень, потом где-то скрипнули матрасные пружины. Она испуганно взглянула на него, ожидая объяснений.

– Не волнуйся, – заговорил он своим низким, протяжным голосом. – Остальные еще не скоро вернутся.

Эми резко села, сдвинув колени:

– Я думала, мы будем одни!

– Не переживай. – Он улыбнулся. – Он соображает, что к чему. Он нам не помешает.

Ее секрету в этой комнате было совсем не место. На шкафу – обтрепанная коробка с «Лего», в изголовье кровати – постер из «Звездных войн» в рамочке. Идеальный порядок, и сладко пахнет чем-то вроде мускуса, а теперь еще и немного свежим потом.

Она со вздохом поднялась с кровати и разгладила юбку. Ну, вот это и произошло. Наконец-то. Но теперь ей больше всего на свете хочется к маме. Хочется принять душ и еще немножко побыть ребенком.