- Разве те, кто с ней знакомился, выживал? – пробормотал себе в бороду Джон. Из-за этого Робин нахмурился и убрал руку.
- Она сильно изменилась. И ее настоящей пока мало, кто знает…
Различив в его голосе недовольство и даже скрытую угрозу, которая реализуется в случае продолжения этого разговора, Джон взглянул исподлобья на отвернувшегося Локсли.
- Говорят, у нее кожа зеленая под платьем…
Не осознав доли шутки, Робин с изумлением посмотрел на Малыша и заметил его спрятанную в щетине усмешку. На секунду главарь вспомнил, как блестело при свете огня тело Регины. От реалистичного образа мурашки проскочили по изгибу позвоночника, и заставили вздрогнуть, а потом усмехнуться.
- А еще она замазывает бородавки… - он тоже поймал недоверчивый взгляд Джона, после которого невольно засмеялся. – Нет, Малыш… Мне досталась лучшая женщина…
Он и дальше мог рассказать, как прекрасна Регина, когда злится. Как приковывает взгляд, когда борется, отказывается принимать помощь, а потом прячет лицо в попытке справиться с болью. Как боится показаться слабой и от этого лишь сильнее привязывает его к себе. Как забывчив он в ее присутствии – забывает дышать и обдумывать что-то еще…
Но все планы разрушил знакомый всем свист караульного – так один из рыцарей сообщил о нападении.
Наигравшийся со своей лошадью Роланд теперь ни на шаг не отходил от Регины. Догадавшаяся, что ребенок жаждет еще волшебства, Королева томила его в ожидании, и в своих покоях продолжила читать книгу. Через пару часов мальчик, не получивший новой магической порции, уснул перед камином, вынуждая Регину отвлечься и перенести его на свою кровать. Накрывая ребенка одеялом, Королева опять заметила метку разбойника в изголовье и почувствовала тянущее беспокойство в груди.
«Хочу быть с тобой…»
Не позволив дальше терзать себя мыслями о буднях Робина, Регина сосредоточилась на подготовке к битве с Георгом. Для этого она устроилась за своим туалетным столиком и принялась смешивать зелья. За своим занятием женщина не заметила, как в спальне оказалась Тинкербелл.
- Не помню, чтобы я тебя приглашала, - Регина все же увидела в зеркале фею и сдержалась, чтобы не показать своего удивления. Вылепив на лице знакомую для всех презрительную маску, Королева сделала глоток созданного зелья. Шипучая жидкость обожгла язык и растворилась где-то на его корне, заставляя Регину поперхнуться.
- У тебя точно хвост не вырастет? – уточнила спокойно Тинкербелл. – Не каждый готов пить собственные зелья…
- Я умею их делать, - сморгнула с глаз набежавшие слезы Регина. – Что ты хочешь? Новое платье? – она не могла не отметить привычный травянистого цвета наряд феи. – Зеленый уже не в моде…
- А ты теперь местная портниха? Даже не знала, – фыркнув, Тинкербелл обернулась и посмотрела на спящего мальчика. – Надеюсь, ты не на нем испытываешь…
- Тебе лучше заткнуться, - едва сдержавшись от грозного окрика, Регина вскочила и сердито уставилась на бывшую подругу. Та же с невозмутимым видом посмотрела на нее, чем еще больше раздула пожар.
- А мне сказали, что Королева в печали. Вижу, что ты в порядке… - с особым удовлетворением в голосе отметила Тинкербелл. – Ты же не собираешься отправляться к нему? Твой разбойник доказал, что и сам может справиться с кем угодно…
«Я знаю»
- Это не только его враг…
- Ты думаешь, что у Робина не хватит ярости отомстить за то, что его посадили к собакам, а потом чуть не убили на виду у всего народа? Лучше бы ты оставалась здесь и… доверилась хотя бы раз в жизни.
Задохнувшись от такого наглого совета, Регина собралась уже выпалить защитную гадость. Но внезапно осознала, что таким образом фея пытается защитить ее. Удивительно было слышать это от нее – особенно после отобранных крыльев.
- Регина!
Женщины успели шикнуть на вбежавшую в спальню Белоснежку, и она осеклась при виде их одинаково-встревоженных лиц. Вместе они взглянули на спящего Роланда – малыш явно наигрался и сейчас не собирался вмешиваться в дела взрослых.
- Что еще? – процедила сквозь зубы Регина. Ее раздражал тот факт, что спальня превратилась в место сбора приставучих принцесс и фей. Хотя искривленное от ужаса лицо Белоснежки тут же лишило Королеву всего желания прогонять их. Замерев, она с нетерпением уточнила, - что?
- Весь лес гудит… На границе начался бой.
Только Белоснежка могла сообщать новости с таким трагичным лицом, что будто исход всего события предрешен и пора забирать трупы. Правда, в эти минуты Регина уже забыла об этом, еще одном таланте своей падчерицы.
- Следите за Роландом. С его головы не должен упасть ни один волосок…
- Что? Регина…
- Что ты делае…
Звонкие голоса растворились в плотном тумане, который материализовался вокруг Королевы и, из-за которого она зажмурилась.
Новое место встретило Регину прорывающейся через черную почву ярко-зеленой травой. Свалившись на нее, Королева зашлась в удушающем кашле, который сдавил горло так крепко, что, казалось, еще секунды, и она останется совсем без кислорода. Мучения продолжались долго – за это время Регина справилась с желанием выплюнуть поднявшуюся из желудка наверх пищу, а потом еще и попыталась сфокусировать мутный взгляд на какой-то цели. Уставившись на ствол ближайшего дерева, продолжая сгибаться от кашля и слабости во всем теле, Королева все же смогла прийти окончательно в себя.
- Черт! Хуже, чем в первый раз…
Добравшись на коленях до дерева, Регина прислонилась к нему спиной и дала еще себе несколько минут. Вспомнилось, как веселился Румпельштильцхен, когда она также попыталась переместиться в первый раз. Хотя, кажется, тогда магия чуть без ноги ее не оставила.
Если бы не раздававшиеся где-то рядом крики, вой и лязганье, Королева бы и продолжила подчиняться своему расслабленному телу. Но пугающая какофония заставила ее подняться и, пошатываясь, отправиться искать источник всего этого.
Выйдя к кромке леса, Регина замерла и, копируя повадки хищников, чующих своих жертв, расширила ноздри. Алчно, рассматривая каждую деталь, женщина видела, с какими звериными лицами бьются друг с другом мужчины. Орошая кровью уже вытоптанную траву, под ноги воинам падали бесчувственные тела. Те, кто еще с воплями взмахивал мечами и прочим оружием, уже сами могли похвастаться неприглядными ранами, которые только их раззадоривали.
В самую гущу этого кошмара и ринулась Королева.
Подбирая длинный край своего ярко-красного пиджака, Регина умудрялась проскальзывать мимо ревущих, взбешенных рыцарей и разбойников. Даже не морщась от летящих на нее капель крови, пота и слюны, Королева упорно отыскивала на поле знакомый силуэт. Через череду долгих минут, увернувшись в очередной раз от падающей на нее туши, женщина на миг впустила в сердце ядовитый отвар. Он сдавил ее грудь и заставил поверить в то, что она могла опоздать.
«Ты же не умер»
Задыхаясь и уже начиная отталкивать мельтешащих вокруг воинов, Королева почти потеряла надежду. Споткнувшись и опустившись на одно колено, Регина окончательно убедила себя, что Георг завершил свое дело.
Пробежавшись глазами по шевелящимся телам, находя расшитый подмигивающими камнями плащ, Королева почувствовала дикую радость. От предвкушения, что шанс никуда не исчез, женщина вскочила и ринулась вперед. Спустя пару шагов она увидела, что Георг, стоявший к ней вполоборота, склоняется над Робином, который пытается избавиться от колчана и лука на плече, и попутно тянется к лежащему в стороне мечу.
- Умри…
Сквозь агонию разбушевавшейся армии, нарастающий стук своего скачущего в груди сердца Королева услышала довольный вопль. Не в силах добраться до нужного места, видя окровавленное, застывшее лицо Робина, который открыто смотрел в глаза своего врага, Регина не позволила себе стать свидетельницей этой расправы.