Выбрать главу

 Лишь, когда мы дошли до дома Эрондейлов я произнёс, прежде чем Клэри зашла в дом:

— Клэри, — я притих, обдумывая как лучше выразиться. — Клэри, что бы ни происходило, что бы тебе ни говорили остальные, знай, я такой, какого ты меня видела в первой встречи. Я люблю тебя. Я знаю, что ты не отвечаешь взаимностью, просто ты ещё многого чего не знаешь… но запомни одну вещь — я не позволю, чтобы с тобой что-нибудь случилось. Ты всегда будешь в безопасности. Сестрёнка, — я погладил её по лицу — ты никогда не узнаешь, какого это, быть таким как я.

Больше я не произнёс ни слова, помчался к сторожевым башням со всей скоростью. Боль — вот что я ощущал. Почему я должен терять человека, который мне так дорог? Почему должен причинять всем боль? Вместо боли ко мне пришла злость. Все… время кончилось… я — демон.

20. Эпилог

Стоя на самой верхушке башни, я рассмотрел в последний раз Аликанте. Мой любимый город, мой дом. Через час от него не останется ничего, кроме как гнилой запах мёртвых нефилимов и мерзких тварей — демонов.

До восхода солнца осталось пару часов, а значит, пора взламывать башни.

Городские огни освещали улицы. Все люди давным-давно сидели у себя дома и мило беседовали между собой. Дети настырно выпрашивали родителей дать им ещё хоть чуточку поспать — ведь скоро будет шесть утра, но взрослым нужно на работу, некоторым в Гард, а некоторым ещё куда-то.

В отличие от примитивных, сумеречные охотники встают как можно раньше — их жизнь, как ни крути, не такая длинная, как у остальных людей, потому что наш каждый божий день проводится в боях и опасностях, которые подстерегают нефилимов на каждом шагу.

Не могу даже представить, как будет шокирован консул, увидев, что барьер, который считался испокон веков вечной и прочной защитой Идриса, обрушится в одно мгновение.

Вытянув нож, я сделал порез на ладони. Кровь стекала как ручей у поместья Моргенштернов. Я направил её в середину, откуда начинает идти барьер. Миг и в моей голове раздался крик и такой мерзкий звук, будто ногтем провели по доске. Я скривился от боли, но не от той, что была в голове, а от той, что сжимала в груди.

— Забавно будет быть в твоём теле, — произнёс мой голос, но эти слова говорил не я.

Я осмотрелся. Все оставалось таким же, но было чувство, будто я нахожусь в аквариуме, где меня никто не может услышать.

— Кто ты? — произнёс я, но испугался, поняв, что вслух слова не были произнесены, они были лишь в моей голове, но в тот же момент и не в моей.

— Не думал, что ты настолько глуп, чтобы спрашивать такое, — произнёс другой я. — Отыне я — это ты, а значит, теперь я Себастьян.

— Себастьян в России, — возразил я.

— Ну, Верлак может и там, но я тут, в твоём теле, — продолжил он. — Теперь меня зовут Себастьян Моргенштерн. Это имя будет известно на весь мир.

— Меня зовут Джона…

— Новое имя характеризует свободу, — перебил меня гневно, но довольно, другой я, — которую тебе не дал ни отец, ни мать. Но теперь все будет по-другому.

— Чего ты хочешь? Убирайся из моего тела!

— Твои крики бессмысленны, — спокойно ответил Себастьян. — Я заполучу власть над всем миром, нравится тебе это или нет.

Мы уже шли по улице к дому Пенхоллоу.

— Королева Благого двора получит то, что так желает — смерть Валентина, а я — власть, — так же равнодушно продолжал парень — Ну, а пока у меня есть ещё одна цель.

— Не смей причинять вред Лайтвудам и…

— Это ни я причиняю вред, а ты, — сказал он остановившись. — Ты только посмотри, что сделал.

Я оглянул город.

В воздухе стало заметно светлее от красноватого свечения. Вскоре оно сделалось ярче, отбрасывая блики в ночное небо, освещая холм, так что казалось, будто наступил день. Снизу поднимались дымные облака, похожие на раскрывшийся хвост чёрного павлина. Охранные башни Аликанте пронзали почерневшее небо огненными наконечниками стрел. Словно разбросанные по тёмному бархату рубины, тут и там виднелись языки пламени.

— Неплохо поработали, не правда ли? — вывел меня из раздумий Себастьян. — Демоны сейчас атакуют весь город, а я им в этом помогу.
***

Как ни в чем не бывало, Себастьян умело дальше разыгрывал меня самого для Лайтвудов и Пенхоллоу. Пока Изабель стояла у окна, беседуя о Джейсе с Алеком и Алиной, мой новый я делал вид, что читает книгу — а точнее, мангу самого маленького члена семьи Лайтвудов — Макса.

Не обращая внимания на мои вечные протесты и крики, Себастьян продолжал делать вид, что ему все равно на меня, но в мыслях он не раз повторял: «Заткнись ты уже!»

Понимая, что выгнать Себастьяна из своего тела равноправно, как и разбить стену головой, я замолчал. Для другого меня это был шанс подслушать беседу, а для меня заметить то, что кулон Изабель, который она говорила, помогает ей понять, насколько близко находится демон, завибрировал, причём довольно сильно.