Выбрать главу

Можно, сказать, что меня «The Beatles» спасли от тюрьмы. Я был изрядным хулиганом, имел массу приводов в милицию, но когда под их влиянием увлекся музыкой и взял в руки электрогитару, забыл и улицу, и ту компанию, в которой находился».

Продолжим наш «битловский список».

Виктор Троегубов («Крематорий» и «Дым»): «У нас в доме жил мальчик, у которого мама была переводчицей с английского, и у нее был альбом «The Beatles» 1968 года. Однажды я взял его послушать, но переписал оттуда только две песни — «Obladi Oblada» и «Back in The U.S.S.R.» — остальное мне не понравилось. Но уже через месяц я снова взял у нее «Белый альбом» и вот тогда уж переписал целиком».

Дмитрий Яншин («ДК», «Веселые Картинки»): «Первый рок, который я услышал, был «Obladi Oblada», сначала в исполнении «Веселых Ребят» на маленькой пластиночке, а уж потом — «The Beatles». Тогда я учился в 5-м классе».

Валерий Лысенко (Ёж), барабанщик «Мистера Твистера»: «Первой моей пластинкой стал миньон «The Beatles» с песнями «Любовь купить нельзя» и «Леди Мадонна», вышедший на фирме «Мелодия».

Наш известный блюзмен Борис Булкин («Вольный Стиль») рассказывал, что впервые услышал рок на пластинке ВИА «Голубые Гитары», на которой они пели песню «The Beatles» «Пока она стояла здесь».

Между прочим, ту песню на пластиночке «Голубых Гитар» сыграл и спел Юрий Валов, музыкант легендарной московской группы «Скифы», к тому времени прекратившей существование. Юрий Валов с некоторым смущением вспоминает о том, что ему в начале 70-х пришлось играть в ВИА. А вот что он сам рассказывает о том, как все начиналось: «Я с детства слышал и Литтл Ричарда, и Билла Хэйли, мне это нравилось, но как-то не очень трогало. А когда мне исполнилось тринадцать лет, на меня почему-то очень большое впечатление произвел Окуджава, и мне тоже захотелось играть на гитаре… А потом я услышал «The Beatles»! И тут лет на двадцать пять нормальная жизнь прекратилась!»

Интересно, что именно с «The Beatles» началась и наша уникальная магнитофонная культура. Поскольку с получением информации, особенно звуковой, у нас в стране были сложности, то, дабы заполнить пустоту, появились так называемые писатели, у которых за небольшие деньги можно было переписать на магнитофонную пленку почти все, что хочешь. Вслед за западными записями они стали распространять и отечественные группы, создав альтернативную информационную сеть, благодаря которой в народе стали популярны и «Аквариум», и «Машина», да и почти все наши самые знаменитые группы. Александр Агеев был одним из первых наших «писателей». Он вспоминает, что и его коллекция началась с «The Beatles», с альбома «А Hard Day's Night»: «Но растиражировали мы впервые другой альбом «The Beatles» — «Клуб одиноких сердец сержанта Пеппера». У меня был друг, которому родители-дипломаты прислали из-за рубежа этот альбом, а он только что вышел, буквально неделю назад, и больше в Москве его ни у кого не было. А у другого моего друга отец работал в мастерской, чинил магнитофоны, и он принес домой переносной катушечный магнитофон «Яуза-20», который мог работать на батарейках. И вот мы взяли этот магнитофон и поехали на Красные Ворота. Там был скверик, где стоял тот самый «мужик в пиджаке», мы сели на скамеечку и врубили «Сержанта Пеппера», а так как народу вокруг ходило много, то быстро собралась целая толпа, тут же мент подошел и всех разогнал: больше трех тогда собираться не разрешалось. Но мы взяли телефоны и адреса (так как телефоны тогда были далеко не у всех), и потом появился тираж. Конечно, этот тираж был еще смешным…»

Поэтесса Маргарита Пушкина познакомилась с рок-музыкой в 1964 году, когда жила в Венгрии (ее отец был командующим ВВС Западной группы войск): «В Венгрии уже тогда было много хороших групп: «Омега», «Иллеш», — и мы покупали их пластинки. Это уже тогда начало затягивать. А однажды по венгерскому телевидению показали встречу «The Beatles» в одном из английских клубов, и я зафанатела. Еще мы с девчонками бегали в коммерческие ларьки за сигаретами, а там продавались разные нашивочки на рукава, закладки, сделанные из фотопленок без эмульсии, — атрибутика, короче говоря: «Роллинги» и «Битлы». «Роллинги» мне поначалу понравились больше: у Джеггера был зверский вид, что, по моему мнению, более соответствовало рок-н-роллу. И народ, соответственно, делился на тех, кто за «The Beatles», и тех, кто за «Rolling Stones». Я ходила очень гордая, ведь на рукаве у меня красовалась нашивка «The Beatles». Так что все началось с закладок.