— Ты не ставишь меня в неловкое положение, Малфой.
— Я спросил не об этом. Я спросил, — он указал на расстояние между ними свободной рукой, и она почувствовала, как его пальцы коснулись ткани ее рубашки, — тебе от этого не по себе?
— Да, немного, — призналась она.
— Почему?
— Ты слишком близко.
Он усмехнулся и кивнул.
— Может быть, хочешь, чтобы я отошел?
— Понятия не имею.
Гермиона закрыла глаза, чувствуя, как жар приливает к лицу. Она клялась, что не знает, откуда это взялось. Мерлин, пусть он как-нибудь сможет забрать свои слова.
— Ты и я… мы ведь многого не знаем, правда, Грейнджер?
Она посмотрела на него, заметив, что он больше не улыбается. Она поняла, что он придвинулся чуть ближе, и увидела голубые вкрапления в сером океане его глаз.
— Ты пьян.
— Немного. А ты — нет.
— Какая раз…
— Вам что-нибудь предложить? — Малфой посмотрел поверх ее головы на бармена, и ее глаза метнулись к шее Драко.
— Стакан воды, — заказал он и перевел взгляд вниз.
— Кто сказал, что мне нужна вода? — Она снова посмотрела на Малфоя, и он приподнял бровь. — Возможно, я хотела чего-то другого.
— Выпить? — Он выглядел озадаченным.
— Возможно.
— Ну, Грейнджер. Может, вода не для тебя.
— Ты будешь пить воду? — Она чуть не закатила глаза, он прищурился в ответ на ее тон.
— Нет, Грейнджер, я просто заплачу за то, чего не хочу.
Она обернулась на тихий стук. Малфой взял стакан с водой, и она услышала, как он сделал глоток.
— Что-нибудь для вас, мисс? — спросил пожилой мужчина за стойкой.
— М-м… воды, пожалуйста. — Когда она обернулась, Малфой ухмылялся. — Отвали.
— Я не настолько пьян, Грейнджер.
— Хорошо, — сказала она, в замешательстве склонив голову набок.
— Я не настолько пьян, чтобы говорить то, чего не имею в виду.
— О.
Рядом с ней поставили воду, но она по-прежнему не отводила взгляда от Малфоя. Он с любопытством посмотрел на нее.
— Хочешь потанцевать, Грейнджер?
Гермиона удивленно посмотрела на него, гадая, сколько же он выпил. Неужели он только что пригласил ее на танец?
— Н-нет. Нет. Я… э-э… нет. Но все равно спасибо… Малфой.
Несколько мгновений он пристально смотрел на нее.
— Почему?
«Потому что у меня в голове туман, и все, что я чувствую, — аромат хвои… и твою близость, и от тебя у меня кружится голова, и я не знаю причину. Потому что я ничего не пила, но чувствую себя пьяной и не доверяю себе рядом с тобой. И это так… странно, и причудливо, и… запутано, потому что я Гермиона Грейнджер, а ты — Драко Малфой, и я не должна доверять ни тебе, ни себе. Потому что… потому что, наверное, все это из-за того, что ты пьян, а я устала, и нам нужно пространство. Да, пространство между нашими телами, ведь здесь так душно и жарко».
— Потому что я устала и собираюсь поговорить со всеми еще минут двадцать, а потом пойти домой и лечь спать.
— Я не очень хорошо воспринимаю отказы, — сказал Малфой, возвращая стакан с водой на стойку, и ухмыльнулся в ответ на ее возмущенный взгляд.
— Ну, тебе придется…
Он потянул ее за руку, затаскивая в толпу. Гермиона пыталась упереться в пол каблуками, вырывалась из его хватки, стараясь освободиться. Однако у Малфоя были другие планы, и он крепко держал ее.
— Это быстрая песня, и она почти закончилась, Грейнджер. Тебе даже не придется танцевать со мной… Здесь целая чертова толпа танцующих.
Он перестал тащить ее в середину танцпола, и когда она втянула воздух и начала кричать на Драко, то поняла, что музыка превратила ее слова в низкий рокочущий звук. Малфой ухмыльнулся, и улыбка осталась на его лице, когда пьяная ведьма средних лет подошла к ним и схватила их за руки. Запрокинув голову и закрыв глаза, она подпрыгивала в такт музыке.
— Малфой! — закричала Гермиона, а он только улыбнулся, схватив ее за другую руку.
Наклонив голову и широко раскрыв глаза, он бросил на нее невинный взгляд, прежде чем начать прыгать.
Он, должно быть, шутит.
Она смотрела на него с минуту, прежде чем рассмеяться. Что это? Драко ухмыльнулся и вырвал свою руку из хватки ведьмы, а после и руку Гермионы. Взяв ее за обе руки, он продолжил прыгать и крутить головой.
— Ты такой пьяный! — Она пыталась сказать ему это сквозь музыку и смех. — И я не прыгаю, как полоумная!
Он поднял их сцепленные руки вверх, и она испугалась, что сделай он так еще раз, то поднимет и ее саму. Видя, что он не собирается прекращать, она сделала несколько прыжков и остановилась.
— Ну вот!
Он ободряюще кивнул, жестом приглашая продолжить. Он указал на себя, а затем пожал плечами, как бы спрашивая, «кого это волнует, черт возьми, мне так нравится». Гермиона засмеялась и снова покачала головой, но все равно запрыгала. Она мотала головой в такт ритму, и Драко рассмеялся, поощряя ее продолжать.
Она никогда не видела его таким, поэтому задумалась, было ли это следствием большого количества спиртного, или же она действительно так мало знала о Драко Малфое.
***
— Я мог бы провернуть это с Фридой. Пересплю с ней сегодня вечером, трахну пару раз утром, возьму то, что мне нужно, и оставлю записку, в которой сообщу, что у меня назначена встреча, но я вернусь через несколько часов. Легко. Минимум усилий.
Драко, Гарри и Рон находились в пустом КЗА, пытаясь прояснить детали следующей миссии. На прошлой неделе три сотрудницы Министерства впали в кому. В таком состоянии они были найдены в рабочее время. Первые две утром, а третья — во второй половине дня. Все три до сих пор находились в этом состоянии, в то время как целители в больнице Святого Мунго и работники Министерства (такие как Гермиона) работали над поиском контрзаклятия.
В то утро Министр обратился к Гарри с этим делом. Парни быстро сошлись во мнении, что один из них должен перевоплотиться в служащую Министерства, а двое других будут следить за происходящим и обстановкой вокруг кабинета и здания: устанавливать защитные чары, наблюдать и многое другое. Благодаря жеребьевке, проделанной с помощью фанатской шляпы с символикой «Пушек Педдл» выяснилось, что женщиной должен был стать Малфой; они слушали его жалобы почти полчаса. Все застопорилось на том, как должна выглядеть предполагаемая жертва.
Гарри и Рон замолчали, весело глядя на Малфоя.
— Как бы мы ни приветствовали твое стремление перепихнуться, Малфой, мы считаем, у нас есть вариант попроще. — Рон тихо усмехнулся и покачал головой.
Малфой приподнял бровь, борясь с желанием закатить глаза.
— О чем речь?
— О Гермионе, — ответил Гарри. — Мы убедили ее взять выходной. Весь день донимали беспокойством о том, как много она работает. Мы заставим ее пообещать не появляться завтра в Министерстве, а потом, когда она уснет, одолжим у нее какую-нибудь одежду и прядь волос.
— А если она узнает?
— Не узнает. — Гарри покачал головой.
— А если Уизлику вожжа под хвост попадет, и он в итоге все ей расскажет, потому что уже завтра решит, что позлить ее будет так весело?
— Что? Да разве я когда-нибудь… — Рон замолк под брошенными на него взглядами. — Я не скажу ни слова. Клянусь.
Драко посмотрел на Рона, потом на Гарри и кивнул.
— Ладно. Пусть будет Грейнджер.
***
Сова с подтверждением добралась до квартиры Драко только в полночь. Даже это время показалось ему ранним, и он удивился, что Поттер заставил Грейнджер не только договориться о завтрашнем выходном, но и уйти с работы раньше обычного. Малфой решил, что она, наверное, очень устала после вчерашней ночи в баре — ночи, о которой он лично старался много не думать.
Он не лгал, когда поведал ей, что не настолько пьян, чтобы говорить то, чего не имел в виду. Однако это не означало, что он не жалел о произнесенных словах, или знал хотя бы половину того, о чем рассказывал. Да, он многое знал о Грейнджер. Даже если не учитывать время, проведенное в классах и залах Хогвартса; но эти последние несколько лет в Министерстве, ежедневные встречи, да еще с его наблюдательностью? На самом деле, он знал многое из того, что она, в общем-то, особо и не скрывала. Но не понимал, почему прошлой ночью было так важно дать ей это понять.