Выбрать главу

— Или у вас проблемы с любовницей?

Но взрыва не произошло. Багровое лицо совершенно неожиданно приняло нормальный цвет.

— Я совсем забыл, с кем имею дело, — проговорил туз. — Вы за словом в карман не лезете, в вас есть напор и наглость, и я ценю это. А со своими личными проблемами предпочитаю разбираться сам и не впутывать в них посторонних. История, из-за которой я решил нанять вас, совершенно идиотская, какой-то дурной розыгрыш, и, заподозри я что-то опасное, принял бы надлежащие меры, не обращаясь к вам. Надеюсь, вы понимаете, мне есть к кому обратиться…

— Разумеется, Виктор Евгеньевич. — Я больше не пытался ерничать и отвечал вполне серьезно.

— История заключается в том, — продолжал он, — что третий день подряд мне названивает какой-то сумасшедший и требует деньги. Десять тысяч долларов.

— За что?

— В том-то и дело, что он этого не говорит. Скажет только при получении данной суммы. Лишь грозится, что, если я не заплачу, это плохо кончится не столько для меня, сколько для моего бизнеса.

— А какой у вас бизнес?

— Разноплановый. Я соучредитель нескольких акционерных обществ. Основное же занятие… — Виктор Евгеньевич важно залез в портмоне и двумя пальцами протянул мне визитную карточку. Держал он ее так бережно, точно она была сделана из хрусталя.

Из золоченого тиснения мне стало известно, что в клиенты мне набивается генеральный директор торгового дома «Миллениум» Ланенский Виктор Евгеньевич. О самом ТД доводилось слышать любому жителю нашего города, но отовариваться там решались немногие. Основная масса, наплевав на престиж и буржуйскую рекламу, предпочитала носиться за покупками по всему городу и толкаться на вещевых рынках, считая себя недостаточно обеспеченными или вовсе малоимущими.

— Мое мнение — послать этого шутника по известному русскому адресу, — сказал я, оторвавшись от рассматривания визитки.

— Так-то оно так, — неохотно согласился Ланенский. Ему очень не нравилось, когда кто-то в его присутствии высказывал свои идеи, причем не лишенные здравого смысла. — Но я не из тех, кто привык прощать подобные выходки. Я желаю, чтобы вы нашли этого мерзавца. Он заслуживает примерного наказания.

— Будете загонять иголки под ногти или придумаете что-то более оригинальное?

Ланенский, свыкшийся с моими манерами, пропустил эту колкость мимо ушей.

— Кроме того, — добавил он, — анонимщик звонил мне только на работу (телефон имеется в любом деловом справочнике) с автоматов, поэтому номер определить я не смог. Однако сегодня утром он сказал, что предоставляет мне последний шанс, и назначил встречу, на которую я должен приехать один и привезти деньги. Вы отправитесь вместо меня и, разумеется, без денег. Ваша задача — доставить мне шантажиста.

— Где и когда назначена встреча?

Виктор Евгеньевич назвал место и время. Район был мне знаком прежде всего по криминальным сводкам, а время, если вспомнить достопочтенного сэра Артура Конан Дойла, именно то, в которое «силы зла властвуют безраздельно». Как в страшной сказке — полночь.

Я принял информацию к размышлению, но не спешил уходить, воззрившись на Ланенского. Тот, почуяв запах принесенных официантом блюд, начал выражать недовольство:

— Чего еще?

Я отвечал не моргнув глазом:

— Прежде чем браться за такие сомнительные дела, я предпочитаю получать задаток.

— Сколько? — Генеральный директор уже вгрызся сильными белыми зубами в телячью отбивную.

Сумма его ничуть не удивила. Бесспорно, этот человек жил в другой системе материальных ценностей. Да и нравственных тоже.

— Чего так много? — все же спросил он для проформы.

— До свидания.

— Постойте. — С ленивой небрежностью он швырнул на стол несколько мятых купюр.

Я старательно собрал их, разгладил и убрал в карман.

— Договор составим на салфетке или проедем ко мне в офис? — спросил я.

Ланенский барски отмахнулся.

— Обойдемся без бухгалтерии. Ведь у вас хватит ума не сбегать с этими деньгами.

— Приятного аппетита, — пожелал я и направился к выходу из зала. И все же остановился на пороге, обернулся, спросил: — Ответьте честно, Виктор Евгеньевич, у вас много врагов?

Хозяин утер белоснежной салфеткой розовые лоснящиеся губы.

— Они не успевают у меня появляться.

Во что я нисколько не поверил.

Действо второе. Галкин Лолиту встречает и…

Время, оставшееся до встречи, тянется медленно и нудно. Лучи весеннего солнца, ярко-желтые, теплые, буравят мутное, в грязных подтеках стекло, солнечные зайчики путаются в паутине под потолком, я жмурюсь на них, но мне невесело. Эта погода для других людей, увлеченных, беспечных, влюбленных. Я ощущаю прилив энергии и работу мозга, когда небо наконец сереет, хмурится, подкрадывается вечер, затем наступает ночь и безобразные завалы рыхлого снега на обочинах дорог становятся совершенно черными. Пора заниматься делом, пора жить.