Из текста очевидно, что строительство, как обычно делается, началось с жилья для рабочих (возможно, по готовым проектам фирмы Кана). И что существовал приказ Сталина по прекращению строительства жилья. Строить следовало сам завод, но никак не жилые дома, роль которых должны были играть палатки, землянки или, в лучшем случае, бараки.
Крайне интересен вопрос об источниках финансирования промышленного строительства времен первой пятилетки.
Сталин писал Молотову в августе 1930 г.: «Микоян сообщает, что заготовки растут и каждый день вывозим хлеба 1 — 1,5 млн. пудов. Я думаю, что этого мало. Надо поднять теперь же [норму] ежедневного вывоза до 3 — 4 млн. пудов минимум. Иначе рискуем остаться без наших новых металлургических и машиностроительных (Автозавод, Челябзавод и пр.) заводов... Словом, нужно бешено форсировать вывоз хлеба»[487].
Оба упомянутых Сталиным завода спроектированы Каном. Из текста письма ясно, что валюту для оплаты деятельности Кана Сталин получал, продавая в США хлеб в самый разгар массового голода в СССР. Можно с большой долей уверенности утверждать, что миллионы жертв страшного голода 1931 — 1933 гг. — это результат стремления Сталина как можно быстрее оплатить заказы по поставкам оборудования для объектов, проектировавшихся в первую очередь Альбертом Каном.
Фирма Альберта Кана играла роль координатора между советским заказчиком и сотнями западных (поначалу преимущественно американских) фирм, поставлявших оборудование и консультировавших строительство отдельных объектов. По сути, через Кана в СССР тек мощный поток американской и европейской военно-промышленной технологии. Те несколько тысяч иностранных специалистов, которые в начале 30-х годов работали в СССР, представляли различные западные фирмы, которые в основном строили и налаживали заводы, спроектированные фирмой Кана.
В 1932 г. контракт с фирмой «Albert Kahn Inc.» был разорван, точнее, не продлен. Попытка Альберта Кана лично добиться продления контракта успеха в Москве не имела, и сотрудники фирмы покинули Москву.
Это было связано с тем, что в августе 1931 г. Сталин счел более выгодным заказы на оборудование для всех строящихся промышленных предприятий по возможности переместить из Америки в Европу.
Сталин писал Кагановичу 25 августа 1931 г.: «Ввиду валютных затруднений и неприемлемых условий кредита в Америке высказываюсь против каких бы то ни было новых заказов на Америку. Предлагаю воспретить дачу новых заказов на Америку, прервать всякие уже начатые переговоры о новых заказах и по возможности порвать уже заключенные договора о старых заказах с переносом заказов в Европу или на наши собственные заводы. Предлагаю не делать никаких исключений из этого правила ни для Магнитогорска и Кузнецстроя, ни для Харьковстроя, Днепростроя, ЛМО и Автостроя»[488]. Здесь перечислены практически только объекты Кана (за исключением Днепростроя).
В письме от 11 сентября 1931 г. Каганович информирует Сталина: «Выяснилось, что 80—90% заказов для Челябстроя можно разместить в Англии»[489]. Это означало конец сотрудничества с Каном. К этому времени Кан выполнил свою задачу в глазах Сталина.
Советская система проектирования в целом была реорганизована по образцу конвейерного производства проектов, принятому в фирме Кана[490].
Спроектирована и заложена сеть новых промышленных предприятий, заказы на технологическое оборудование сформированы и могут быть переданы в любые другие западные фирмы, тысячи советских специалистов прошли обучение.
Объекты, спроектированные Каном, продолжали строиться и представляли собой значительнейшую часть планов второй и третьей пятилеток. Но первую скрипку в сотрудничестве с СССР стали играть не американские, а европейские, в первую очередь немецкие, фирмы. В 1935 году на советских промышленных предприятиях работали 1719 немцев, 871 австриец и только 308 американцев[491] (в 1931 г., когда заводы только начинали строиться, а Гитлер еще не пришел к власти, американцев было 172 чел., немцев — 146 чел., австрийцев — 13 чел.)[492].
Поразительно, но годы тесного сотрудничества СССР с немецкими и австрийскими промышленными кругами падают как раз на время крайнего политического охлаждения между Советским Союзом и Третьим рейхом. Похоже, что это сотрудничество осталось незамеченным и гитлеровской разведкой.
487
Письма И.В. Сталина В.М. Молотову. 1925-1936. М., 1995. С.198, 203-205. Цит. по: Осокина Е. За фасадом «сталинского изобилия». М., 1998. С.73.
490
Эту систему с отвращением описывал Андрей Буров, командированный в 1930 г. в Дейтрот к Кану для консультаций в связи со строительством Челябинского тракторного завода: «...С архитектурой у них совсем нудно. Вместо архитекторов у них огромное бюро. Это «business» (в настоящее время очень дрянной). [...] первое впечатление такое, что один делает эскиз, другой – план, третий – фасад, четвертый – интерьеры, пятый, шестой, седьмой, - дцатый – электричество, конструкции, водопровод, канализацию, вентиляцию, рефрижерацию» и т. п. Подписывает же это хозяин конторы, который никакого отношения во всему этому делу не имеет. Получается американское художественное произведение». (Андрей Константинович Буров. Мир художника. М., 1980. С.35.)
491
Индустриализация Советского Союза. Новые документы, новые факты, новые подходы. Ч. II. Москва, 1999. С.278.
492
Индустриализация Советского Союза. Новые документы, новые факты, новые подходы. Ч. II. Москва, 1999. С.241.