— Так и ты, Радислав, и Лис, изначально догадывались, кого придется освободить?! — неожиданно разъярилась я. — А почему не предупредили?!
Они знали, что нужно зажечь чашу, что зажечь ее способна виверна, но не сказали ни слова? А я, как дурочка, шла за неведомой помощью, не догадываясь, что впереди ожидает прожорливый ящер?! А если бы он все-таки прикончил меня? Откуда мне знать, что на уме у виверны?
«Ничего предосудительного, хозяйка», — сыто отозвалась та.
Я демонстративно повернулась к Радиславу спиной и скрестила руки на груди.
— Эй, могущественная чародейка. — Охотник потряс меня за плечо. — Не глупи. Я, например, и не догадывался. Думал, кремень найдем, им пламя и высекут. Ну, если найдем. Если бы я знал, что в пещерах томится опасный ящер, неужели разрешил бы тебе рисковать собой?
— Я, увы, и сам не подозревал, что необходима всего лишь виверна, — честно признался облокотившийся на алтарь правитель. — Предполагал, что отыщется склянка с её кровью, зачарованные спички или что-то иное…
Ну-ну, всего лишь. Сам бы и искал, раз всё так просто.
— Выходит, — вздохнул Лис, — приведем сюда виверну, и Галаэйя спасена.
— Тебе ли не знать писаний, Лисан-дэро-кодльонор, — с загадочностью хмыкнул правитель. — И ты осведомлен, что в момент возрождения огня в храме запрещено находиться кому-либо. Думаю, только повелитель виверны имеет право сопровождать ящера и направлять своей волей его действия. Лисан-дэро-кодльонор, прости, но, на мой взгляд, таковой является Ладислава. Её обувь…
Амиран окинул меня столь подозрительным взором, словно говорил: хозяйка-то никудышная.
Лис зябко поежился.
— Так дело в сапогах, а не во мне, — оспорила я решение. — Я случайно получила их, если честно.
— Случайностей не бывает. — Амиран покачал головой. — Ладислава, вы избраны богами, вам и возрождать пламя.
— Да без проблем, — выпалила я. — Вы собираетесь протащить зверя в храм? Он не пролезет в двери.
Радислав передал мне спички со словами: «Мало ли пригодятся».
— У вас есть какие-нибудь идеи? — Правитель заметил, как я ухмыльнулась.
— Ну-у, есть одна мысль. Вы не боитесь, что виверна разгромит храм? — осторожно спросила я.
— Пусть громит, — отмахнулся Амиран. — Главное — Священное пламя. Если оно воспылает, то обрушенные стены мы перетерпим.
— Тогда доверьтесь мне, — гаденько хихикнула я, услышав желаемое. — Не будем оттягивать долгожданное. Сейчас же все и сделаем.
«Эй, ты чувствуешь, где я нахожусь?»
«Да, хозяйка».
«Лети внутрь».
— Выходите и не беспокойтесь ни о чем. Мы всё обустроим наилучшим образом. — Я так нежно взглянула на спутников, что их передернуло. Ничего неподозревающий правитель едва на пал мне в ноги, но я остановила его жестом руки.
Троица вышла через парадный вход, но пообещала караулить снаружи. Зал опустел.
Я скромно отошла к мраморному козырьку у алтаря и, насвистывая незатейливую мелодию, принялась ждать.
Звон битого стекла и град из осколков красноречиво намекнули, что виверна меня нашла. Она приземлилась, и места в храме поубавилось. По правде говоря, никто третий здесь бы и не поместился.
Лапы ящера потоптали осколки. От хруста я передернулась. Пустой храм не располагал к душевному спокойствию, кое обещалось святыми книгами. Наоборот, внутри словно ворочались неподъемные жернова. Нос заложило, онемели кончики пальцев. И озноб пробегал по позвоночнику.
— Нам нужно зажечь огонь, — напомнила я виверне, хотя, казалось, самой себе.
«Да, хозяйка».
— Сама накапаешь крови в чашу?
«Нет, хозяйка».
А кто сказал, что будет просто? Черный ящер улегся на четыре лапы. Хвост, которому не хватило места, обвился ровнехонько по мраморной скульптуре богини.
— Почему?
«А как, хозяйка?» — резонно спросила виверна.
— И что нам делать?
Ящер сыто зевнул и потянулся. Кончик хвоста вздрогнул, а статуя пошатнулась. Печальный, хоть и пустой взгляд богини словно молил о пощаде. Я развела руками, мол, извините.