– Смотрите на волосы на моей руке, – сказал Клаун, – они все встали дыбом! Как вы думайте, почему? Господи, прямо жуть наводит. Как вы думаете, что это значит? Что-то же это значит?
– Воздух очень сухой, – отозвалась я, – иногда волосы не ложатся когда воздух очень сухой.
Я находилась здесь, лицом к лицу с Рингом, а Дизель был на охоте за батарейками, и я понятия не имела, что делать. Мое сердце пропустило удар, и я завибрировала с ног до головы. Я чувствовала вибрации, поступающие через подошвы моих ботинок.
– Я ощущаю себя подобно смузи, – обратилась я к Бабушке и Рингу:
– Как насчет пойти в кафе «7-Eleven» и заказать смузи?
– Сейчас? – удивилась Бабушка. – Мы же только пришли.
– Да. Сейчас. Мне жизненно необходимо выпить смузи.
Что мне действительно необходимо, так это вытащить Ринга из дома. Подальше от Энджи и Мэри Элис, подальше от родителей.
– Ты, наверное, останься здесь и помоги обернуть подарки, – сказала я Бабуле. – А мистер Ринг подвезет меня к «7-Eleven». Это дало бы нам шанс познакомиться поближе.
Тресь-тресь-тресь. Кажется, мистеру Рингу не понравилась эта идея.
– Я просто предложила…
Рука Морелли всё ещё была на моей шее, и Ринг сделал пару глубоких вдохов.
– Ты в порядке? – спросила его Бабушка. – Ты выглядишь не слишком хорошо.
– Я... взволнован, – отозвался он. – З-з-знакомством с твоей семьёй. – Тресь.
Я видела, что Ринг еле контролировал себя. Электричество вытекало из него. И, по-моему, он был в столь же неудобном положении, что и я.
– Ну, – сказал он, заставив себя улыбнуться, – типичное весёлое семейное Рождество, не так ли? – Тресь. Он вытер бисеринки пота со лба. Тресь-тресь. – И у вас красивая рождественская ёлка.
– Я заплатил пятнадцать долларов за неё, – с гордостью сказал мой отец.
Тресь.
На дереве оставалось ещё приблизительно двенадцать иголок, и оно было совершенно сухим. Мой отец старательно поливал его каждый день, но это дерево умерло ещё в июле.
Ринг потянулся, чтобы неуверенно коснуться дерева, и, конечно, оно тут же загорелось.
– Чёрт побери! – завизжал Клаун. – Огонь. Пожар! Вытащите детей из дома. Вытащите собаку. Вытащите окорок.
Огонь распространился на ватин, обернутый вокруг основания ёлки, затем перекинулся на подарки и, наконец, полоса огня помчалась вверх по занавеске.
– Звоните 911, – скомандовала мама, – вызовите пожарных. Фрэнк, принеси огнетушитель с кухни!
Папа только повернулся к кухне, но у Морелли уже был огнетушитель в руках. Спустя несколько мгновений, мы все стояли ошеломленные, разинув рты, глядя на беспорядок. Дерева больше не было. Подарков больше не было. От занавеса остались лохмотья.
Джона Ринга не было.
Дизель так и не вернулся.
Последовала серия громких взрывов снаружи, и через окно мы увидели, что небо стало светлое, словно днём. А затем стало темно и тихо.
– Ни хрена себе, – сказал папа.
Бабушка озиралась:
– Где Джон? Где мой красавчик?
– Похоже, что он ушел, – ответила я, на что бабушка хмыкнула:
– Хах, типичный мужчина! Сжег твою рождественскую ёлку дотла и быстро слинял.
Морелли положил огнетушитель и обнял меня:
– Есть что-нибудь, что ты хочешь мне рассказать?
– Не думаю.
– То есть, я не видел ничего этого, – махнул рукой Морелли, – я не видел, что искры вылетали из его головы, и не видел, как он поджег ёлку.
– Я тоже, – закивала я. – ничего такого я не видела.
Так мы и стояли там, в течение некоторого времени и молчали. Не было слов. Просто шок. И возможно некоторое отрицание происходящего.
Детский, сонный голос нарушил тишину.
– Что случилось? – спросила Мэри Элис.
Она стояла на лестнице в пижаме. Энджи стояла позади нее.
– У нас был пожар, – ответила мама.
Мэри Элис и Энджи приблизились к дереву. Мэри Элис изучила обугленные коробки и посмотрела на мою маму:
– Это были подарки от семьи?
– Ага.
Мэри Элис подумала, решила, посмотрела на Энджи, затем на бабушку:
– Это хорошо, – выдала она, наконец, – мне не хотелось, чтобы сгорели подарки от Санты. Мэри Элис залезла на диван и села, сложив ручки на коленках. – Я собираюсь ждать Санту, – сказала она.
– Я думала, ты не веришь в Санту, – напомнила ей Бабушка.
– Дизель сказал, что важно верить в то, что делает тебя счастливым. Он был только что в моей комнате, и сказал, что уходит, но Санта Клаус навестит нас сегодня.
– С ним была лошадь? – спросила Бабуля Мазур. – Или северный олень?
Мэри Элис покачала головой:
– Нет, просто Дизель.
Энджи залезла на диван вслед за Мэри Элис. – Я тоже буду ждать.
– Мы должны убрать этот беспорядок, – сказала Бабушка.
– Завтра, – сказала ей мама, принесла стул из столовой в гостиную, и села напротив Мэри Элис и Энджи. – Я тоже собираюсь ждать Санты.
Таким образом, все мы сидели и ждали Санты. Мы включили телевизор, но толком никто его не смотрел. Мы прислушивались к шагам на крыше. Надеясь мельком увидеть северного оленя, пролетающего мимо окна. Ожидая, что произойдет чудо.
Часы пробили двенадцать, когда я услышала, что подъехали машины, открылись и закрылись дверцы. Потом послышались лепечущие, приглушенные голоса. Стук в дверь, и все мы вскочили на ноги. Я открыла дверь и не слишком удивилась, увидев Сэнди Клауса. Он был одет в ярко-красный костюм с красным Рождественским галстуком. Он держал коробку, обернутую блестящей бумагой и перевязанную золотым бантом. За ним столпился легион эльфов. (Кто я такая, чтобы утверждать, фальшивые они или настоящие?) Все держали в руках подарки. Рэнди Бриггс был тоже среди них.
– Дизель сказал, что вам нужно помочь с Рождеством, – обратился Клаус ко мне.
– Он в порядке?
– В полном. Дизель всегда в порядке. Он возвращает Ринга домой.
– Как он сможет это сделать? Как он сможет обойти электрическое поле?
– У него свои методы.
– Держу пари, что вас всё время беспокоят, ведь так? – спросил Клаун у пары эльфов. – Думаю, вам бы пригодился хороший адвокат. Позвольте мне дать вам свою визитку.
Моя мама помчалась на кухню и вернулась с полными тарелками печенья и кексов. Папа открыл пиво, а Бабуля Мазур строила глазки Клаусу.
– Он просто милашка, – поделилась она со мной. – Ты не знаешь, занят ли он?
Вечеринка продолжалась, пока все подарки не были открыты, последнее печенье съедено, а последнее пиво выпито. Эльфы попрощались и упаковались в свои машины. Сэнди Клаус и Бриггс остались с одной последней коробкой. Это была коробка с золотым бантом, и Клаус вручил её Мэри Элис:
– Я сделал это сам, – сказал он. – Только для тебя. Храни его всегда. Это особенный подарок для особенного человека.
Мэри Элис открыла коробку, посмотрела внутрь и восхищенно промолвила:
– Она прекрасна!
Это была лошадка, вырезанная из вишневого дерева.
Мэри Элис сжала её в руке и сказала:
– Она тёплая.
Я пощупала лошадь. И та оказалась прохладной моему прикосновению. Я подняла брови в немом вопросе и посмотрела на Шандора.
– Особенный подарок для особенного человека, – повторил он.
– Особенного человека с особыми способностями?
– Есть признаки, – улыбнулся Клаус, и я улыбнулась ему в ответ.
– Встретимся в суде – сказал он.
Я проснулась на рассвете и мягко выскользнула из кровати, где спал Морелли. Я прошла через тёмную квартиру в кухню. Ёлка из торгового центра светилась крошечной гирляндой, а Дизель прислонился к столу.
– Это прощание? – спросила я его.
– До следующего раза. – Он взял мою руку и поцеловал ладонь. – Это было хорошее Рождество. Увидимся, солнышко.
– Увидимся... – но он уже исчез.
И я подумала, что Дизель был чертовски прав: это было очень хорошее Рождество!