- Шериф приехал, лейтенант. Вы...
Нервы у Джуди к тому времени были натянуты как струна. Она отреагировала автоматически, и пистолет выстрелил, послав пулю в притолоку всего в нескольких дюймах от головы Полника.
Я быстро нырнул вперед, схватил ее за кисть и вывернул с такой силой, что она закричала от боли и уронила пистолет на пол. Мне пришлось отпрыгнуть в сторону, когда она попыталась ударить меня свободной рукой.
- Успокойся, детка, - сказал я, - у тебя еще осталась пара недель до газовой камеры!
Полник скрутил ей руки без особого труда.
- Никогда не поймешь этих женщин, лейтенант, - возмущенно произнес он. - А я-то считал, что нравлюсь ей!
Глава 13
Лейверс крепко зажал сигару в зубах и взглянул на меня.
- Мне это не нравится, - веско сказал он.
- Я думал, вы останетесь довольны, шериф, - сказал я обиженным голосом. - Всего один труп, да и то я здесь ни при чем.
- Эта вечеринка - ваша идея, - зарычал он. - Не было бы вечеринки, не было бы и трупа!
- Вы хотите сказать, что мы так и не раскрыли бы преступление? спросил я. - И вы по-прежнему сидели бы у себя в кабинете, волнуясь, нервничая, дергаясь, беспокоясь, что газетчики пронюхают об этой истории?
- Я никогда не дергаюсь, - отрезал он. - По крайней мере, это не то, что вы думаете. А убийство Равеля вы должны были предотвратить!
- Шериф, откуда мне было знать, что она убьет его?
Я ведь не ясновидящий? - не подумав, ляпнул я.
Его лицо исказила зловещая ухмылка.
- Вот как, Уилер? - сказал он злорадно. - А я было уверился в обратном, когда ко мне зашла Аннабел справиться насчет того письма миссис Мэннерс!
- Что ж, - слабо оборонялся я, - в этом деле с Равелем ясновидение меня подвело.
- Но вы пересказали содержание письма слово в слово, - безжалостно продолжал Лейверс. - И даже не видя его! Вот это да! Как это у вас только получается?
- Это у него действительно здорово получилось, - с гордостью сказал Полник. - Насчет письма. Я сначала никак не мог понять...
- Полник, - быстро прервал его я. - Не надо рассказывать шерифу, по какой причине я на самом деле устроил вечеринку. Я бы хотел удержать в тайне от него вашу страсть к "Наполеону".
Я убийственно на него посмотрел, но сразу же понял, что беспокоиться мне не о чем. Упоминание о коньяке попало куда надо: он сразу заткнулся.
- Вы говорили, сержант... - с надеждой сказал Лейверс.
- Что, шериф? - невинно покосился на него Полник.
- Вы говорили, что сначала никак не могли понять...
Чего вы не могли понять?
- О, это, - встрепенулся Полник. - Я сначала никак не мог понять, зачем ему надо было устраивать вечеринку, как он только что сам об этом сказал.
Лейверс пробормотал что-то себе под нос, и Полник поморщился.
- Шериф, - Сказал я, - если я вам больше не нужен...
- Вы мне больше не нужны, Уилер, - сказал он важно. - Как всегда, мне приходится самому расхлебывать кашу, которую вы заварили. А что делать с остальными?
- Я не вижу причин задерживать их, сэр.
- А Лютера? Он ведь пытался убить Равеля прошлой ночью?
- Не думаю, что Равель предъявит ему обвинение, - заметил я. - А так как до Лютера дошло, что Харкнесс его не обманывал, то и с этой стороны нам нечего бояться.
- Прекрасно, - сказал шериф. - Уилер раздает свободу преступникам щедрой рукой, и весь мир рукоплещет!
Я вышел из комнаты, пока он не надумал чего-нибудь еще, и направился в гостиную.
Камилла сидела с закрытыми глазами, откинув голову на подушки кресла. Лютер и Харкнесс примостились бок о бок на кушетке и что-то горячо обсуждали.
Когда я вошел, все как один повернули ко мне головы.
- Что дальше, лейтенант? - быстро спросил Лютер.
По нему не было заметно, что он только что отлеживался после удара Полника.
- Все кончено, - сказал я. - Можете идти по домам.
- Что ж! - Харкнесс встал. - Рад слышать это. Я умираю от голода! Бен, - он повернулся к Лютеру, - почему бы нам не отужинать в моем отеле? Мы можем заново составить контракт.
- Чудесно, - прогудел Лютер. - У тебя светлая голова. Дон, мой мальчик! Это будет такой фильм!
Он обнял Харкнесса за плечи, и они медленно направились к выходу.
- А насчет процентов, - говорил Харкнесс, ритмично пережевывая очередную порцию жевательной резинки, - это ведь новый материал, Бен. Поэтому проценты...
Дверь за ними закрылась.
Камилла поднялась с кресла.
- Мне тоже пора, - сказала она.
- Но ты очень важный свидетель по этому делу, - напомнил я.
- Ты хочешь сказать, что я должна буду остаться здесь?
- Я хочу сказать, что не могу отпустить тебя домой без надежной охраны, - сказал я. - Это важное дело поручили мне.
- Поручили? - Ее губы расплылись в широкой улыбке. - Кого ты хочешь одурачить, Эл Крестьянин?
- Золушка! - сказал я с восхищением. - Ты читаешь во мне как в открытой книге!
Когда мы добрались до "Дневной мечты", было уже около полуночи.
Камилла исчезла в спальне, попросив меня смешать ей очередной "Поцелуй Дьявола". Я смешал коктейль, налил себе вики и уселся на кушетку, терпеливо ожидая, когда она выйдет.
Я продолжал думать о Джуди Мэннерс. В самом начале жизни ревность заставила ее избавиться от одной соперницы - и как жестоко судьба посмеялась над ней!
Может быть, именно тогда она решила, что если у нее будет мужчина, то она не потеряет его никогда, как потеряла Джонни Кея, который остался во Вьетнаме. Руди сам подписал смертный приговор и себе, и своей любовнице, когда начал изменять жене. Интересно, кто заберет тело Джуди из газовой камеры? Близких родственников у нее не было. Я на секунду закрыл глаза и вновь очутился в Окридже, на кладбище, а передо мной маячил темный силуэт старика на фоне заходящего солнца.
Старый Коулмен восемь лет ждал этого дня, и он не обманулся в своих ожиданиях.
В комнату впорхнула Камилла и немедленно схватила бокал с коктейлем. На ней было то самое свободное платье, на которое пожалели материала, компенсировав длину шириной. Она подошла к кушетке с бокалом в руках, ее платье раздувалось пузырем, и я совсем позабыл об убийстве и старом Коулмене.
Она легко скользнула мне на колени.
- Я рада, что все позади, - сказала она. - Руди стал для меня привычкой, а это так скучно!
- Но все же он платил ренту, - заметил я. - Что же ты будешь делать теперь?
- Об этом можешь не беспокоиться, - весело сказала она. - Об этом будут беспокоиться другие.
- Кто? - спросил я с любопытством.
- Разве ты не слышал, как Лютер с Харкнессом обсуждали свой новый контракт?
- Конечно, но при чем здесь ты?
- Я оказалась очень фотогеничной, - объяснила она спокойно. - И у них возникла прекрасная мысль - снять фильм о жизни и смерти Джуди Мэннерс. Придется, конечно, кое-что додумать, но фильм обещает быть чудесным!
- И что?
- А то, что у меня в этом фильме главная роль, - сказала она счастливым голосом. - Утром я встречаюсь с Харкнессом и подписываю контракт. Голливуд, вот и я!
- По крайней мере, это решает вопрос с рентой.
Она допила коктейль и небрежно бросила пустой бокал через плечо.
- Вот как, Эл Крестьянин! - сказала она, прислушиваясь к звону бьющегося стекла. - Вот как я сейчас себя чувствую!
- Золушка! - выдохнул я восхищенно. - Я чувствую себя точно так же! И мой бокал полетел в том же направлении.
- Тогда не выключай свет, - сказала она, прижавшись ко мне с такой силой, что я даже не успел сказать ей, что не имею ни малейшего желания выключать свет.
Так же как и она, я твердо надеялся, что тот маленький человечек с биноклем уже испарился.