Но Аня с первых дней стала соперничать с Дашей, ежеминутно доказывая Светлане Игнатьевне свое превосходство. Сначала женщина считала, что сиротка таким образом пытается завоевать ее любовь. И, чтоб успокоить девочку, была с ней подчеркнуто ласкова. Но потом с изумлением поняла: она требует не просто любви, а монополии в ней. Тогда добрая женщина решила поговорить с приемной дочерью и объяснить ей элементарные истины. Анечка выслушала все внимательно, а потом уточнила:
— А если бы ваша дочь была уродина?
— Но ведь она не уродина! — рассердилась Светлана Игнатьевна.
Как жестоко ругала она себя потом за эту неосторожную фразу. Через неделю с ее дочкой произошло несчастье. Даша зашла на кухню, чтоб вскипятить воды. Включила газ, чиркнула спичкой, и воздух взорвался огнем. У девочки вспыхнули волосы, брови, ресницы, обгорели лицо и руки. К счастью, Даша осталась жива. Специалисты установили, что на кухне скопилась критическая масса газа, который поступал из включенной, но не зажженной духовки. Кто включил ее? Осталось неизвестным. Зато известно, что Аня сидела в комнате, и это она попросила Дашу поставить чайник.
После трагедии семья переехала в другой город, оставив Аню в интернате. Но прошло два года, и в двери позвонили. На пороге стояла красивая юная девушка.
— Вы меня узнаете. Светлана Игнатьевна? — спросила она ангельским голоском.
Женщина напрягла память, и по спине побежали мурашки.
— Т-т-ты? — выдавила она изумленно.
— А что вы так удивляетесь? — улыбнулась Анечка. — Я же не умерла. И по-прежнему вас люблю.
И, выждав паузу, так же невинно спросила:
— А где эта, ваша… уродина?
Не зная, что сказать, хозяйка захлопнула дверь перед лицом незваной гостьи. А утром обратилась в милицию. Но что ей могли там ответить? Судя по характеристикам учителей, девочка умная, спокойная, рассудительная. «А что касается жутких обстоятельств, которые ее сопровождают, это всего лишь ваши домысли и догадки. Она продолжает вам звонить? Но это же вполне логично — девочка одинока, страдает. А вы — подруга ее матери».
Усовестившись доводами милиционера, Светлана Игнатьевна разрешила Ане придти к ним в гости. Дома был муж, человек общительный и веселый. Он много шутил, поддразнивал девчонок, рассказывал смешные эпизоды из своей морской практики, и неловкость в отношениях между женщинами рассеялась. В тот день всем было весело и хорошо.
Новая беда грянула неожиданно. Как-то капитан сообщил смущенно жене:
— Когда вас с Дашей нет, звонит Аня. Ну, поболтаем мы с ней минут десять, и я кладу трубку. А вчера она заявила, что любит меня и хотела бы стать моей женой. Я, конечно, обалдел. У меня есть жена, говорю. А она в ответ: «Пока… А вдруг она скоро умрет?» Знаешь, мне стало не по себе. Вспомнил твои рассказы, подумалось: а может, ты была права, говоря о ее наклонностях. Пока я здесь, ничего не случится. Но мне через месяц в рейс.
С тех пор злая судьба дважды наступала жене капитана на пятки. Однажды с крыши их девятиэтажки упал кирпич… Он разбился вдребезги в пяти шагах от Светланы Игнатьевны. Другой раз под половиком возле дверей взорвалась петарда. Половик разлетелся на части. Это было в полвосьмого утра, время, когда женщина выходила обычно на работу.
И тогда Светлана Игнатьевна решила заманить маленькую дьяволицу в ловушку. Она пригласила ее на чай и предложила похозяйничать на кухне. На полочке рядом с сахарницей была поставлена баночка с надписью «крысиный яд». И юная соперница не преминула ею воспользоваться, подсыпав хозяйке в чай «смертельного» порошка. Выпив чай с питьевой содой, женщина изобразила короткую агонию и упала на ковер. А за дальнейшим поведением гостьи наблюдал участковый милиционер, притаившийся в спальне. Первым делом Анечка бросилась к платяному шкафу и стала примерять наряды хозяйки, напевая: ну вот, теперь это скоро будет мое.
Прежде чем отправить юную отравительницу в колонию для несовершеннолетних, ее обследовали психиатры. Какой-либо патологии они не обнаружили, если не считать таковым крайний эгоцентризм. Что вырастет из этого подростка, нетрудно предположить. Не удивительно, что семья капитана на этот раз не просто поменяла город, а переехала жить в Россию.