— Мишка, моя удочка сгинула!
Его удочки точно не было на том месте, где он ее оставил. Рядом с берегом зашевелилась какая-то палка и медленно поплыла по реке, изредка останавливаясь, а затем продолжая свой непонятный путь.
— Мишка! — почему-то шепотом произнес Егорка, — так это же моя удочка!
Я сказал: «Ага!»
— Что же делать? — запричитал Егорка, снова начиная обувать туфли и одевать рубашку.
— Да что ты делаешь! — прокричал я ему сквозь рев грома. — Раздевайся и плыви за удочкой! Похоже, что у тебя клюнула большая рыба, если даже удочку утащила!
Егорка промычал "Угу!" и стал быстро раздеваться.
— Ну, — сказал он с энтузиазмом, — теперь она от меня не уйдет! — и бултыхнулся в речку.
А я с досады, что уже очень сильно промок, схватил вещи, чтобы забежать под дерево и оттуда наблюдать за Егоркиным заплывом. Но, взявшись за свою удочку, чтобы выбросить ее на берег, я вдруг почувствовал, что удочка стала какой-то уж очень тяжелой. Я сильнее потянул ее, она стала сгибаться дугой как охотничий лук и вдруг из воды показалась огромная рыбья голова!
От неожиданности я поскользнулся и чуть не сел в рядом находившуюся лужу. В следующую секунду рыба дернулась, удочка вырвалась из моих рук, скользнула по воде и поплыла! Ну точь- в-точь, как Егоркина!
На мгновение я оцепенел. Меня вывел из этого состояния громкий Егоркин крик:
— Ура, поймал! Я ее зацепил! Ура! Ура! Ура!
Я взглянул в его сторону и увидел, что Егорка, стоя по шею в воде, уцепился за удочку и тянет ее за собой к берегу. Голова друга то скрывалась под водой, когда он падал, то появлялась, но видно было, как постепенно он приближался к заветному берегу. Я закричал ему:
— Егорка, держи крепче! Я поплыл за своей удочкой!
И с этими словами я бросился в воду, успев стащить с себя только кроссовки, потому что рубашка намокла от дождя и прилипла к телу. Хорошо, что вода оказалась теплой и я быстро догнал удочку.
Теперь я уже знал повадки своей рыбы и ухватился за удочку так, как, наверное, орел хватает свою добычу. У меня даже руки побелели от напряжения, но я упрямо тащил удочку с рыбой в сторону берега. Мне оставалось сделать до него всего несколько шагов, как вдруг снова раздался Егоркин вопль:
— Мишка, спасай! Она сейчас взлетит!
Я взглянул на него и обмер: его удочка согнулась дугой и вот-вот треснет. Рыба вылезла из воды почти наполовину и трепыхалась. Я закричал:
— Егорка, наклони удочку и тащи ее по воде!
— Кого? Удочку тащить по воде или рыбу?
— Рыбу тащи плашмя по воде!
— А что такое плашмя?!
— Вот так! — и я провел ладонью по воде. — Чтобы она скользила по поверхности — понял?!
— Понял! — крикнул Егорка и стал пытаться выполнить мои указания.
А я снова сосредоточился на своей рыбе и уже было совсем близко подтянул ее к берегу, как вдруг она всплыла. Такого размера рыбы я никак не ожидал!
Из воды появилась сначала ее голова. Она походила размерами на футбольный мяч, в который мы с Егоркой каждый день играем с ребятами. Затем из воды показалось тело рыбы с крупной чешуей.
Из воды появилась сначала ее голова. Она походила размерами на футбольный мяч, в который мы с Егоркой каждый день играем с ребятами.
Она взмахнула огромным хвостом, ударила им по воде и снова нырнула. Я от неожиданности поскользнулся и погрузился в воду. Потом, почувствовав, как она меня тянет на глубину, я снова вскочил, шагнул к берегу, и мне стало легче.
Теперь я мог лучше упереться ногами, хотя от дождя уже и берег размок. Но я уперся в кочку и, сделав отчаянное усилие, затащил рыбину, а это был по виду, несомненно, сазан, в ту самую лужу на берегу. После этого я бросился грудью вперед и накрыл моего сазана прямо в луже.
Я чувствовал, как мне по груди колотит хвостом рыбина, извивается, пытаясь освободиться. Все это время в ушах моих стоял Егоркин крик о помощи. Ну как он не видит, что у меня ситуация еще похлеще, чем у него!
Наконец, я схватил свою рубашку, лежавшую рядом на берегу, и стал пытаться замотать в нее рыбу. Тогда я вспомнил, то, чему учил меня однажды старый рыбак: «Рыбу надо хватать за жабры, чтобы она не вырвалась. А если ее схватишь за туловище или хвост, как делают неопытные рыбаки, она обязательно выскользнет!».
Я тут же осуществил его совет. И, о чудо! Сазан перестал вообще сопротивляться, и я уже спокойно, хотя и с некоторым трудом, выволок его на берег.