Мгновение метис колебался. Он чувствовал себя хуже, чем если бы его уже обезоружили.
Нож мог еще помочь ему сохранить жизнь, но, увидев, что охотник не ведет себя враждебно по отношению к нему, он подал ему нож и отскочил в сторону.
Ему очень хотелось убежать, но его остановило спокойствие охотника. Дои Хосе и Нене вопросительно посмотрели друг на друга. Нене пожал плечами и шагнул к охотнику, а дон Хосе медленно направился к террасе, где висело его ружье.
Каран внимательно разглядывал нож.
— Почти такой же нож я однажды уже видел. Точно такая же голубая сталь, в двух пальцах от острия зазубрина — теперь она уже почти незаметна — и на рукоятке три канавки. Да, странно, что нашелся еще один нож, так похожий на тот. Ты никогда не работал лесорубом в Байя Негра? — спокойно спросил охотник, подавая ему нож.
— Нет! — выдавил из себя метис. — Я никогда не был на том берегу, среди индейцев.
— Зачем ты лжешь? — вмешался в разговор дом Хосе. — Ведь ты говорил, что хорошо знаешь Соленую пустыню, а та находится как раз на том берегу и тянется от самой Боливии до аргентинской границы.
Хоакин, почувствовав в руке нож, вызывающе посмотрел на него. Но охотник уже обратился к управляющему:
— Оставьте его в покое, дон Хосе, наверное, это другой нож. А вас, Хоакин, я прошу выбирать место для отдыха подальше от меня. Я забочусь о вас. Иногда я бываю взволнован, а ваш нож напоминает мне тот самый, который я когда-то держал в руке.
Метис облегченно вздохнул и отошел. Он не услышал, как Карай добавил:
— Парагвай достаточно велик, и в нем найдется место для двух человек, которые не очень-то хотят встречаться.
После ухода метиса Нене, которого заинтересовала история с ножом, заметил:
— В наших краях редко случается, чтобы нож перешел в другие руки. Это не совсем обычный случай.
— Я очень внимательно осмотрел нож, который сейчас у Хоакина и который видел в сотне миль к северу, где этот негодяй, по его словам, никогда не бывал. Но я не понимаю, как он оказался у него. Я бросил нож в реку, и странно, если он случайно нашел его.
— А где вы раньше видели этот нож? — полюбопытствовал Нене. — Вы об этом ничего не рассказывала.
— Я много чего не рассказываю, Нене.
— Так расскажите!
— Рассказывать тут нечего. Я в той драке не участвовал. Был праздник, танцевали, потом, как это часто бывает, кто-то кого-то ударил, но танцы продолжались. Но у меня очень хороший слух. Из темноты послышались стоны, а так как я очень любопытен, то пошел посмотреть. Какой-то человек лежал с ножом, воткнутым в спину. Голубой клинок ножа был всажен так глубоко, что я с трудом его вытащил. Прежде чем выбросить нож в реку, я внимательно его осмотрел. Я думал, что меня никто не видит. Удар был предательский, в спину, и преступника не нашли. Когда я поднял раненого, чтобы унести его, кто-то выстрелил в меня и убежал. После этого танцы прекратились, и на следующий день на работу вышло одним человеком меньше.
— А дальше? — полюбопытствовал управляющий.
— Парагваец через несколько недель выздоровел, а за поимку преступника объявили награду. Все, конечно, были огорчены, что он бежал, и даже пробовали обвинять в этом меня. Вам, дон Хосе, я ничего не говорил. Зачем я стал бы причинять вам неприятности и лишать вас хорошего работника? Боюсь, что теперь он опять убежит. Много он вам должен?
— Он бы очень хорошо сделал, если бы удрал отсюда поскорее. Я взял бы его долги на себя, — отвечал Нене. — Уже давно он кажется мне подозрительным.
— На долги его можно не обращать внимания, — сказал управляющий, — но мне кажется, что он и не думает бежать.
Охотник покачал головой:
— Тогда, пожалуй, не стоит увольнять его, если он хороший работник. А сейчас надо написать капитану парохода, чтобы он остановился здесь. Лучше, Нене, если вы поедете со мной взглянуть на корабль. Идите готовьте лодку, а я воспользуюсь челноком.
Охотник направился к своим вещам. Он достал бумагу и вечное перо и принялся что-то писать. Но раньше, чем он вложил письмо в конверт, гудок раздался совсем близко.
— Ну разве вы не колдун, — выкрикнул Нене. — Не успели написать несколько строчек, а Верки уже знает, что надо пристать к берегу. Как вы это делаете, Карай? Научите меня!
— Лучше идите готовить лодку! — оборвал его охотник и поспешил к берегу.
Пароход, показавшийся в извилине реки, тяжело пых тел, стуча по воде огромными колесами. Он мужествен но сражался с течением и все ближе подходил к калере. Надо было пробраться среди мелей и водоворотов, появившихся за ночь, и выбрать удобное место, для того чтобы бросить якорь.