Она подошла к стене и обессилено прижалась лбом к прохладной древесине.
-С той стороны стены, к которой ты так живописно прижалась, как раз комната г-д мушкетеров де Батц и де Силлек! - лукаво произнесла Джулия. Она широко раскрыла синие глаза. - Изабелла, ты, может быть, не знаешь, но граф де Силлек сейчас там и может слышать твои страстные слова!
Графиня охнула и сразу отошла от стены.
-Как с вами, людьми чести, все-таки тяжело! - беспечно вздохнула маркиза. Она по опыту знала, что лучший способ привести в чувство загрустившую подругу, это рассмешить ее. - Вы ни за что не признаетесь в обычных простых желаниях, такие все из себя сдержанные и деликатные! Почему бы графу де Силлек не признаться себе: "Меня чертовски интересует графиня дю Трамбле, и я хотел бы узнать ее поближе". Почему бы тебе не сообщить нам: "Я хотела бы быть рядом с вашим благородным другом, господа!" Так нет же, вы оба будете упрямо делать вид, что вам все это малозанятно, что вас интересуют высокие материи вроде политики давно почившего г-на де Анкра, а вот всякая там обычная любовь, конечно, не для вас! Конечно, разве может высокородный граф де Силлек влюбиться как мальчишка? Да ни за что! Разве может высоконравственная г-жа дю Трамбле сохнуть по мужчине!? Да никогда!
Изабелла грустно усмехнулась.
-Так что - де Арамисец? - спросила она с усилием. - Где вы были? Что он говорил тебе целых три часа? Чем он заинтересовал тебя так надолго?
-Сначала я поставлю в вазу его цветы! - вскочила Жули. - Они необыкновенные!
-Да, верно!
-3наешь, я понимаю все, что он мне говорит!
-Еще бы!
-Он рассказывал мне о своем Провансе!
-О!
-Он, оказывается, учился в Парижской духовной семинарии!
-А!
-Представляешь, ему было только семь лет, когда его отправили туда! И для такого крошки занятия там проходили с пяти утра до восьми вечера, с одним маленьким перерывом на обед! И так из года в год - молитва, занятия по богословию, молитва, семинар по истории, молитва, подготовка к урокам на следующий день! А в 12 лет он остался сиротой.
-Как же так?
-При осаде Арраса героически погибли его отец и брат. В Провансе через год скончалась матушка и умерла во время родов сестра. Ребенок ее родился мертвым. Муж сестры на следующий день был убит на дуэли.
-О, Жули! Боже мой!
-Он остался совсем один! Г-ну Анри некуда было деваться, и он целиком погрузился в учебу, как г-н Анри выразился: «Чтоб не сойти с ума и не начать проклинать Всевышнего». Он с отличием окончил семинарию и уже собирался стать аббатом, но решил поглядеть свет. Я бы умерла, если бы его план удался бы! Это ужасная судьба для женщины - любить священнослужителя! Это не только грешно, но и не выносимо для сердца!
-Теперь он, видимо, аббатом не станет никогда!
-Да, он тоже сказал мне это! - Жули улыбнулась. - А в семинарии была скучная зубрешка, наказания, отвратительная пища! И постоянные наставления о том, что не существует ни любви, ни дружбы! Двенадцатилетний мальчик так нуждается в любви, Изабелла, а ему говорят, что любовь - непростительная слабость!
-Как много всего ему выпало в жизни!
-А еще он прочел мне одну из своих проповедей!
-Должно быть, это чрезвычайно интересно?
-Да, очень! А как он их читает!
-Как бог, верно!?
-О, да! У него изумительно бархатный голос с такими чудесными пленительными нотками... О, я умираю от страсти, слушая его! У меня, знаешь, бегут мурашки по всему телу!
Изабелла искреннее развеселилась, глядя на счастливую подругу, ибо зависть была чужда ее сердцу.
-Ах, Жули, тебе очень повезло с ним! Де Арамисец - прекрасный человек и, похоже, безумно любит тебя.
-Ох, я не уверена! Если б только я могла бы знать это наверняка!
-Конечно, это так! - не принимая возражений, заявила Изабелла. - Со мной же у него не возникает желания гулять.
-А, знаешь, он к тебе прекрасно относится, как, впрочем, и все остальные.
-Хотелось бы, конечно, надеяться, что это было так!
Изабелла и Джулия, задув свечу, залезли в постель. Изабелла все слушала и слушала подругу, и, если порой ей и было грустно, она тактично таила свою боль в себе.