— Тогда почему она выглядит такой расстроенной, что его держат в плену?
— Леон не просто был её доверенным солдатом. До Ронана он был её любовником, — объяснил Неро.
Никс вылетела из камеры и стремительно пронеслась по коридору с воплями:
— Ронан! Покажись! Объясни это!
Ронан появился в коридоре прямо перед ней. Боги не терпели, когда их призывают или орут на них, но похоже, он не собирался наказывать Никс. Напротив, он выглядел виноватым, словно его поймали с поличным.
— Когда ты его поймал? — потребовала Никс.
— Я его не ловил. Дамиэль нашёл его и доставил его мне до того, как выдать себя нам.
Так вот почему на самом деле Ронан не наказал Дамиэля. Дамиэль доставил ему Первого Изменника Легиона, который причинил боль Никс, предал её и Легион. Включая Ронана, Лорда Легиона. Пленник был для Ронана ценнее, чем голова Дамиэля. Намного ценнее.
Надо отдать должное Дамиэлю; он сущий дьявол. Он не раскрыл себя с пустыми руками. Он пришёл с дарами. Должно быть, Дамиэлю нужно было что-то от Ронана. Иначе он продолжил бы скрываться. Но чего он хотел от Ронана? Он считал, что может использовать Ронана, чтобы найти Стражей и Каденс?
Какими бы ни были мотивы Дамиэля, выдав себя, он также напомнил Ронану, насколько он полезен, насколько хорош в выслеживании, насколько изобретателен. Все это время Дамиэль отвечал перед Ронаном, а не перед Никс. Ни Ронан, ни Дамиэль не сказали Никс о поимке Леона.
Выражение лица Никс говорило о том, что она тоже только что догадалась. Она поняла, что Дамиэль на самом деле не подчинялся ей; он был ангелом Ронана. Лицо Никс выражало равную смесь боли и адской взбешённости.
— Мы договорились, что не будет никаких секретов, Ронан, — прорычала она.
— Это было необходимо, — ответил бог. — Леон многое знает. А твои чувства к нему усложнили бы дело, если бы ты знала, что он здесь.
— Он предал в первую очередь меня. У меня больше нет к нему чувств.
— Мы оба знаем, что это не так, Никс. Ты наполовину человек. Ты годами жила как человек. Ты не можешь не обладать эмпатией.
— А ещё я полубог, — её голос шипел от ярости. — И я жила с богами дольше, чем с людьми.
— Ты слишком хорошо обучила Леона, Никс. Слишком хорошо. Раскрыть его секреты будет непросто.
— И ты посчитал, что я не гожусь для такого задания? Что я дрогну?
Он нахмурился.
— Напротив. Я знал, что ты к этому готова. Я знал, что ты сделаешь что угодно для защиты нас, Легиона и Земли. Я также знал, что это «что угодно» причинит тебе боль. Потому что он всё ещё тебе небезразличен, Никс. Я скрыл его от тебя не потому, что думал, будто ты не годишься для такого задания. Я скрыл его от тебя потому, что хотел избавить тебя от боли — чтобы ты не вредила тому, кто тебе дорог.
Никс наградила его сердитым взглядом, и стены затряслись.
— Ты должен был предоставить мне выбор.
Я видела, как Ронан смотрел на Никс — словно он сделал бы что угодно, лишь бы защитить её, лишь бы она была счастлива — телом, разумом и душой. Он безгранично предан ей. И я это понимала. Я понимала, что он хотел избавить Никс от боли и необходимости пытать Леона, к которому она всё ещё испытывала чувства, вопреки его предательству. Он прав; она причинила бы Леону боль, потому что посчитала бы это своим долгом. Она закупорила бы свои чувства, чтобы сделать то, что считала правильным. Но это не означало, что тех чувств вовсе не существовало.
Я также понимала Никс, потому что бывала прежде в её шкуре. Будучи богом — и будучи сродни ангелам — Ронан всегда думал, что знает, как будет лучше для всех. Он защитил Никс, не спрашивая, хочет ли она вообще, чтобы её защищали. Он просто решил за неё, не оставив ей выбора. На месте Никс я бы тоже злилась на Ронана, и в то же время растрогалась бы. Быть в отношениях с ангелом или богом означало разрываться от противоречивых эмоций. Счастье и печаль. Благодарность и ярость. Я много раз ощущала такие эмоции из-за Неро.
Ронан потянулся к ней.
— Никс…
— Нет, Ронан, — она перебила его. — Не сейчас. Я просто… не могу. Я не могу сейчас с тобой говорить, — затем она унеслась прочь, на ходу растворившись в воздухе и продемонстрировав очередную силу богов, которой она обладала.
Стены затряслись, и в этот раз уже не от гнева Никс. Ронан сотворил перед собой магическое окно. Оно показывало вид на замок — предположительно тот, внутри которого мы сейчас находились. Нас окружила армия тёмных ангелов и Тёмных Сил.
Две женщины-демоницы выступили перед армией, закованные в золотую броню. Каждая держала в руке гигантский магический меч. Одной из этих демониц была Соня, богиня Тёмных Сил. Другая выглядела очень похожей на Соню, вот только её волосы были светлыми, а не тёмными.