Выбрать главу

— Кому как! — возмутилась я, но боевой пыл быстро иссяк, и я жалобно попросила: — Ладимир, ну отпусти меня, пожалуйста.

Он только усмехнулся и вместо ответа поцеловал меня в щёку. Ох, не надо было ему этого делать! Потому что я всерьёз перепугалась. Да что они все здесь какие-то озабоченные!

— Ладимир, прекрати, — потребовала я, тщетно пытаясь выбраться и окончательно перепугавшись. Ещё чуть-чуть, и я бы разревелась от безысходности ситуации, но Ладимир вдруг отпустил меня.

— Слава… — он недоумённо заглянул мне в глаза и воскликнул: — О, Господи! Да ты совсем перепугана! Ну знаешь ли… Я, конечно, жутко коварный, злобный и страшный, — я чуть улыбнулась: уж больно он не подходил под это красочное описание, а он виновато посмотрел на меня: — Но тебя-то я бы никогда не обидел… Слава, нет! Только не плачь!

— Я не плачу, — буркнула я, яростно вытирая глаза — они у меня явно на мокром месте. — Просто я не ожидала, что ты так себя со мной поведёшь! Ты что вообще вытворяешь?!

— Я и сам не знаю, что на меня нашло! — попытался оправдаться Ладимир. — Ты так смирно терпела гнусные домогательства моей сестры, я надеялся, что и мне непристойное поведение сойдёт с рук, — Ладимир осторожно улыбнулся, я не могла не улыбнуться в ответ, он облегчённо вздохнул и спросил: — Ну что, ты меня прощаешь? Это некрасиво с моей стороны, но я хотел убедиться, что ты действительно любишь моего брата. Заметил, что Алила не добилась успеха, хотя девушки из благородных обычно не против таких развлечений, и решил проверить, гхм… на себе…

— Ого! — обалдела я. — Ничего себе! Какие у тебя методы!

Я чуть было не рявкнула "НКВД отдыхает!", но вовремя прикусила язык. И посмотрела на Ладимира. Смущаешься, зараза?! Так тебе и надо!

Ладимир не приминул воспользоваться моей заминкой:

— Просто уж очень у тебя забавный вид был, вот я и увлёкся… Ладно, такие шуточки оставим моей сестре и Сеги. Простишь меня? — и, когда я кивнула: — Но, если ты хочешь остаться с Адреем, тебе, может, и не стоит избегать общества Алилы…

— Не поняла, — снова обалдела я.

— Ты умеешь обходить запрет? — поставил вопрос ребром Ладимир.

— Нет, — со вздохом ответила я.

— Алила научит, — сказал он, как будто речь шла о рецепте пирожков. Я прокашлялась: уже начала подозревать, КАК они обходят этот запрет, и мне стало нехорошо. Да уж, Алила не откажется! Нет, она, конечно, могла бы, в принципе, преподать теорию, но ведь я её знаю, она сразу перейдёт к практике!

— Да когда же вы наконец поймёте, что я люблю Адрея! — не выдержала я. — И вообще, я от смущения сдохну на месте. Я не то что запрет не обходила, у меня ещё ник… кккх-кх, — я вовремя сообразила, что не стоит сообщать Ладимиру главный секрет моей отсутствующей личной жизни, но он сам догадался:

— Вот в чём дело! Это всё меняет, — он улыбнулся, приобнял меня за плечи и повёл обратно к столу. — Но вообще-то я пошутил, уж больно забавно ты краснеешь!

— Не нравятся мне такие шуточки! — буркнула я.

Лад усмехнулся, усадил меня в своё кресло, а сам облокотился о стол:

— А теперь закрой, пожалуйста, глаза.

— Зачем? — подозрительно спросила я.

— Всего-навсего хочу посмотреть, чем могу помочь тебе со зрением.

— А, — прореагировала я и покорно закрыла глаза.

— Скажи, а как твои родители относятся к проклятым родам?

Вопрос застал меня врасплох, но я уже привычно выкрутилась.

— Андрей им понравился, особенно маме.

— Да, у твоей матери действительно лицо хорошей женщины, способной достойно вырастить четверых детей и не страдающей предрассудками, — заметил Ладимир. — Кстати, портрета твоего отца я не видел…

— А я папу и не рисовала, — честно ответила я. — Он такой усталый приходит домой, что приставать к нему с "Пап, посиди не двигаясь, с часок, я тебя нарисую!" мне совесть не позволяет.

— Я правильно понял, ваша семья не из аристократии? Андрей не назвал вашу фамилию…

Мне нехорошо…

— Да, мы не очень… эээ… не из особ, приближённых, гм… к власть имущим…

Да, мы сами — эти власть имущие! Правда, пока только в теории… но как же я не люблю врать и выкручиваться!

Я почувствовала холод на глазах и ойкнула.

— Не бойся, я почти закончил. Не понимаю, почему тебе этого не сделали раньше, работа пустяковая. Ну вот, можешь открыть глаза.

Я послушалась, и невольно отклонилась назад и захлопала глазами — мир вокруг был таким ярким и чётким!

— Что, при ближайшем рассмотрении я оказался ещё страшней? — не так понял моё движение Ладимир. Я перевела глаза на него. Да, он спокойно может проверять девушек "на себе", и мало кто выдержит проверку!

— Скорее наоборот, — честно призналась я и запоздало сообразила, что не стоило этого делать. Я быстро отвела от него взгляд, пробежалась глазами по комнате, привыкая к новым ощущениям, снова перевела их на Ладимира, и сказала, постаравшись вложить в свой голос всю признательность, на которую была способна: — Спасибо!

Ладимир улыбнулся.

— Кстати, не хочешь посмотреть на кое-кого другого? Прежде чем вы с Алилой пришли, я говорил с ним, он чувствует себя полным идиотом и готов извиняться.

— Ты говорил с ним? Где он? Он вернулся? Почему ты мне не сказал! — затараторила я, вскакивая.

— Он как раз стоит внизу, стряхивает снег — на улице метёт…

Последние слова я услышала уже в дверях, и бросилась дальше по коридору, вниз по лестнице, бегом через зал, и снова по коридору, и — вот он! С воплем радости я бросилась Андрею на шею и заключила в объятья. И вдруг поняла — если он сейчас меня обнимет, значит, любит, и весь Совет магов и любые проклятья и запреты нам нипочём! А через секунду я почувствовала, как его руки сомкнулись вокруг меня, и тогда я просто блаженно уткнулась носом ему в шею и улыбнулась.

   Глава шестая. Вы всё ещё не умеете их готовить? Тогда мы идём к вам!

Я бы долго так стояла, но Андрей меня мягко отстранил, и я обрела дар речи:

— Адрей! Я так волновалась за тебя!

— Прости, милая, — он погладил меня по волосам, задержал руку на щеке, виновато на меня глядя. — Прости, солнышко моё, я тебе глупостей наговорил. Я тебя люблю больше всего на свете, и всё у нас будет хорошо.

Я лукаво улыбнулась и заявила:

— Хочу поцелуй в залог нашего светлого будущего!

Он почёму-то глянул мне за спину и спросил:

— Прямо сейчас? Ты уверена?

— Ещё как уверена! — возмутилась я. — Я уже добрых три часа как уверена!

Адрей засмеялся, но тут же посерьёзнел, наклонился ко мне и поцеловал. О, какое это было блаженство! Когда он наконец оторвался от моих губ, я довольно улыбнулась и заключила:

— Жизнь прекрасна!

Сзади раздался дружный смех, я обернулась, увидела семью Адрея в полном составе и с улыбками на лицах, смутилась и уткнулась лицом в его плечо, почувствовав, как он меня обнимает.

— Вот это настоящая любовь! — весело объявила Алила. — Честно признаюсь, братишка, я все эти три часа старательно пыталась её совратить, и хоть бы хны! Она осталась тебе верна!

— А я и не сомневался, — так же весело ответил Адрей, нежно на меня глядя. — Потому что она у меня самая замечательная девушка на свете!

Тут он снова поцеловал меня, на этот раз короче, и сказал весьма фальшиво-сожалеющим тоном:

— А теперь позвольте вас покинуть на некоторое время…

— Покидайте! — милостиво разрешила Алила, на этот раз, к счастью, в платье. — Только особо не увлекайтесь — после тебя моя очередь — меня ждёт портрет!

— Адрей, пошли! — быстро потянула я его в обход Алилы. Он только засмеялся засмеялся и поспешил за мной.

Мы всё-таки увлеклись, да и как было не увлечься, если это было так приятно! В общем, мы долго блаженствовали, и только нацеловавшись и наградив друг друга кучей ласковых прозвищ и заверений в любви, мы перешли к более насущным проблемам — а именно, что делать дальше.

Я рассказала Адрею о своих мучениях в его отсутствие, и он заметил:

— Похоже, Лад о чём-то догадывается.

— А, э… его весёленький метод проверки меня на верность?..