— Вы готовы? — Голос за дверью вывел Долли из задумчивости.
Она взглянула на себя в зеркало и вышла в гостиную. Ральф и не подумал переодеваться — все те же джинсы и неизменная шляпа.
— У вас нет другой одежды? — скептически спросила Долли.
— Зато у вас ее более чем достаточно, — сердито ответил он. — Надеюсь, собака останется в номере?
— Тори, малышка. — Она сделала вид, что не расслышала его слов. — Ты не будешь грустить в одиночестве? Я принесу тебе что-нибудь вкусное.
Ральф безнадежно покачал головой. Этот клубок шерсти уже успел закапать слюной его ботинки и изжевать шнурки, пока он брился. Но, похоже, придется смириться: не устраивать же скандал из-за собаки. Хотя больше всего ему хотелось запереть «малышку» в шкаф, а ключ выбросить в окно.
В ресторане было почти пусто: несколько человек сидели за столиками и негромко переговаривались. Официант со скучающим видом перетирал и без того блестящие бокалы, напевая еле слышно какой-то печальный мотив.
— Заказать вам… тебе, дорогая, что-нибудь выпить? — спросил Ральф. — Кофе, сок?
— Дайкири со льдом, двойную порцию.
— Не слишком ли рано для алкоголя? — Не дождавшись ответа, он пожал плечами и направился к стойке, находившейся в другом зале.
Бармен меланхолично кивнул в ответ на просьбу и принялся неторопливо смешивать коктейль. Ральф присел на высокий табурет и оглянулся: стены, задрапированные темно-синим бархатом, несколько круглых столиков, картины в нишах. Уютное местечко, приятно, наверное, проводить здесь время за ленивой беседой, попивая маленькими глотками вино и вдыхая аромат дорогих сигар. Насколько же все-таки мир богатых людей отличается от обычного, даже в мелочах.
А Долли, похоже, чувствует себя здесь нормально, эта обстановка хорошо ей знакома и не вызывает ощущения неловкости и собственной неуместности. Ральф покосился на бармена: тот ответил равнодушной улыбкой и поставил перед ним заказанное пиво в высоком запотевшем бокале. Внезапно выражение его лица изменилось, и Ральф, обернувшись, едва не поперхнулся от изумления.
В бар вошла невысокая девушка в платье, едва прикрывавшем ее стройное оливково-смуглое тело. К груди она прижимала, большой сверток. Ральф сразу узнал ее. Стелла Фокс зарабатывала на жизнь, торгуя собой, и не раз попадала в участок. Но что она делает здесь?
Он быстро подошел к ней, опасаясь, что она выдаст его.
— Как ты сюда попала? — шепотом спросил он, увлекая девушку за собой к самому дальнему столику. — Ты же обещала, что больше не будешь этим заниматься!
— Мистер Вильямс! — Стелла говорила быстро и сбивчиво, проглатывая окончания слов. — Джек опять избил меня! Требует, чтобы я отдала ему ребенка!
— Ничего не понимаю. — Ральф взглянул на сверток, из которого донеслись жалобные всхлипывания. — Это твой ребенок?
— Да, я хотела уехать из Сан-Франциско, попробовать начать новую жизнь. Но Джек не отпускает меня и грозит убить, если не буду работать. Я подумала… — Она замолчала и опустила глаза. — Вы такой добрый, помогите мне! Я не знаю, что делать, я боюсь!
Джек Флэш был сутенером, и Ральф давно пытался посадить его за решетку, но как только дело доходило до опроса свидетелей, все женщины, работавшие на него, отказывались произнести хотя бы слово, несмотря на то, что Джек жестоко избивал их и отнимал почти все деньги.
— Откуда ты узнала, где меня найти?
— Я пошла в полицию и спросила вас. Какой-то мужчина, темноволосый, в очках, сказал, что вы здесь.
— Сказал просто так или за обещание поужинать с ним? — Ральф догадался, что речь идет о Дональде. — Ладно, не важно. Но чем я могу помочь? Если хочешь, я дам тебе ключи от своей квартиры, поживи там, а потом я что-нибудь придумаю. У тебя есть деньги?
— Да, мистер Вильямс, я скопила три тысячи. — Стелла вдруг разрыдалась, прижимая ребенка к себе. — Я ведь даже нашла недорогую комнату и устроилась на курсы медсестер. Я так хочу жить по-другому! Но Джек выследил меня…
В это мгновение в бар, затравленно оглядываясь по сторонам, вошел невысокий плотный мужчина в расстегнутой на груди рубашке и измятых брюках. Увидев его, Стелла приглушенно вскрикнула и спряталась за спину Ральфа.
— А, вот ты где, мерзавка! — Лицо мужчины исказилось от ненависти, глаза сузились. — Думала, сбежишь от меня? Иди сюда!
— Эй вы, полегче! — Бармен, настороженно прислушивавшийся к его словам, потянулся к телефону. — Убирайтесь отсюда, иначе попадете в полицию.