Я посидел на террасе за белым пластмассовым столиком, попивая кофе. Небо было синее и краски вокруг сочные. Не то, что на портретах обитающих вокруг мазил. Однако, нужно было форсировать поиски Козираги. Появление на горизонте Мюнхаузена не сделало меня счастливее.
Я вновь принялся бродить вдоль рядов, но если и достиг какого-то положительного результата, то только в том, что не обнаружил нигде портрета Абу Бабу. Пришлось пойти на крайние меры. Я извлек из кармана разговорник и тараном двинулся на мазил.
- Russe peintre3... - твердил я, для солидности добавляя: - Интерпол. Je cherche russe peintre4... Интерпол.
Мазилы всполошились, беспокойно завертели головами. Те, кто ходил с планшетами, разбежались в разные стороны.
Наконец, меня взял за плечо пожилой мужчина с длинной черной бородой. Отвел в сторону.
- Если ваш приятель и был здесь, то местная братия его уже давно отшила, - проговорил он на чистом русском. - Они это умеют.
- Но где же тогда его искать? - в отчаянии пролепетал я. Мне точно известно, что он в Париже.
- Ну, не знаю, не знаю... Где-нибудь в более спокойном месте, и не таком денежном.
Дойдя по бульвару Сен-Жермен до Сен-Жермен-де-Прэ, я остановился. Бесцельное гулянье по Парижу начинало действовать мне на нервы. В третий раз набрал номер Изабель Демонжо1 своей единственной парижской знакомой, - но подключился вновь автоответчик. Он что-то ласково и нежно ворковал по-французски. Я бросил трубку.
Итак, Мюнхаузен в Париже. Я старался избегать мыслей о том, каким образом это произошло. Потому что вывод напрашивался один: он снова - и достаточно эффективно - сел мне на хвост. Увидев, как я уезжаю на парижском поезде, дал денег и номер своего радиотелефона проводнику, а сам вылетел самолетом. Впрочем, он мог подкупить и Черемухина. Ведь Голдблюм так торопился залучить того в свои объятия, что мы мчались на роллс-ройсе ни от кого не хоронясь. Скорее всего так и было, поскольку Мюнхаузен оказался на Монмартре даже раньше меня.
Учитывая обстоятельство, что Абу Бабу также удалось выколотить из Черемухина нужную информацию, можно было предположить, что и он не замедлит сюда явиться. Да, собирается хорошая "компаньеро".
Я возвратился в гостиницу, чтобы проиграть ситуацию с фантомами.
- Сейчас главная задача: наметить принципиальную схему поисков Козираги, - пыхтя трубкой, проговорил Тролль. Конечно, в Париже найдется много мест, где художники пытаются заработать себе на пропитание, но придется обойти их все.
- А если он вообще не добрался до Парижа, - возразил я. У него всего-то было восемнадцать немецких марок, на такие деньги не разбежишься.
- Тогда, где он? - покачал головой Тролль. - В Берлине-то его нет.
- Тоже не факт. Да, он не вернулся к Черемухину, но это еще не означает, что он исчез из Берлина. Он мог просто создать видимость, чтобы Шидловский и К? оставили его в покое.
- Черемухин ведь говорил, что в Берлине ему больше негде остановиться.
- В Париже ему тоже негде остановиться.
- Однако, где-то же он есть, - вступила в разговор Малышка.
- Согласен, - я чмокнул ее в щечку.
На сей раз она пахла морем и Багамскими островами.
Тролль недовольно поморщился.
- И, коль скоро, мы уже здесь, имеет смысл попытаться начать поиски в Париже, - продолжала Малышка.
- Согласен. - Еще один поцелуй в щеку.
- А я, между прочим, с этого и начинал, - обиженно произнес Тролль. - Нужно обойти все места, где художники предлагают свои услуги туристам.
- Есть и альтернативная возможность, - возразила Малышка. - Мне кажется, что проще обойти места, где, предположительно, он бы мог остановиться на ночь.
- Но это - весь Париж, - развел руками Троль.
- Не совсем. К примеру, в "Савое" его искать не стоит. Можно оставить в покое и другие гостиницы любого ранга, поскольку больше или меньше, но платить нужно везде. А ему и без того требуется собрать довольно-таки круглую сумму.
- А где можно ночевать бесплатно? - поинтересовался Тролль. - В мусорном баке? Может Мише стоит устроиться на работу клошаром, и по ночам перебирать отбросы в поисках нашего гения?
- Помнится, Черемухин говорил, что Козираги захватил с собой спальный мешок...
- Да, говорил, - подтвердил я.
- Ну, вот... Если не выбираться каждый день из Парижа, а на это ведь тоже нужны деньги, он может ночевать лишь в одном из парков, там его и стоит искать.
- М-м-м... - звучало это не совсем убедительно. - А что ты скажешь по поводу набережных?
- Набережные здесь не такие уютные. К тому же по ночам возле воды прохладно.
- Миша, не слушай ее, - воскликнул Тролль.
- Нет, почему же... - Я задумчиво потер рукой подбородок. - Между прочим, можно попытаться объединить ваши предложения. Ведь в парках, по крайней мере в некоторых из них, художники тоже предлагают свои услуги.
- Но есть и более интересные места, - возразил Тролль.
- Да, к примеру, Монмартр. Подобные точки местные мазилы держат плотно в своих руках. И хорошо, если Мюнхаузен еще до этого не додумался.
- А Абу Бабу до этого вообще никогда не додумается.
- Не нужно недооценивать Абу Бабу.
- Ну, да, - ехидно заметил Тролль, - он ведь учился в университете имени Патриса Лумумбы...
Поздно вечером я попытался еще раз дозвониться до Изабель. Все тот же результат. Тогда я, наконец, догадался оставить для нее сообщение. Дождавшись, когда автоответчик проворкует свой текст, я рассказал, что нахожусь сейчас в Париже и сообщил свои координаты. Рано утром в моем номере зазвонил телефон.
- Алло, Миша?
Голос принадлежал ей.
- Ты где пропадаешь? - спросонья прокричал я.
- Я сейчас в Тулоне, никак не могу отсюда вырваться.
- И сколько ты там еще намереваешься пробыть?
- Один Б-г знает. Чем я могу тебе помочь?
Я вкратце описал ситуацию. Сказал, что должен разыскать русского художника, обитающего где-то в Париже.
- Да, нелегкая задачка... - Она помолчала. - Деньги тебе зря не платят.
- Именно, - согласился я.
- Попробуй посетить... - она назвала несколько наиболее вероятных мест, и я зафиксировал их на листе бумаги с фирменным штампом "Сент-Шарль".