- То есть?
- А индульгенции? - Рассмеялся Говард. - Продажа ничем не обеспеченных бумажек!
- Действительно, - с удивлением согласился Мартин.
- Финансы - кровь огромного мирового организма и мы хотим, чтобы она текла к нам. А для этого надо, чтобы, других частей было меньше, или они меньше потребляли финансов.
- Достаточно цинично, лорд-казначей, граф, Томас Говард, вам не кажется?
- Конечно кажется, уважаемый Мартин. Но ещё мне кажется, что вы умный человек, и всё поймёте правильно. Жизнь вообще - циничная штука, а уж добывание денег... Кто успел, тот и съел.
- Ну хорошо. Вы хотите сказать, что лорд-казначею могу быть интересен я, профессор теологии и философии?
- Вы, уважаемый профессор, мне интересны, потому что не побоялись выступить против Ватикана, этого монстра, растянувшего свои щупальца и пытающегося опутать ими весь наш шарик. И смогли организовать народные массы на вооружённое столкновение с регулярными войсками.
- Ой! Да какие они там регулярные?! Император завяз в конфликтах с Османами. В городах в основном ополченцы, да небольшие отряды феодалов.
- Мне импонирует ваша скромность, Мартин. И вы можете гордиться. Всё, что вы предложили - Папа утвердил.
- Я то хотел не этого, а отрыва от Римской Церкви, а он, хитрый бес... Как он смог перевести библию? На пять наречий! Да так точно к оригиналу! И напечатать!
- Если я правильно вас понимаю, вы готовы продолжить борьбу с Ватиканом?
- Естественно! - Воскликнул Мартин. - Но как?
- Об этом мы подумаем с вами вместе. А пока... Давайте продолжим трапезу.
Глава двадцать четвёртая. Январь 1503 год.
Папа Борха на вилле Алехандро Санчеса отдыхал душой и трудился телом.
Ни в какие "палестины" он не поплыл. Когда его галера вышла в море, возле Сицилии её встретил, давно ожидающий её четырёхмачтовый парусник с элегантными обводами.
По взятому на себя обету, во время паломничества, Папа Борха, должен был молчать и находиться с прикрытым капюшоном лицом. Сейчас от монахов сопровождавших его в паломничество, он отличался лишь цветом плаща.
Борха, поменявшись с одним из монахов плащами, прикрывшись капюшоном, вышел на палубу галеры, и перешёл на палубу парусника. Без какого-то ни было сопровождения. Подмену экипаж галеры не заметил.
Прибыв в Лиссабон, Борха инкогнито, в сопровождении монахов иезуитов, перебрался на виллу Алехандро. Сам Алехандро жил в новой вилле, стоявшей недалеко от первой. Первая вилла превратилась в испытательный полигон для его придумок и механизмов, имела небольшой пороховой погреб и стала для семьи не вполне безопасна.
На выдержанного и мало-эмоционального Борха вилла произвела впечатление взорвавшегося пушечного заряда. Борха днями расхаживал ошарашенный по вилле и удивлялся моделям кораблей, механизмов и диковинным вещицам. Пересмотреть всё за раз было не возможно, и вот уже четыре месяца Борха жил среди механических чудес.
В вилле были часы с маятником и лифт на второй этаж, поднимающийся силой противовесной кабины, в которой опускались двое слуг.
Борха был в восторге от деревообрабатывающих станков, лично попробовав поработать на токарном. Потом принял участие в строительстве модели летательного аппарата, движущегося в воздухе с помощью пропеллера, вращающегося от скрученной резины. Пилил, строгал, клеил и в конце концов, был поражён эффектом полёта резиномоторного самолёта, сделанного его руками.
- Послушайте, Алехандро... Я понимаю, что большие корабли таким, как вы говорите, движителем, не сдвинуть, но если придумать другой движитель?
- Нужна большая сила, Родриго. Я думаю использовать силу воды, кипящей в котле. Вы не задумывались, что будет если очень плотно закрыть котёл?
- Нет, Алехандро, не задумывался, - вздохнул Папа.
- Я вам сейчас покажу.
Алехандро подошёл к столу на котором стояли стеклянные колбы и другие сосуды, зажёг спиртовку и пододвинул её под закреплённую на вертикальной штанге колбу с водой. Прикрыв её плотно пробкой, он сказал:
- Смотрите, что сейчас будет.
Вода в колбе быстро закипела и через мгновение пробка вылетела с характерным звуком.
Борха вздрогнул от звука и неожиданности, посмотрел на Алехандро и сказал:
- Тут есть над чем подумать, Алехандро.
- Мне рассказывают моряки, пришедшие из Нового Света, что у тамошних... жителей есть корабли, двигающиеся без парусов. И большие корабли, сир. Значит такие движители возможны и они существуют.
В "семьдесят один" Борха соответствовал своим годам. Огонь, как говориться, уже угасал, но дым ещё шёл. Однако статус "инкогнито" и монашеская ряса не позволяли Борха вести разгульную жизнь, поэтому он увлёкся моделированием.
Труд в мастерских и на приусадебном участке, ежедневные плавательные упражнения в бассейне и качественная еда, доставляемая из ресторана Хуана Гонсалеса, приободрили Папу Борха.
Тесть Алехандро, узнав, что на вилле зятя появились какие-то монахи, лично приехал на верфь и поинтересовался о них.
- Ватикан прислал монахов ордена Иисуса разобраться в моих игрушках. Говорят, хотят открыть в университете инженерную кафедру.