Выбрать главу

— Будет немного прохладно, — говорит Доктор, нанося на живот гель.

Он начинает водить устройством, наблюдая за экраном, и маленькая комната мгновенно наполняется слабым искаженным потрескиванием и шуршанием. Он хмыкает и издает странные звуки, свободной рукой щелкая кнопками и сильно вдавливая серую штуковину в живот. Это не больно. Ничего не больно, потому что я все еще ничего не чувствую. А затем его рука замирает, и кнопки на огромном аппарате больше не издают звуков. Я украдкой бросаю взгляд на доктора, обнаруживая, что он пристально смотрит на экран. В конце концов, он переводит взгляд на меня.

— Все в порядке, Ава.

— Прошу прощения? — шепчу я. От шока мое умирающее сердце внезапно пробуждается и взлетает к горлу, готовясь задушить.

— Все в порядке. Небольшое кровотечение на ранних сроках беременности может быть совершенно нормальным, но, учитывая обстоятельства, следует соблюдать осторожность.

Чувствую, как Джесси сжимает мою руку, стискивая все сильнее, пока я слегка не шиплю от боли. Он тут же ослабляет хватку и медленно поднимает голову, встречаясь со мной глазами. Его зеленые глаза расширены от шока, а щеки мокрые от слез. Слегка качаю головой, словно вырвалась из всего того ужаса, что принес сегодняшний день. Должно быть, мне это сниться. Мы смотрим друг на друга, ни один из нас не знает, как справиться с этой новостью. Джесси собирается заговорить, но ничего не произносит. Я тоже хочу что-нибудь сказать, но слова не выходят.

Джесси встает, снова садится, а затем снова встает, отпуская мою руку.

— Ава все еще беременна? Она... она... там… мы...

Доктор слегка смеется.

— Да, Ава все еще беременна, мистер Уорд. Присаживайтесь, я вам покажу.

Джесси на мгновение переводит ошеломленный взгляд на меня, затем направляет его на монитор аппарата.

— Я постою, если вы не возражаете. Мне нужно чувствовать свои ноги. — Он слегка наклоняется над кроватью, прищуриваясь. — Я ничего не вижу.

С трудом, но я отрываю взгляд от своего ошеломленного мужа и сама смотрю на экран, но все, что я вижу, — это черно-белая зернистая мешанина. Доктор указывает на экран.

— Вот, смотрите. Два идеальных сердцебиения.

Я хмурюсь. Два сердцебиения?

Джесси отшатывается и почти рассержено смотрит на доктора.

— У моего ребенка два сердца?

Доктор смеется и смотрит на нас веселыми глазами.

— Нет, мистер Уорд. У каждого из ваших детей по одному сердцу, и оба бьются просто отлично.

Джесси открывает рот и начинает пятиться назад, пока не упирается ногами в стул, и не падает, с громким шлепком приземляясь на задницу.

— Простите, повторите еще раз, — бормочет он.

Доктор усмехается. Он находит это забавным? Я нет. Я перешла от ожидания рождения одного ребенка к его потере, а теперь к рождению двух детей? По крайней мере, думаю, он имел в виду именно это. Мужчина в белом халате полностью поворачивается к Джесси.

— Мистер Уорд. Позвольте изложить это на простом английском, если это поможет.

— Пожалуйста, — шепчет Джесси.

— Ваша жена ждет двойню.

— Ох, черт. — Он с трудом сглатывает. Смотрит на меня, но если ожидает каких-то слов, выражения или чего-то еще, то напрасно. Я все еще в оцепенении и в настоящем шоке. Двойня?

— Я бы сказал, срок около шести недель.

Да, я ошеломлена, но чертовски хорошо знаю, что это невозможно. Пять недель назад у меня были месячные. Невозможно, чтобы у меня была задержка больше четырех недель.

— Мне очень жаль, но этого не может быть. У меня были месячные, а до этого я принимала таблетки. — Ему не нужно знать, что я пропустила пару приемов. Сейчас это не имеет значения.

— У вас были месячные? — уточняет доктор.

— Да!

— В этом нет ничего необычного, — небрежно бросает он. — Позвольте мне сделать некоторые тесты.

Ничего необычного? Я настороженно смотрю на Джесси, не видя ничего, кроме застывшей на месте поджарой фигуры. Он выглядит так, словно превратился в камень. Неужели так обеспокоен? Хотя пусть лучше привыкает. Это месть в лучшем ее проявлении. В этом вопросе я не имела права голоса, и если бы не была так потрясена, то, думаю, испытывала бы самодовольство. Наверное, рассмеялась бы в его ошеломленное, красивое лицо и сказал бы, что он сам напросился. Он станет папочкой, как и хотел. У моего вызывающего, невротичного бывшего плейбоя возникла проблема, и она называется «обезумевшая от гормонов жена и двое кричащих детей». На самом деле, про себя я улыбаюсь и, откинувшись на подушку, погружаюсь в сказочную страну хаоса, где Джесси рвет на себе волосы, пока я с улыбкой наблюдаю, как наши двое малышей бегают вокруг его ног, соперничая за его внимание — сказочная страна, которая очень скоро станет слишком реальной. У моего Лорда появятся суровые конкуренты по части требовательности, потому что я больше всего на свете желаю, чтобы оба малыша переняли все раздражающие черты, которые есть у него. Надеюсь, они пойдут в своего отца, и будут бросать ему вызов каждый день до конца его жизни. Я смотрю на его неподвижное тело и внутренне улыбаюсь. А еще я надеюсь, чтобы они пошли в него, потому что он красивый и трещит по швам от чистой и мощной любви. Любви ко мне, любви к нашим детям. Я только что мягко опустилась на седьмое небо под названием Джесси.

***

После того, как мне рекомендовали отдых на день или два и проверили на наличие травм, доктор распечатал снимок УЗИ и отправил нас восвояси. Держась за руки, мы вышли из больницы, а маленький черно-белый снимок Джесси трепетно держал в другой руке. Я вела мужа всю дорогу, потому что он был слишком увлечен снимком, чтобы смотреть, куда идет. Когда я рассказала Джону новости, которые мы только что получили, он схватил нас в объятия, оторвав от земли, и смеялся громко, как никогда. Ему рассказала я, потому что Джесси все еще молчал, даже не спросил Джона, догнал ли он «Астон». Так что, об этом тоже спросила я. Он упустил паршивца.

Мы прошли мимо Кейси, который выглядел немного шокированным тем, что на него не зарычали, и я направила Джесси в лифт и почти выпытала у него новый код. Он мне его не сказал. Просто рассеянно набрал четыре цифры.

3, 2, 1, 0.

Внутренне я неудержимо хохотала, но снаружи сохраняла абсолютную серьезность.

Сейчас мы на кухне, Джесси плюхнулся на стул, все еще глядя на фотографию, а я потягиваю воду, ожидая, когда он вернется к жизни. Я дам ему полчаса, а потом вылью на него холодной воды.

Я поднимаюсь наверх, звоню Кейт и слушаю, как она ахает в шоке — сначала от новостей о моей драматической автомобильной погоне, затем от новостей о двойне. Я принимаю душ и сушу волосы, затем надеваю тайские рыбацкие штаны, улыбаясь, когда понимаю, что они как нельзя лучше подойдут к моему растущему животу.

Когда я спускаюсь вниз, Джесси все еще неподвижно сидит у островка, уставившись на снимок.

Чувствуя себя немного расстроенной, я сажусь рядом с ним и притягиваю его лицо к своему.

— Ты собираешься заговорить в ближайшее время?

Его глаза так долго блуждают по моему лицу, пока, в конце концов, не останавливаются.

— Я, бл*ть, даже дышать не могу, Ава.

— Я тоже в шоке, — признаюсь я, хотя явно потрясена не так, как он.

Он медленно скользит зубами по губе, шестеренки в голове приходят в движение. Это сразу же заставляет меня насторожиться.

— У меня был брат-близнец, — тихо говорит он.

Глава 20

Я отпускаю его лицо и откидываюсь на спинку стула, в миллионный раз за день не могу произнести ни слова. Ничего. Ко мне не приходит абсолютно никакого вдохновения. Сейчас я потрясена больше, чем в любой другой момент этого нескончаемого дня.

Он мягко улыбается.

— Моя смелая девочка потеряла дар речи.

Да. По правде говоря, я в настоящем шоке. Можно подумать, я могла бы привыкнуть к шоку и удивлению от этого мужчины, но нет, меня пробирает каждый чертов раз.

Протянув руку, он нежно гладит меня по щеке и скользит рукой по шее, мягко обводя большим пальцем горло.

— Прими со мной ванну, — тихо говорит он, вставая со стула и поднимая меня. — Мне нужно быть с тобой.

Я вскарабкиваюсь по его телу, обнимая за плечи, мои ноги покоятся на любимом месте, когда он ведет нас наверх. Без всяких мыслей или побуждений мои губы находят его шею и целуют. Просто поцеловать, вдохнуть его запах и почувствовать, его мятная свежесть и твердое тело успокаивают меня на глубинном уровне. Я не собираюсь силой вытягивать из него информацию. Он мог бы легко использовать наши последние новости в качестве причины своего шока, и я бы ему поверила, но он этого не сделал. Он поделился чем-то, частью самого себя. Признался, что у него был близнец, а сейчас его нет. А теперь его жена беременна двойней, и это явно вскрыло что-то глубоко внутри него.