Мальчик ушел с пятого этажа на свой второй, но до родной квартиры так и не добрался.
— Наш даун не у вас застрял? — вечером к ним заглянул Сонькин отец. В плохом настроении дядь-Саня всегда называл сына по национальности.
Соньку стали искать.
— Где справедливость?! — бегая с этажа на этаж, кричала его мама, теть-Зоя. — Где справедливость?
Худая, в мятом разлетающемся халате, с торчащими ушами, она была похожа на летучую мышь. Голова ее была повязана платком, но девочка знала, что под платком ничего нет. Теть-Зоя подстриглась наголо по какой-то нужной медицинской надобности.
Потом ее увезли на лечение. Дядь-Саня остался один и вечерами часто пел на весь подъезд.
Все поплакали и перестали.
— Кто не сильно ищет, тот никогда и не найдет, — сказала бабка.
А Майка воображала, что Соньку-карапуза унесли двенадцать гадких лебедей. Могло ли быть иначе с самым особым ребенком? «Нет», — говорила себе она, отгоняя пронзительный голос больной теть-Зои, который никак не выветривался из головы:
— Где справедливость?
Дорогой золотник
— Вам, наверное, не я, а Великанова Ксения нужна, потому что она во всех делах впереди, — сказала Майка.
— Ты врушка-врушка-врушка, смешная погремушка, — пропел Никифор и достал еще один бумажный ком.
— Майя Яшина, — огласил он далее. — Возраст: десять лет и несколько дней. Ученица четвертого класса «а» гимназии номер двадцать девять, эмоциональность — семь баллов, уровень восприимчивости — десять баллов, чуткость — девять баллов, уровень интеллекта — перспективный, мера таланта — выда…
Не договорив, Никифор глянул на Майку: ну, убедилась?
— Почему именно я? — спросила она.
Майка боялась. Если уж и можно было назвать ее особым ребенком, то лишь потому, что она была особенно обыкновенной девочкой.
— А почему Волга впадает в Каспийское море? Почему мы дышим кислородом? Почему Земля вертится вокруг солнца?
— Мы этого еще не проходили, — буркнула Майка.
— Вот и мы еще в самом начале пути. Никто не знает, почему рождаются дароносцы.
— Кто-кто?
— Люди с даром, — пояснил Никифор. — Природа возникновения гениальности так непроста, что до сих пор невозможно предсказать, кто станет вторым Моцартом, а кто — лишь посредственным исполнителем его музыки. Вот, глянь, что недавно написали, — Никифор выдернул из брюк еще одну бумажку.
«Какие вместительные у него карманы», — мимоходом подивилась Майка.
— …Ученые Научно-исследовательского института мозга считают, — прочел он. — Ключевым в интеллектуальном развитии человека является первый год жизни, когда его мозг увеличивается более, чем в 2,5 раза, а также… — пробежавшись глазами по листку, он пробормотал. — По некоторым оценкам примерно четыре процента детей имеют ту или иную одаренность… — похмыкав, он скомкал бумажку и запулил куда-то далеко за качели. — Чепуха. Дароносцев гораздо больше, просто мы неплохо работаем.
— Кто это «мы»? — спросила она.
Никифор покивал в сторону здания, похожего на Майкину гимназию.
Над парадным входом вместо «Школа-гимназия № 29» стояло:
«Детский мир»
— Вот и не значит ничего, — заявила Майка. — У нас есть бассейн, на котором «Детский мир» написано, но детского там нет и на полкопеечки. Воды и той нет. Кончилась вся. Раньше там плавали, а теперь организация.
— Чего организация? — недоуменно спросил Никифор.
— Обыкновенная. Организация. Из трех букв. «ООО» или «ААА», точно не помню…
— А здесь, — сказал Никифор, — занимаются, как по писаному — детьми.
— Всеми-превсеми? — удивилась Майка.
— Надо б всеми, но не имеем такой возможности, — Никифор погрустнел. — Специалистов не хватает. Текучка кадров — утечка мозгов. Приходится ограничивать поле деятельности: мы беремся только за самых неотложных. За самых особенных.
— Вы все равно ошибаетесь, — Майка постаралась глядеть Никифору прямо в глаза, а говорить убежденно, как взрослая. — Я — обыкновенная девочка. Даже очень обыкновенная: учусь плохо, на физкультуре последняя, потому что маленькая, и фамилия у меня на последнюю букву. Везде крайняя.
— А может в том и дело? — Никифор хитро улыбнулся, от глаз побежали морщинки-лучики, а его галстук-селедка полыхнул огнем. — В каком-то смысле, мы все — крайние. Ведь не бывает совершенно похожих людей. Различия можно отыскать даже у близнецов. Представь, как скучно выглядел бы мир, если бы все были одинаковыми…