Тут уж Ромка постарался припомнить каждую мелочь, каждое слово и, сопоставив их, догадался, что у Бориса была карточка, о которой знал и Олег. И еще припомнил Ромка, что Борис хотел взять дома какие-то деньги, чтобы вложить их в кассу. Вывод напрашивался сам собой: Борис купил карточку на общие деньги, а когда выиграл, решил скрыть это не только от Олега, но и от всех ребят. А выигрыш-то, выходит, и не его совсем, а общий. Ромке тоже полагается часть. И немалая! Борис не стал бы хитрить из-за каких-то копеек! Может, он тысячу отхватил, а то и больше!
Ромка чуть не задохнулся, подумав о такой сумме. Ему стало вдруг страшно, что никакой доли он не получит. Недаром же Борис в конце разговора что-то прошептал Олегу. Договорятся, разделят на двоих выигрыш — докажи потом!
Вскочил Ромка на трактор и так жиманул на сигнал, что «Беларусь» выдавила из себя хриплый звук, похожий на крик боли. Ребята на том конце полосы перестали работать. Оглянулась Катя, хлопотавшая у кухни.
— Ты чего разгуделся?
Ромка еще раз нажал на сигнал и призывно замахал руками. Пока ребята подходили к нему, он успел обдумать, как подать им свою догадку. Сразу обвинить Бориса и Олега в жульничестве он не посмел: могли не поверить и высмеять. Поэтому он начал издалека:
— Часто у нас за обедом телевизор включали?
Вопрос разозлил ребят: из-за чепухи Ромка оторвал всех от дела. Но Лида все-таки ответила:
— Сегодня первый раз.
— А что передавали? — дотошно расспрашивал Ромка.
— Играл инструментальный ансамбль, — сказала Лида.
— Потом лото разыгрывали! — вспомнил Васька Буркин.
— «Спортлото»! — многозначительно дополнил его Ромка.
— Ты давай короче! — потребовал Колька. — Чего сигналил?
— А куда наш Полукир подался? — продолжал Ромка. — За битами для городков?.. Ах какой заботливый!.. Жулик он и вор!
Замолчали ребята, пораженные этими словами. Первым за Бориса вступился Колька. Он схватил Ромку за ногу и стащил с трактора.
— Может, я ослышался?.. Повтори!
Между ними бросилась Зоя.
— Не надо повторять! Говори… — Она задохнулась от волнения. — Говори дальше, а если нечего сказать…
— Что тогда? — насмешливо хохотнул Ромка. — Бить будете?.. Только не придется! Есть чего сказать — и много! Поняла? Нет?
— Говори! — повторила Зоя.
Никогда еще не чувствовала она себя такой оскорбленной, словно не Бориса, а ее обругали позорными словами.
Ромка опять вскочил на трактор, как на трибуну.
— Сейчас узнаешь!
Говорил он горячо и желчно, разжигая старые обиды на Бориса. С удивительной догадливостью восстановил он все факты, не допустив почти ни одной ошибки.
— Он не только бинты и шлем купил в тот раз! — гремел Ромка с трактора. — Он еще и карточку «Спортлото» зацапал на наши общие денежки!.. А сегодня он и не ел за обедом — на телевизор таращился!.. Выиграл и смылся потихонечку! Поняли? Нет?.. Мы тут вкалываем как проклятые, а он сидит в сберкассе и монеты пересчитывает! Там, может, тысячи! Долго его не дождемся!.. А если и вернется — молчок! Будто и не выиграл! Брови на глаза надвинет и пойдет проверять нашу работу! Да еще и облает: мало, плохо!
Не все сразу дошло до сознания ребят, но они вспомнили, что после обеда Борис действительно вел себя как-то странно: ушел в палатку, долго сидел там один, а потом решил поехать в Светлячки.
— Карточку он мог купить и на свои деньги! — задумчиво произнес Колька. — Лида! Борис отдал тебе подотчетные деньги?
— Отдал.
— Все?
Лида замялась, покраснела и виновато посмотрела почему-то на Зою Бекетову.
— Не все? — упавшим голосом спросила Зоя.
— Сказал, что шестьдесят копеек потом отдаст…
— Вот она, карточка-то! — торжествующе крикнул Ромка. — Вы еще узнаете, кто есть кто!.. Меня рублем попрекал, а сам?..
И опять наступило тягостное молчание. К Зое подошла Катя с большим черпаком.
— Не стыдно тебе?.. Слушаешь этого болтуна и переживаешь! Да я бы на твоем месте его бы этой поварешкой ка-а-ак…
Она замахнулась на Ромку, и тот поспешно спрыгнул с трактора на другую сторону.
— А если правда? — тихо, почти шепотом спросила Зоя.
— На мой характер — я бы и за правду…
— Ты бы — да! — крикнул Ромка из-за трактора. — Ты бы за Кольку глаза выцарапала!
— Хорошо, что усвоил, — ответила Катя.
— А Зоя — человек объективный, — продолжал Ромка. — Она разберется!
— Мы вместе разберемся! — Голос у Зои окреп. Она твердо, безоговорочно решила, что Борис не мог поступить нечестно. — Не знаю, как было, но только не так… Зачем бы им вдвоем ехать?