— Слушай, я понятия не имею, как тут очутилась! Я спать легла еще на Вокзале! Зонтик починила и легла!
Пенни посмотрела на её растерянное лицо — и всё её возмущение растаяло.
— До последнего надеялась, что ты просто слиняла оттуда, — вздохнула она и села на стул. — Прав, значит, оказался Бармен. Ты нашла своё Предназначение.
Она посмотрела на шкав. Там, на ручке, висели плечики с аккуратно расправленным темно-синим платьем. Под ним стояли растоптанные черные туфли. Рядом на стуле лежала шляпка с сумочкой, к спинке прислонился зонт Черного Барона. Под жалостливым взглядом женщины Милочка придвинулась к шкафу и сдернула своё платье. За окном моросил дождь — непромокаемая ткань была весьма кстати.
— Куда собралась? — спросила Пенни, когда Милочка кое-как влезла в платье.
— Мне нужно найти Черного Барона и отдать ему его вещи, — Милочка повесила сумочку на плечо и попыталась собрать в руки все свои вещи. Туфли сразу же выпали. — И это не Предназначение, Пенни. Я подцепила проклятье.
— Ты хоть помойся сначала, что ли, а я пока в столовую схожу, — проворчала Пенни, вытирая волосы. — Позавтракаешь, потом пройдешься по номерам, заселишься. А то едва глаза продравши только за призраками и гоняться, да по лужам, язык через плечо, волосы назад… Полотенце в шкафу возьми, дуреха! И вещи на место положи, ничего с ними не сделается!
Милочка покраснела и, схватив полотенце с чистым халатом, поспешно побежала плескаться в горячей воде. Когда дверь закрылась, Пенни подошла к кровати, ощупала сухую постель, а потом выдохнула и коротко перекрестилась, глядя на мокрые следы девичьих ног, проложивших путь от кровати до ванной.
— Проклятая, — пытаясь успокоиться, пробормотала женщина и пошла на кухню за едой.
Когда распаренная, благоухающая шампунем Милочка вышла, на столе уже стояли тарелки и подносы, а Пенни с аппетитом хрустела чем-то ароматным и очень вкусным.
— Глазунья с жареными колбасками, тосты и горошек. На обед и ужин — шведский стол, — гордо объявила она и объяснила: — Наш ресторан решил переехать сюда. Все-таки там у нас было непонятно что на трех сковородках, а тут и оборудование лучше, и обстановочка, и оранжерея с теплицами рядом.
Милочка что-то согласно промычала, впившись зубами в сочную колбаску, а Пенни продолжила вываливать подробности.
Как всё в Городе, Отель оказался с подвохом. Невозможно было просто взять и заселиться в понравившийся номер. Нет, полагалось подойти к административной стойке и позвонить в звонок, затем взять выпавший из звонка старинный ключ и вызвать лифт. Кнопки в лифте указывали всего два направления: вверх и вниз. На нужный этаж тот поднимал сам, приятным бесполым голосом объявляя имя, если людей ехало несколько. Поскольку на ключе номер комнаты не указывался, приходилось идти по всему этажу и примериваться к каждой двери. Которая распахнется — та и нужна. Возмущаться и требовать другой номер было бесполезно, а порой и опасно. Особо капризные жильцы бесследно исчезали либо в переплетениях коридоров, либо в собственных номерах, либо в лифте.
— Смутьяны и неряхи исчезли первыми, — выпучивая глаза, прошептала Пенни и жутковато рассмеялась. — И по мне, оно правильно! Отель у нас мало того, что умный, так еще и справедливый. Просто так еще никого не наказал.
В справедливости Милочка убедилась сама, когда Отель определил её в небольшую аккуратную комнатку без столов и шкафов, с крохотной прихожей, на которой сиротливо висела одна-единственная вешалка, зато с большим окном и удобной кроватью. Компенсируя скудность обстановки, ванная была оснащена огромным джакузи. Комната носила символичный тринадцатый номер.
— Мило, — хмыкнула Милочка и, засунув ключ в сумочку, побежала обратно к лифту. — Мне к выходу, пожалуйста.
— Пожалуйста, — эхом отозвался вежливый, слегка металлический голос.
— Слушай, Отель, — внезапно осенило Милочку. — Мне нужно к Черному Барону.
— К сожалению, данное лицо не числится среди постояльцев, — тут же последовал ответ.
— Что ж, это было бы слишком легко, — вздохнула Милочка и мечтательно протянула: — А как было бы здорово узнать его адрес или хотя бы адрес того, кто знает…
— Центральная площадь, Комната судьбы.
— А? — замерла Милочка.
— Центральная площадь, Комната судьбы, — терпеливо повторил Лифт.
— Точно! Как же я сама не сообразила? Оракул! Оракул точно поможет! — подскочила Милочка и взмахнула зонтом. — Слышал? Скоро будешь у Хозяина! Спасибо тебе, Лифт! Ты лучший!
Пол мягко дрогнул, остановившись, дверцы распахнулись, открывая вид на широкий холл с диванчиками и пустой стойкой администратора.
— Пожалуйста, — вежливо ответил бесполый голос.
Милочка послала в кабинку воздушный поцелуй и побежала к выходу, на ходу раскрывая зонт — дождь на улице моросил хоть и мелко, но очень противно. Да еще небо полностью затянули низкие облака — ни просвета, ни даже четкой тучи — одна сплошная серость. Ветер вяло дул на запад. Молнии совсем не появлялись. Пэнни метко обозвала погоду сонной никакошей для угрустления.
Но Милочке было некогда грустить.
Она хорошо знала Комнату Судьбы — все-таки каждый день ходила мимо неё на работу, но внутрь никогда не заглядывала. Да и хозяйка этого дома казалась жуткой. Слишком жуткой, даже для коренной жительницы Города.
Медиум встретила Милочку на пороге: глянула туманными глазами, обожгла тихой полуулыбкой и посторонилась, пропуская внутрь.
Первое, что привлекло взгляд — большой хрустальный шар со звездными туманностями в глубине. Это был центр даже не комнаты — всего дома. Шар светился, звезды внутри танцевали, манили. Милочка не заметила ни шкафы с консервированными внутренностями, ни летучую мышь, повисшую на африканской маске — она села на стул и впилась взглядом в этот шар.
Медиум плавно опустилась в кресло, взмахнула воздушными рукавами и положила тонкие, унизанные перстнями пальцы на звездный хрусталь.
— Ты ищешь, — певуче произнесла она. Вопроса в голосе не было.
— Эм… Да, — поерзала Милочка. — Мне нужно найти Черного Барона, чтобы снять проклятье…
— Так тебе нужно снять проклятье или найти Черного Барона?
— А-а… Э-э… Это не одно и то же?
От взгляда туманных полуприкрытых глаз возникло желание залезть под стол. От улыбки по позвоночнику поползли ледяные мурашки.
Милочка сглотнула.
— То есть я не сниму проклятье?
— Проклятье, предназначение… Суть одна. Разница лишь в отношении, — изрекла Медиум, всмотревшись в шар, и вдруг резко встала. — Черного Барона нельзя найти — он приходит лишь по зову. А теперь иди в Отель — твоё время в этом дне скоро закончится.
Мелькнули широкие рукава воздушных одежд, под ногу подвернулась забытая под столом колодка для обуви, прошипела на прощание летучая мышь — и Милочка очутилась перед закрытой дверью. Прямо перед носом закачалась табличка с надписью «Обеденный перерыв».
— Спасибо, — растерянно поблагодарила её Милочка и послушно пошла обратно в Отель.
Дождь моросил всё тише и тише. Когда дверь тринадцатого номера закрылась, на землю упали последние капли и из-за туч выглянуло солнце.
Глава 6.
— Черный Барон приходит на зов! Его нельзя найти, его можно позвать! — бормотала Милочка, двигаясь по площади к кафе. — Ни черта он не идет, Марта! Ни черта!
Сначала звала она. В разных точках города, в разное время, зачастую с риском попасть в зубы нежити. Не дождавшись результата, Милочка пошла к Мэру. Он не отказал — позвал, но надменный Барон проигнорировал и его. Детектив, Призрак, Медиум, которую, как оказалось, звали Мартой — не дозвался никто. В последние три возвращения Милочка сидела в Отеле и читала книги из местной библиотеки, пытаясь справиться с накатившим отчаянием. В этот раз собралась с силами и дошла до площади, но когда у неё были прогулки без приключений?
Послушный мерным движениям тонкой блестящей ложечки, чай вращался в чашке. Мелкие крупинки сахара таяли в водовороте. Ложечка билась о стенки, но Милочка совершенно наплевательски относилась к громкому звуку. Подперев голову рукой, она смотрела в свой чай с таким мрачным видом, что Призрак невольно заподозрил в ней желание утопиться.