Ник машинально поднес руку к горлу и немного ослабил шейный платок. Чтобы понапрасну не пугать окружающих, он изо всех сил старался оставаться в своем привычном образе, хотя на самом деле являлся уже какой-то новой версией самого себя. Причина была в том, что прежний Николас Эллиот Холдер после многочасовой контрастной пытки умер десять дней назад в заброшенном продуктовом хранилище на руках у Рауля Данфи.
Ник медленно вдохнул и невольно поморщился, когда тесный бандаж уперся ему в ребра. Помимо прочих неприятностей, ему до сих пор так и не удалось выяснить местонахождение Анны. Все, к кому он обращался с бесконечными вопросами, отвечали предельно уклончиво. Какое-то время Ник даже подозревал, что от него пытаются скрыть самое худшее, но друзья и родственники выглядели слишком спокойными для фатального исхода, поэтому он прекратил попытки. Все равно ему никто ничего не скажет.
— Как я выгляжу, Бек? По-вашему, мне можно показаться в приличном обществе, особенно перед дамами?
Легкая небрежность его тона нисколько не обманула старого слугу. Некоторое время Бек задумчиво смотрел на Николаса, а потом осторожно взял его за плечи и повернул к напольному зеркалу в белой каменной раме, которое тот упорно игнорировал.
— Дому, я вам очень советую набраться мужества и взглянуть самому, потому что мне вы не поверите.
По какой-то странной причине Ник не желал видеть свое отражение, и вовсе не потому, что теперь был обезображен. Он испытывал не страх, даже не опасение, а смутную неприязнь при одной только мысли, что встретится в зеркале с уродцем alter ego. Конечно, противиться было глупо, ведь рано или поздно ему все равно придется это сделать. Так почему не сейчас? Ник поднял голову и в упор посмотрел на свое отражение.
Понадобилась целая минута на осознание того, что увидели его глаза. Он выглядел … как обычно. Ни ужасных шрамов, ни рубцов, ни уродливых пятен, ничего. Придраться в его внешности было абсолютно не к чему, но вместо того, чтобы обрадоваться, Николас почувствовал себя обманутым. С ним явно что-то не так…
Он пристально вглядывался в своего двойника из Зазеркалья, пытаясь отыскать в нем то, что недавно безвозвратно утратил. А может быть, как раз наоборот, невольно приобрел? Его смущало не отсутствие следов пытки на теле, а та странная пустота внутри, которую теперь нечем было заполнить. Словно он принес в себе из небытия частицу вечности…
Чтобы как-то отвлечься от тревожных мыслей, Ник стянул перчатки и принялся решительно расстегивать сюртук. Если все на самом деле так хорошо, как выглядит, то почему бы ему прямо сейчас не избавиться от надоевших повязок?
Он хотел было повернуться, чтобы попросить об этом Бека, но тут за его плечом прямо из воздуха появилась Анна. Ну, наконец-то! Ник позволил себе громкий облегченный вздох и протянул руку, чтобы нежно погладить ее щеку прямо в отражении. Но едва только его пальцы коснулись стекла, как зеркальная поверхность внезапно подернулась рябью, и рука прошла сквозь нее, не встретив никакого сопротивления.
Вместо того чтобы сразу же отшатнуться, Николас на мгновение застыл, а потом, повинуясь какой-то неопределимой потребности, сделал шаг вперед и оказался по другую сторону реальности. Он еще успел услышать отчаянный крик Анны, а потом плотная серая мгла сомкнулась вокруг него и поглотила все звуки.
Глава 3
Волшебница так глубоко ушла в себя, что перестала слышать неумолчный шум огромного города. Стоя на краю посадочной площадки, она всей мощью своего дарования поддерживала раскинутую над Абсалоном огромную поисковую сеть. Малейшее возмущение в густом переплетении эфемерных волокон немедленно указало бы ей нужное место. Но время шло, а сеть по-прежнему оставалась темной и неподвижной.
От напряжения у Анны начали дрожать руки, по телу постепенно разливалась липкая слабость. После взрыва старого Палатиума волшебница еще полностью не восстановилась, и сейчас сохраняла контроль над сетью ценой неимоверных усилий.
— Не стоит истязать себя, Нэн, — Ксан одним движением оборвал контрольные нити и крепко обнял сестру. — Ты не хуже меня знаешь, что это бесполезно. Даже если предположить, что Тень когда-нибудь отпустит Николаса, отследить его будет уже невозможно.