Выбрать главу

- Здравствуй, - коротко бросил отец.

Дети не знали и даже не догадывались, отчего разошлись родители. С тех пор они общались мало и только по делу.

- Беда, Миша, - мать поднесла к экрану лист из поликлиники.

- Что это? - в голосе отца появились нотки ужаса. Как и любой родитель, он пятой точкой почувствовал самое ужасное, что может быть с человеком.

- Это рак мозга. У нашего сына.

Роман видел, как поменялось лицо отца. За секунду он словно состарился лет на десять.

- Нужны деньги, - продолжала мать. - Операцию могут сделать в Москве. У меня есть кое-какие... сбережения. Но их очень мало. Я могу...

- Сколько времени осталось? - перебил отец.

- Два-три месяца, - сказал Рома. - Максимум четыре.

Отец задумчиво почесал бороду.

- Приезжай, - сказал он. - На следующей неделе, чтобы был тут.

- У меня деньги... - начала мать.

- Не нужны мне твои деньги, - снова перебил отец. - У меня один сын и я не отдам его костлявой.

***

Сборы в дальнюю дорогу всегда суётное мероприятие. Но только не когда у тебя рак мозга и ты едешь куда-либо, вероятно, последний раз в жизни. Поначалу, конечно, Рома испытывал невероятное воодушевление. Приподнятое душевное чувство быстро выветрилось. Не мог его отец иметь денег на такую дорогостоящую операцию. Он работал шеф-поваром в ресторане, жил в квартире приёмной дочери, которую ему вскоре предстояло освободить. После смерти её матери, их отношения всё сильнее портились. Если бы у отца были деньги, он бы уже купил себе жилплощадь в столице.

Омрачало отъезд то, что Рома так и не попрощался с Катей. Он вообще ей не позвонил и ничего не сказал. Не мог придумать слова. Городок у них маленький, когда он умрёт, она и так всё узнает. Если же выживет, то найдутся и слова, чтобы рассказать.

Однако Рома беспрестанно ощущал тянущее чувство утраты, поселившееся в груди. Словно он потерял что-то ценное. Если ложился спать, то ему обязательно снилась Катя. Хоть раз в час, но он о ней думал, мысли сами собой перескакивали на неё. Несколько раз Рома ловил себя на том, что попросту сидел и крутил на пальце печатку с чёрным турмалином, думая о Кате.

Наконец день отъезда настал.

Мать долго целовала сына. Снова расплакалась. У неё подскочило давление, и на вокзал Рому повезла сестра. Мать всеми правдами и неправдами пыталась поехать с ними, но дети запретили.

- Я обязательно к тебе приеду! - пообещала она. - Слышишь, сынок? Я приеду!

- Да, мама, - вяло отозвался Роман.

Во время поездки Аня беспрерывно болтала. За прошедшие дни она покопалась в Интернете, нашла сотни историй, как люди побеждали страшнейшее заболевание. Изредка, даже вопреки врачам. Без таблеток и унизительных процедур.

- У тебя явно что-то необычное, - выработала она даже собственную теорию. - Я ничего не нашла про цитрамон. Понимаешь? Да и у рака мозга помимо головной боли куча других симптомов. Там люди и память теряют и вообще... - глянула на брата. - Жутко там всё. Ужасно. Ты же не похож на больного человека.

- Только каждое утро полторы упаковки цитрамона выпиваю, иногда блюю, а иногда и вовсе в обморок заваливаюсь... а так да... совершенно здоров, - хмыкнул Рома.

На светофоре они остановились возле отечественного автомобиля с низкой посадкой. Из его заднего тонированного окна струился сигаретный дым.

- Послушай, я почти уверена, что наши недоучки где-то ошиблись. Я допускаю, что у тебя там доброкачественная опухоль...

- Метастатические поражения лимфатических узлов шеи, - произнёс Роман заученную фразу из больничного листа. - Мне просто жутко везёт, что никаких симптомов... А может и наоборот, - вздохнул он. - Были бы другие симптомы, раньше бы обратился в больницу. Может, что-нибудь и успели бы сделать.

- Всё равно, - не сдавалась Аня. - Нельзя опускать руки! Слышишь? - она припарковала машину на Вокзальной площади. - Ты рано или поздно проиграешь всё, когда умрёшь. Так какой тогда смысл проигрывать сейчас, пока жив?

Рома посмотрел на сестру поблёкшими глазами. Грустно усмехнулся.

- Тебе легко говорить, у тебя нет... - он зацепился взглядом за ужасающий шрам на её щеке.

- Чего у меня нет? - со сталью произнесла Аня. - Может у меня в жизни всё отлично и безоблачно?

- Прости, - Рома потупил взгляд.

- Просто не сдавайся, - голос сестры смягчился. - Я тебя люблю и не хочу потерять. Никто тебе не поможет кроме тебя. Не сдавайся! Слышишь меня?

Роман посмотрел в глаза Ани.

- Я буду бороться, - он даже улыбнулся, хотя душу рвали кошки величиной с тигра.

***

В поезд Рома взял с собой книгу. Забрался на верхнюю боковушку плацкарта и принялся читать. Осилил лишь чуть более сотни страниц, после чего бросил. В очередном фэнтези персонажи героически спасали выдуманный мир, который представлял из себя множество разбросанных островов и архипелагов. Крохотные страны ожесточённо воевали за клочки суши. Естественно, что все сражения и крупные события происходили на воде. В книге была детально прописана классификация кораблей, по количеству заметно превышающая привычную, земную. Сюжет строился на очередной банальности. Бродмира, капитана корабля, заставляли плыть в другую часть света, через неизвестные и опасные участки, чтобы найти артефакт, который победит всех врагов и, заодно, спасёт его возлюбленную. Естественно, что за ним случилась погоня, и на каждой странице приходилось сражаться с неожиданными напастями, выпутываться из всевозможных ловушек природы, отбиваться от дивных существ и спасаться от армии мёртвых. В общем, стандартный набор сюжетных ходов нанизанных на бумагу. Такой ерундой показался Роману этот сюжет. Насквозь шаблонным и неживым. Словно писал ребёнок, который подражает взрослым. Рома понял, что отныне, если выживет, больше никогда не будет читать эти бестолковые сказки для взрослых. Книги должны быть серьёзными, нести в себе помимо художественной составляющей ещё и нравственное наполнение. За сто с лишним страниц, прочитанных Романом, никто из героев не сказал ни одного умного слова. Зато огненных шаров, драконов и прочих эльфов оказалось в избытке. Осознание близкой смерти заставляет взглянуть на жизнь без розовых очков. Рома пообещал себе, что, если выживет, будет читать только умные книги.

Время в дороге тянулось медленно. Роман наблюдал за соседями. В начале вагона завязалась потасовка. Однако всё быстро утихло. Даже не понятно из-за чего возник весь сыр-бор. Рома усмехнулся. Какие у этих людей могли быть проблемы? Им не предстоит умереть через две с лишним тысячи часов.

Несколько раз мимо проходила девушка в серых лосинах с розовыми лампасами. Каждый раз Рома провожал её взглядом. Катя постепенно стиралась из памяти, словно была где-то там... в прошлой жизни. Роман не мог понять, с чем это связано, но чем дальше он уезжал от родного города, тем меньше чувствовал духовную связь с Катей. В какой-то момент даже начал себя винить в неверности, а потом понял, что занимается абсолютной ерундой. Ему жизнь осталось максимум четыре месяца. Какой теперь смысл во всех, придуманных обществом законах?

Спалось в поезде плохо. Стук колёс убаюкивал, но при этом, одновременно, будил. По проходу постоянно кто-то ходил, хлопала дверь туалета. Соседка с нижней полки смотрела фильм в наушниках и тихие звуки перестрелок тоже мешали выспаться. А ещё Рома опасался заспаться. Во сне ему несколько раз мерещилось, что поезд уже остановился, люди выходят, а он всё спит. Он просыпался, всматривался во тьму за окном, вслушивался в стук колёс.

Часа в четыре ночи начала болеть голова. К семи утра она уже раскалывалась, словно переспелый арбуз. Роман чувствовал себя разбитым, словно всю ночь разгружал вагоны со снарядами. Обычно голова начинала болеть во сне, и он хотя бы высыпался. Рома спустил ноги в проход, скрючившись, сел на верхней полке. К горлу начала подкатывать тошнота. Он спрыгнул. В этот момент в глазах на мгновение потемнело, поезд качнулся и Рома обнаружил, что лежит на нижней полке, прямо на девушке, которая пол ночи смотрела фильмы с планшета.

полную версию книги