— Ну да, с недавних пор.
Чертова Иоланда! Что за игру она с ним затеяла?
Вслед за Дрейком Джон поднялся на верхний этаж. Пока они шли, он удивлялся, в каком жутком состоянии находится здание. Стены и лестница совсем отсырели. Деревянные ступени, закрытые потертой дорожкой, отчаянно скрипели и трещали. Оконные проемы были затянуты полиэтиленовой пленкой, а в одной раме красовался промокший кусок картона, кое-как закрепленный синим скотчем. Деревянная рама вокруг скотча была искорежена, будто кто-то орудовал ломом.
— Что случилось? — кивнул Джон в сторону окна.
— Кто-то хотел залезть. Вор, я бы сказал.
— Похоже, недавно.
— Угу.
— Что-нибудь пропало?
— Нет, я его спугнул.
— Вот как? — искренне удивился Джон. — Когда это случилось?
— Трудно сказать. Недели две назад.
— Кэти была здесь?
— Да.
— В полицию звонили?
— Нет, Иоланда сказала, что не надо. Вот, мы пришли.
Они стояли на тесной площадке, куда выходили две двери. Дрейк показал на правую:
— Здесь комната Кэти, а это дверь в ванную. Все рядом, видите. Очень важно. Кэти не любит, когда ее беспокоят.
— А вы тоже здесь спите?
Дрейк укоризненно прицокнул:
— Нет. Я там, в кухне. Здесь мне холодно. Кэти не против. Хорошо, когда люди понимают друг друга. — Он почесал нос и добавил: — Очень важно.
— А где комната Иоланды?
— Она занимает первый этаж, там раньше жила бабушка.
— А, вот оно что… Так это дом вашей бабушки.
Дрейк улыбнулся:
— Да, раньше все было бабушкино, а теперь мое.
— И Иоланды?
— Ну… Не совсем, но об этом не беспокойтесь. Она же моя сестра.
Джон кивнул. Все начинало приобретать определенный смысл. Забавно, но все, что говорил Дрейк, было вполне осмысленно, хоть и немного сумбурно. Видимо, бабушка оставила все ему, но, так как сам он был мало приспособлен к быту, Иоланда взяла хозяйство в свои руки. Да, взаимопонимание в отношениях — это здорово, кто бы спорил. Но Джон не мог уразуметь, каким образом милому, но все-таки немного тронутому чудаку удалось отхватить такую, как Кэти Джонс, и каково было Кэти привыкать к неуютному холодному дому и к причудам хозяина. Он не понимал, как Кэти умудрялась ладить с Иоландой. Не понимал, сколько может «стоить» Дрейк Воэн, пусть даже теоретически, на бумаге.
Чем-то встревоженный, Дрейк пристально смотрел на него.
— Что такое?
— По-моему, Кэти не одобрила бы, что мы топчемся в ее комнате.
— Она в коме.
— Вы уже говорили.
— Вы хотите защитить ее частную жизнь. Ладно. Я подожду здесь, а вы войдите в комнату и найдите адрес ее отца.
Дрейк прикусил губу и уставился на дверь.
— Не знаю, где он может быть… Я к ней не часто захожу.
— Послушайте, Дрейк, я притащился из Ирландии, чтобы выяснить, что случилось с вашей невестой. И мне очень нужен адрес ее отца. А по-вашему, Кэти не захотела бы, чтобы ее родным сообщили о том, что с ней стряслась беда? Как по-вашему, имеет ее отец право знать?
— Вот! — Дрейк поднял перепачканный чернилами палец. — Вот в этом и есть взаимопонимание. Мы женимся, да, но ее отцу надо сообщить.
— Верно. — Джон сунул руки в карманы и несколько раз качнулся с каблуков на носки. — Так что, зайдем? Вы ведь уже практически ее муж. Уверен, она не стала бы возражать, если бы муж немного порылся в ее вещах.
Дрейк улыбнулся:
— Звучит логично.
Он открыл дверь, и они вошли в комнату.
— Вот это да! — только и смог выдохнуть Джон, восхищенно оглядываясь вокруг.
Он будто оказался в сказочной стране. Все стены были расписаны вручную пасторальными картинами. Природа, увиденная глазами художника, — деревья в зеленой дымке молодой листвы, мягкий свет заходящего солнца, льющийся из-за спинки кровати, пшеничное поле, такое правдоподобное, что хотелось провести рукой по колоскам… Возле окна к потолку тянулся мощный дуб, и его раскидистая крона была словно балдахин над кроватью.
— И это все вы? — спросил Джон.
Дрейк радостно кивнул:
— Кэти нравится природа, вот я и подумал, что могу подарить ей природы сколько хочешь.
— Красота!
— Так ведь и Кэти красавица. — Дрейк совсем по-детски плюхнулся на кровать, и Джон не удержался от смеха. — Ага! Не ожидали!
— Я бы сказал…
— Ладно, давайте искать адрес.
Джон смотрел, как Дрейк обыскивает комнату. Дело это оказалось простое, потому что, кроме немногочисленной одежды и косметики, у Кэти Джонс почти ничего не было.
— Никакой записной книжки вроде нет, — сказал Дрейк, перерыв небольшую картонную коробку с чеками, банковской книжкой и фотографиями какого-то незнакомого дома.