Двигающиеся плазменные огоньки искрили и потрескивали в воздухе вокруг Графа Видэо, который, сосредоточившись на своей странной бинарной магии, парил в воздухе посреди комнаты. Я всегда знал, что он стал бы одним из Главных Игроков, если бы смог повзрослеть. Я подозреваю, что надвигающаяся смерть и уничтожение всего, во что ты веришь и что любишь, лучше всего выявляет настоящую природу человека.
Король Шкур сгорбился в уголке комнаты, окруженный темными и отвратительными фигурами, которые можно было заметить только уголком глаза. Я все еще не мог поверить, что он перешел на сторону Добра, потому что обычно Добро не делало на него ставку. Тем не менее, он был здесь, готовый сражаться вместе с остальными, хотя я мог бы поставить хорошенькую сумму на то, что сейчас он со всех ног бежит к горизонту.
Хмурый Ларри Забвение сидел один, не глядя ни на кого; похоже он думал о том, о чем может думать только мертвый человек. И только ему из всех нас было почти нечего терять.
Новые власти, которые когда-то были и опять могли стать моими будущими врагами. Я мог просто уйти и дать им умереть. Но тогда я стал бы как раз тем типом человека, каким меня всегда называли мои враги. А я ненавижу быть предсказуемым.
Я вошел, и все они посмотрели на меня с некоторой надеждой, не обратив внимания на Уокера и Чандру. Я улыбнулся и кивнул всем заинтересованным, стараясь выглядеть расслабленным и уверенным в себе. Жульен Адвент встал со стула, сунул рапиру в трость, шагнул ко мне и крепко и бодро пожал мою руку, как обычно.
— Я знал, что могу положиться на тебя, Джон. Нашел ли ты то, что может остановить Идущего Человека?
— Он действительно кое-что нашел, — сказал Уокер. — Но вам всем это точно не понравится.
— О, адское пекло, — вскликнул Ларри Забвение. — Не оживил ли он Мерлина и не притащил ли его сюда?
— Намного хуже, — сказал я, несмотря ни на что наслаждаясь моментом. — Я принес Говорящий Пистолет и все, что к нему прилагается.
В комнате наступила полная тишина. Все они знали о Говорящем Пистолете, знали, что это такое и что может сделать. Я видел, что они колеблются: даже если Пистолет действительно способен остановить Идущего Человека, использовать его — пойти против того, что они пытаются достичь. И по дороге погубить свои души.
— Быть может мы должны попросить Чандру Сингха найти что-нибудь? — сказала Энни Скотобойня.
— Нет, — просто ответил Чандра. — Я проверил себя в поединке с этим Идущим Человеком и потерпел поражение. Джон Тейлор — ваша единственная надежда.
— Тогда у нас всех большие неприятности, — сказал Граф Видэо.
— Наверно ты пошутил, — сказал Ларри Забвение, его тихие ноги шагнули вперед и синие мертвые глаза в упор уставились на меня. — Мы не можем рисковать, используя Говорящий Пистолет. Это... само зло. Он более опасен, чем сам Идущий Человек.
— Да, — внезапно хихикнул Король Шкур. — Так и есть. Именно поэтому он сработает.
— О да, он сработает великолепно! — воскликнул Граф Видэо, неудобно шевеля ногами. — Он убьет Идущего Человека, а потом убьет всех остальных! Вот что он сделает!
— Я помню Говорящий Пистолет, — сказала Джессика Сорроу и все замолчали, чтобы лучше слышать. Она знала о невидимом мире больше любого из нас. — Я могу слышать, когда он близко. Он стонет, поет и ненавидит. Это голод, который невозможно удовлетворить, это гнев, который невозможно успокоить. Потому что его таким создали. Он убивал ангелов и наслаждался, уничтожая работу Бога.
— Но сможет ли он остановить Идущего Человека? — спросила Энни Скотобойня и мы все стали ждать, что скажет Джессика.
— Идущий Человек — одновременно больше и меньше ангела, — в конце концов сказала она. — Он предназначен для выполнения одной функции, в точности как Говорящий Пистолет. Кто может сказать, что произойдет, когда божественное и адское сойдутся лицом к лицу?
— Ну, это было настолько полезно, насколько мы имели право ожидать, — сказал Граф Видэо.
— Никто никогда не убивал Идущих Людей, — сказал Король Шкур. — Но их можно сломать. Мне кажется, что оружие, способное убивать посланников Бога — именно то, что нам нужно для выполнения своей работы. — Внезапно он хихикнул, его потертый колдовской ореол взвился в воздух, как заплесневелые крылья. — Не могу дождаться, когда увижу...
— Ты внушаешь мне отвращение, — сказал Ларри Забвение.
Король Шкур улыбнулся.
— Это именно то, что я делаю лучше всего.