– Сама позвала в гости и сама же удивилась, что я пришла? – засмеялась Лиза, протискиваясь в прихожую и целуя Лёкину щеку. – Кстати, если ты думаешь, что я поверила в то, что ты сама приготовила салат – то ты ошибаешься.
– Честное слово, сама! Целиком и полностью! Да ты сейчас сама убедишься?
– Ни за что не поверю! Ты и кухня – это несовместимые понятия.
Они болтали ни о чем, каждая фраза давалась с трудом, но за этим весельем и легкостью так просто было спрятать чувства, которые клокотали внутри и грозились вырваться наружу. Пока Лёка вешала Лизин плащ на вешалку, та быстрым взглядом осматривала квартиру и сжимала губы от того, как всё знакомо здесь было.
– Нельзя, – прошептал внутренний голос и Лиза сжала ладони, – Не смей вспоминать. Ты забыла её. Это просто дружеский визит. Не смей вспоминать. Не смей.
– Лиз, ты чего? – Лёка помахала рукой перед лицом девушки и улыбнулась. – Заснула?
– Да нет, просто смотрю, во что ты квартиру превратила, – отшутилась. Молодец. Умница. Теперь поправить волосы, бросить взгляд в зеркало и пройти на кухню, не забывая улыбаться и шутить.
– Ну, в общем, вот, – Лена кивнула на накрытый стол, – Присаживайся. Сейчас будем дегустировать. Что будешь пить?
– А что у тебя есть?
– Сок и кока-кола. Чай. Кофе. Минеральная вода. Всё.
– А спиртное? – распахнулись глаза, Лиза не смогла скрыть своего удивления.
– Я не пью больше. Совсем.
– Неожиданно… Но это очень приятная неожиданность. Ну чтож, давай попробуем салат. Может быть, я смогу на вкус определить, в каком магазине ты его купила.
– Эй! Я делала сама!
– Сейчас проверим.
Лиза аккуратно захватила вилкой немного салата, отправила его в рот, пожевала, перевела взгляд на салатницу и вдруг расхохоталась – громко, от души, вытирая салфеткой выступившие на глазах слезы.
– Ты чего? – испугалась Лёка. – Лиз, ты что?
– Я тебе верю, – девушка никак не могла остановиться, смеялась всё громче, – Верю, что ты сама… Сделала… Только ты могла додуматься… Селедку порезать… Не почистив… Ленка… Ребенок ты мой безмозглый… Тут же полмиски чешуи селедочной…
– Блин, – от искреннего разочарования, прозвучавшего в Лёкином голосе, Лизе сразу расхотелось смеяться, – А я так старалась…
– Ну перестань, не расстраивайся. Давай так сделаем: это мы сейчас выбросим, потому что первый блин так или иначе должен быть комом, правильно? А потом посмотрим, что еще у тебя есть из продуктов и вместе что-нибудь приготовим. Идет?
– Идет… – улыбнулась Лена. – Давай попробуем.
Процесс готовки превратился в кошмар для обеих. Тяжело было двигаться по небольшой кухне без риска наткнуться друг на друга. А каждое – даже случайное – прикосновение – почему-то заставляло краснеть и смущаться.
Лёка постоянно напоминала себе, что Лиза уже давно не её девушка, но – видит Бог – память – коварная штука, и иногда она просто отключалась и переставала функционировать.
– Открой огурцы, пожалуйста, – командовала Лиза и Лена, забывшись, обнимала её сзади чтобы добраться до банки, тут же вспоминала, что нельзя, и почти отпрыгивала назад.
– Как это резать? – спрашивала Лёка, и Лиза вдруг опускала подбородок ей на плечо, рассматривая сосиски на разделочной доске, тут же дергала головой и старалась убежать на другой конец кухни.
Словом, когда стол был заново накрыт и девушки присели на табуретки, то обе они уже были измотаны и напряжены до предела.
– Очень здорово получилось, спасибо, – смущенно поблагодарила Лёка, когда ужин был съеден, а чай разлит в чашки.
– Тебе спасибо, – улыбнулась Лиза, – Вместе готовили…
– Да. Лиз, давай поговорим? – предложила, как в омут бросилась.
– Давай… О чём?
– Я скажу, а ты просто послушай, ладно? – никто и никогда не видел Лёку до такой степени смущенной и растерянной. И в то же время какая-то твердость, невиданная ранее, появилась в её жестах и голосе. – Я хочу попросить у тебя прощения. Понимаю, что извинения в данной ситуации – это глупость и чушь, но, честно говоря, это нужно в первую очередь мне. Я не буду говорить о том, какой сукой я была – это и так ясно. Не буду говорить, что изменилась – потому что скорее всего это не так. Просто хочу чтобы ты знала – если бы у меня была возможность повернуть время вспять, то всё сложилось бы по-другому. И я бы не причинила тебе всей той боли, через которую ты прошла, к сожалению в одиночку.
– Но время вспять не повернешь.
– Знаю. Ты спрашивала меня много раз, люблю ли я тебя. Я не любила. Ни тебя, ни кого-либо до тебя. На самом деле, всю свою жизнь я любила только саму себя, наверное. Всё делала так, как мне хотелось и так, как я считала правильным. Не обращала внимания на людей. Но дело даже не в этом… Лиз, ты очень важна для меня. Всегда была, а сейчас особенно.