— А у нас с тобой выхода другого нет: либо мы находим звездолет, либо умираем от голода. Согласен?
— Полностью.
— Тебе проще, взял и взлетел. Может, ты и в космосе можешь летать?
— Смеешься? Да мне эти полеты кроме ссадин и синяков пока ничего не дали!
— Возможно, со временем научишься контролировать себя, и тогда появится хороший шанс на выживание, а пока уматывай отсюда, спать очень хочется.
— Я пришел к тебе, чтобы мне помогла, а ты меня выгоняешь. Если засну, то взлечу, а если разобьюсь?
— Ты хочешь, чтобы я тебе помогла? Пожалуйста… — Марина достала пистолет и направила на него. — Тебе куда пустить пулю лучше, чтобы ты не ныл — в голову или в сердце?
— Не надо меня убивать, я тебе пригожусь.
— Уже давно сомневаюсь в этом.
— Скажи, что делать? Ты же видела со стороны, следовательно, представляешь, что со мной происходит.
— Видела я не так много, — девушка задумалась. — Но сумела понять, что подъемная сила у тебя небольшая — примерно килограмм сто, может чуть больше, поэтому если не хочешь падать во сне, привязывай к себе груз — думаю, веса рюкзака будет вполне достаточно. Шнур я тебе дам. Все?
— Все, — пробурчал Евгений. Он и сам не знал, что хотел услышать, наверно какое-то участие или сочувствие. — Давай веревку.
Он отрезал ножом кусок тонкого троса и пополз обратно в свой закуток, мучительно размышляя, как это у Марины получается так сильно его раздражать?
Обычно это мало кому удавалось. Торк был флегматиком и немного тугодумом, поэтому колкости и остроты свой адрес воспринимал спокойно просто потому, что часто не успевал понять, что его желают обидеть, именно поэтому слыл парнем незлобивым, добрым, и толстокожим. Но этой девушке легко и быстро удавалось приводить его в состоянии нервного раздражения, какой-то необъяснимой злобы и страстного желания что-то доказать.
В своем отсеке Торк привязал к спальному мешку рюкзак, в который сложил всю свою одежду, положил его на грудь и лег спать.
Правда, когда засыпал, неожиданно удивился тому, что не чувствует боли в своем теле. Совсем. Голова прошла. И даже слабость исчезла.
Он еще раз ощупал себя. Точно нигде ничего не болит, и мозг стал ясным. То ли диагност сумел его вылечить, то ли все само прошло от его полетов во сне.
Торк глубоко задышал, почувствовал необыкновенную легкость во всем теле и заснул со счастливой улыбкой, с какой не спал уже много лет после смерти родителей.
Правда, долго поспать ему не удалось, скоро на него сверху упало что-то теплое и живое.
— Вставай, кретин!
Евгений открыл глаза и увидел обнаженную Марину, пинающую его ногой. Вид был завораживающий, посмотреть у девушки было на что: высокая грудь как раз той формы и размера, что заставляет тяжело вздыхать мужчин, плоский живот, стройные ноги и широкие бедра, портило все впечатление растрепанные волосы и сердитый взгляд.
— Что-то случилось? — поинтересовался Торк тихим вкрадчивым голосом. — Ты все-таки решила, что я тебе нравлюсь?
— Кретин! Кто о чем, а вшивый о бане! Робот — уборщик идет по трубам, он уже очистил мое логово и движется сюда. Как ты думаешь, что он с тобой сделает? Впрочем, можешь оставаться. Придурок!!! Понравился он мне!!! Как вам мужикам такие глупые мысли только в голову приходят в самое неподходящее для этого время! Вставай или умрешь!
Девушка запрыгнула на трубу и понеслась на четвереньках дальше, в руках она тащила рюкзак и комбинезон — похоже, ей удалось спасти из своего добра только это.
Торк приподнялся, одновременно делая сразу несколько дел: одной рукой надевал комбинезон, второй запихивал в рюкзак спальник, и еще пытался заглянуть в трубу — туда, откуда прибежала Марина. Там двигалось что-то большое, темное, угрожающе шуршащее.
Дожидаться, когда эта штука окажется в его отсеке, он не стал, натянул на себя комбинезон, залез в трубу и быстро пополз на четвереньках вслед за девушкой.
Он ее догнал в следующем отсеке, где она одевалась, мрачно глядя по сторонам и настороженно прислушиваясь. Марина уложила вещи в рюкзак и тяжело вздохнула.
— Эта скотина лишила меня всего моего имущества.
— Что будем делать?
— Бежать надо, иначе он нас вместе с мусором всосет, да только некуда…
— Как некуда? Ты же сама говорила, что дальше находится большой отстойник.
— Это так, только нам до него не добраться.
— Почему?
— А ты думаешь, почему я здесь остановилась? Послушай звуки из трубы.
Торк приложил ухо к камню и явственно услышал приближающийся шорох.
— Что это?
— Еще один уборщик движется сюда, теперь они встретятся здесь, превратят нас в фарш, а потом заглотнут…