Выбрать главу

Темно.

***

Толчком возвращается сознание.

Какая-то сволочь дёргает верёвку, на которой я вишу. Закаменевшее тело моментально вспыхивает огнём, и я срываюсь в крик. Я воплю, протестуя, дрыгаюсь, захлёбываясь новыми волнами боли. Сколько же можно, почему они не хотят просто оставить меня в покое?!

Не сразу доходит, что меня отвязывают. Люминофоры потушены, а из окон струится бледный утренний свет.

***

- Ну ты и псих, - сказал мне Ржавый, когда я отлежался настолько, что снова мог воспринимать действительность. - Настоящий придурок. Ты первый, кто прошёл "виску".

- Что же, все дерьмо жрали? - удивился я.

- Ну и чё? - пожал плечами мой собеседник. - Подумаешь, дерьмо. Нос зажал - и вперёд. Ну, подавишься немного. Водки следом дают, запить. Нет, ты не подумай, вообще-то "виску" многие выбирают, это вроде как престижно. Потерпеть ради уважения - нормально. Потом и говно веселее есть.

- Я не знал, - проговорил я серьёзно.

Ржавый кивнул.

- Ничо, - успокоил он меня. - Зато я на тебе кучу денег срубил. А ты теперь сразу в "бойцы" проскочил, тоже нехило.

Так я узнал, что в банде бытует своеобразная, но строгая, почти армейская иерархия.

Низший ранг - "огрызки" - это как бы разнорабочие на подхвате, почти рабы, ими командовать могут все, кому не лень. Со временем - если ни в чём не напортачишь - можно заработать "служивого". Это уже серьёзней, это полноценный член банды. А вот "бойцом" стать непросто: тут уже стажем дело не обходится, тут надо выделиться, как-то себя показать. Ещё выше стоят "лейтенанты", их немного, и они руководят действиями групп. "Мастеров" в банде всего трое - сам главарь и двое его ближайших подручных. Естественно, чем выше положение, тем больше у члена банды привилегий, больше и доля в общаке; правда, соответственный при случае и спрос.

Когда создавался "устав" - а было тут и такое, - в правила вписали, что новичок, прошедший "виску", сразу получает ранг "бойца". Вписали, в общем-то, скорей озорства ради, чтобы добавлять стимула несчастным "висякам". За давностью и отсутствием прецедентов о правиле забыли, и спохватились уже после того, как сняли меня с балки.

Главарь признал мой ранг, хотя многие считали, что хватило бы и "служивого".

Вообще, забегая вперёд, скажу - в банде все довольно честно. Что заслужил, то получаешь. Мелкие ловилки не в счёт. Банда очень жестока - это я не из-за экзамена говорю, настоящую жестокость я увидел намного позже - но своих диких, подчас совершенно нечеловеческих законов держится железно. Но, повторюсь, это я узнал позже.

А в тот день я выяснил ещё, что сразу после экзамена новичок непременно проходит "крещение" - ему присваивают кличку, под которой он и будет известен в банде. Прежнее имя, равно как и биография, никого не интересует. Я своё "крещение" принял в бессознательном состоянии. Главарь нарёк меня Птахой - уж не знаю, за комплекцию ли мою или за идиотскую готовность висеть на жёрдочке.

5.

Моя жизнь в банде довольно быстро вошла в колею.

После "экзамена" я проболел ещё два дня - валялся, сотрясаемый жестоким ознобом, а Ржавый опекал меня с добросовестностью любящей тётушки. Уж не знаю, почему именно он взял надо мной шефство - глянулся я ему чем-то, или здесь действовали по принципу "кто подвешивает, тот и выхаживает"? Меня это не волновало. Зла на Ржавого я не держал - сволочью он не был, а правила есть правила.

На третий день я уже чувствовал себя вполне сносно и шатался по подвалу, знакомясь с местными обитателями. Побывал в "скворечниках" - помещениях наверху, по-видимому, бывших офисах, теперь чаще использовавшихся как склады. Вообще-то места для жизни здесь было хоть отбавляй - целый здоровенный небоскрёб, но селиться на этажах члены банды избегали - в основном, из-за сложностей с отоплением. "Скворечники" зияли огромными, от пола до потолка, окнами, а вот остекление практически не сохранилось. Кроме того, вода была только на нижних этажах. Я, поначалу, вообще удивился, что она тут есть, но Ржавый заметил, хитро усмехнувшись: "Вентили, они ведь в обе стороны вертятся, сечёшь?" С электричеством, правда, дело обстояло хуже - все самодеятельные подключения городские власти рубили безжалостно. Но народ выкручивался. Я увидел даже нечто вроде импровизированной бани с самопальной водогрейной колонкой, и ещё - предмет особой гордости! - неплохо оборудованный спортзал.

На четвёртый день я вышел на "работу".

Как "боец", я имел ряд привилегий - например, мог не заниматься чисто хозяйственными делами, и это меня вполне устраивало. Ещё я мог сам выбрать, в команду кого из "лейтенантов" мне войти. Ржавый попытался и тут выступить в роли советчика, но потерпел неожиданное фиаско. Я, не задумываясь, назвал Кота. Не могу чётко объяснить, чем был обусловлен этот выбор - уж точно не благодарностью за "собеседование" - тем не менее, я твёрдо стоял на своём и, как показало будущее, не ошибся. Кот имел репутацию командира требовательного и придирчивого, в операциях подчас необдуманно смелого, и его слегка побаивались; зато он был инициативен, честолюбив и не лишён фантазии.

Сам Кот на мое заявление отреагировал недоуменно поднятой бровью; похоже, для него это тоже явилось неожиданностью. Размышлял он, впрочем, недолго; смерил меня своим фирменным, ленивым, вприщурку, взглядом, бросил небрежно:

- Ладно, в патрули пока походишь. А там поглядим.

Помолчал ещё немного и добавил:

- Драться поучу тебя, когда сопли подберешь.

Так что я стал ходить в "патрули" - а попросту в компании ещё нескольких бойцов шляться по близлежащим улицам, следя в основном за тем, чтобы на подконтрольной банде территории не появлялось посторонних, не "прописанных" здесь личностей, в особенности - представителей конкурирующих объединений.

Вообще-то, народу в Норе жило неожиданно много, на "нашей" территории в том числе. Здесь обитали целые семьи потомственных "норушников", селились те, кому не повезло выпасть из обоймы цивилизованной жизни; и как везде, где только есть люди, тут образовалась своя инфраструктура. В Норе работали разнообразные магазинчики и мастерские, питейные заведения и прачечные, даже парикмахерские и ломбарды. То, что все это существует как бы нелегально, местную братию волновало в последнюю очередь. А вот хотя бы какую-то видимость порядка поддерживать было желательно, и эту функцию, как ни странно, брали на себя банды. Разумеется, небескорыстно, соблюдая свой интерес.

"Патрулирование" поначалу показалось мне занятием интересным, поскольку давало возможность познакомиться с новой средой обитания; через пару месяцев прискучило своим однообразием - тем более, что я знал, что других бойцов Кот периодически водит в город на какие-то "дела", а мне туда путь был пока заказан; а ещё через месяц в одном из спорных районов интересы нашей банды пересеклись с интересами соседней, и скучать стало некогда.